А обещали сказку... - Ольга Мяхар

Счастье кружит голову. Моя сказка стала былью! Хорт — рядом, на небе светит солнце, выглядывая из-за редких облаков; птицы прыгают по веткам, заливаясь трелями, а волосы треплют прохладные струи утреннего ветерка. Иду за охотником по тропинке, напевая что-то под нос и не переставая улыбаться. Вспомнились подворотни, канавы, затравленный взгляд на мир и людей, постоянный голод и резь в желудке… и отчаянная вера в чудо, загнивающая и загибающаяся в душе.

Я ведь все готова была отдать. И жизнь, и веру, и все-все. Лишь бы все закончилось. Неважно как. Неважно чем… лишь бы это прекратилось.

И ведь прекратилось.

Одно-единственное грязное колечко и полувменяемая фея подарили мне новое тело, новый мир, уверенность в будущем и любовь. Вот он — мой принц на белом коне. Идет впереди, не оглядывается, ибо хмур и думает о высоком и чистом. Я ему столько всего сделала… убила, обратила в нежить, сделала вампиром, перекроила судьбу… Любой другой возненавидел бы. А он смог простить и полюбить. Странно, но факт. И я счастлива.

— Марина.

— А?

Огромная черная кошка шагает рядом и задумчиво на меня смотрит. Красивый хищный зверь, отличная защита. Сердце странно защемило. Вспомнился Вирх, но… я ведь не люблю его. Так зачем обманывать, трепать нервы и притворяться? Не люблю притворство — ни в каком виде.

— Ты… не жалеешь?

— О чем? — стараясь, чтобы ни единый мускул на лице не дрогнул.

— О Вирхе, — хмуро.

— Нет.

Дальше Мурз упорно молчал всю дорогу, задумчиво на меня поглядывая.

Мне разрешили нести все вещи и «не мешать ему думать». Мурз не дал переложить сумки на него. Он, видите ли, не носильщик, а защитник. Так что теперь все несу сама, покачиваясь от тяжести.

Какая все-таки сложная штука эта любовь.

Больше не могу. Сажусь на землю и зову Хорта. Охотник останавливается и недовольно возвращается.

— Что случилось? — И этот холодно-безразличный взгляд. А здорово он чувства маскирует. Еще немного, и я поверю, что меня совсем не любят.

— Я устала, — угрюмо. — И мне тяжело. Возьми хоть что-то.

— Сама же отобрала.

Нахмуриваюсь, сдвинув брови. Он вздыхает, подходит и берет часть сумок.

— А…

— Эти неси сама. Или брось здесь. Но не рассчитывай, что я буду кормить тебя своими запасами.

Кое-как встаю и, стиснув зубы, иду дальше.

Два часа спустя.

Да пошел он!

Лежу у дерева, задыхаясь и стараясь не смотреть на мелькающий среди корней кончик хвоста. Мурз бдит, но не помогает. Хорт куда-то ушел, последний километр он почти не оглядывался, рассчитывая, что я все так же иду следом.

Почему-то хочется разреветься и кому-то пожаловаться. Но кого-то нет, есть Мурз. И именно ему жаловаться совсем не хочется.

— За что он со мной так? Проверяет?

Черный кот сел и задумчиво на меня уставился.

— В чем?

— В любви! Он же… он же меня любит.

— Да?

Кое-как сажусь.

— Да! — с вызовом. Сумки упали на землю. Потираю плечо и пытаюсь вспомнить магию лечения.

— И кто же тебе это сказал?

— Фея, — пожала я плечами. — Да и заклинание приворота на него не подействовало.

— Ну-ну.

— Мурз!

Кот отдернулся, но я успела поймать его за ухо.

— Кончай нукать и говори прямо. Надоело! Я уже ничего не понимаю.

— Видимо… ты ожидала, что отныне тебя будут таскать на руках и целовать в уста сахарные? — И столько яда в тоне, я почти захлебнулась.

Склоняю голову набок и вопросительно поднимаю бровь, бдительно не отпуская ухо.

— В смысле?

— Он тебя не любит. Терпит. Рад, что его враг готов лизать ему ноги и делать все, что он скажет. Горд, что утер нос вампиру…

Я даже не поняла, когда ударила. Но кота подняло и швырнуло назад. Чуть не размазало о ствол дерева. Послышался хруст, запах паленой шерсти и шипение.

Я растерянно встала, глядя на него и делая шаг вперед.

— Мурз?

Но кот уже кое-как встал, покачнулся… и снова рухнул на землю. В глазах — презрение и бешенство.

— Мурз… — тихо. Растерянно. Ну чего он? Почему так себя ведет?

Осторожно подхожу, опускаюсь на колени и провожу дрожащей рукой по голове. Голова отдернулась, а в руку впились так, что хотелось орать от боли.

Глотаю крик и рывками выплескиваю магию лечения в него. Бли-ин, как же больно.

Так. Нормально, нормально. Все хорошо. А трясет меня не от холода, и в глазах мутится — оттого, что внутри очень больно. Мурз же переживает за своего хозяина. Просто… все всегда так просто!

По щекам катятся слезы, а ощущение ошибки в груди становится все больше и больше. Мне почти невыносимо дышать. Да что ж такое? Я получила свою сказку! Любимый человек согласен быть моим! Именно согласен. Но фея сказала!..

— Ты ей так доверяешь?

Я говорила вслух? Острые зубы осторожно разомкнулись, и удалось вынуть руку из его пасти.

— Я…

— Какая ты все-таки дурочка… В твоем мире все такие?

Сижу тихо. Спорить не хочется — я просто знаю, что права, и все тут.

— Ты явилась сюда, убила человека, сделала из него чудовище — одно из тех, которых он ненавидит всей душой. А потом заставила «жить». И теперь ожидаешь, что тебя не только простят, но и полюбят внезапной, неожиданной и чистой любовью!

Угрюмо молчу, стиснув зубы.