Любовь к драконам обязательна - Марина Ефиминюк

- Господин Потс, говорят, если к синяку приложить примочки из бодяги, то он быстро сойдет.

- Спасибо за совет, госпожа Амэт, – пробубнил тот.

- У меня совершенно случайно есть одна баночка. Как будто специально для вас.

Потс вздрогнул и, пробормотав нечто неразборчивое, покинул место боя, даже не вступив в драку. Никакого азарта.

Едва я уселась за стол, как в стажерскую зашел Элрой и небрежно спросил:

- Ты в курсе, откуда у него синяк?

- Нет, конечно, - соврала я, ведь признаваться, что лысоватый, рыхлый Потс изменял своему семейству со знойной красавицей Эзрой, было ужасно стыдно. Таннер одарил меня чрезвычайно странным взглядом, а потом о крышку стола тихо звякнула связка ключей. Я вопросительно изогнула брови.

- От апартаментов, - пояснил он.

- Ты даешь мне ключи от своего дома? – не поверила я.

- Да, – спокойно вымолвил он. - Слуги предупреждены. Я буду поздно, сегодня важная встреча в городе.

- Хорошо.

Унять грохотавшее сердце было невозможно, еще сложнее оказалось подавить по-глупому счастливую улыбку, буквально приклеенную к лицу. Глядя, как поспешно я спрятала связку в ридикюле, словно боялась, что ее отберут, Таннер тихо хмыкнул.

- И, Тереза, - помедлил он, - я подумал, что если ты привезешь какие-нибудь вещи, то не придется по вечерам возвращаться домой… Или мы можем заглянуть в торговые ряды.

Прежде чем отправиться в апартаменты Элроя, я забежала в лавку дамских штучек и спустила все отобранные у шамана шиллинги, вплоть до последней монетки. Купила кружевную сорочку, ароматические свечи и благовоние с феромонами «Королевская ночь». Свечи были заговоренными, не гасли на сквозняках и горели острыми ровными пиками, потушить их можно было только специальным колпачком. А об удивительном действии на мужчин фривольных ночных одеяний в сочетании с феромонами, вообще, ходили легенды…

Через два часа я стояла на пороге апартаментов Элроя, куда меня пустили, как к себе домой. На ноге висел радостный Ральф, на локте – пакет с покупками, а я сама уверяла домоправительницу, что ни в коем случае не попытаюсь запоганить идеально чистую кухню смехотворными кулинарными потугами. Тетушка удалилась, а я осталась наедине с квартирой и принялась устраивать интимную обстановку для особенной ночи.

Для начала избавилась от специалиста рубить на корню любую романтику. Ральф был пленен в плетеную корзину и для надежности закрыт в кладовке.

- Извини, приятель, – пробормотала я, запирая закуток на ключ. – Клянусь, к утру выпущу.

Исключив из интимного вечера дракона, я расставила в спальне свечи и попыталась облагородить воздух благовонием. Пару раз нажала на помпу, но она не работала, и облако аромата «Королевская ночь» оставалась во флаконе. Приглядевшись к дырочке на устройстве, я снова нажала на «грушу», и в глаз брызнула неравномерная струя.

- Да что б вам сгореть! – Бракованный флакон полетел на пол, а я принялась тереть глаза. Пока в ванной комнате смывала маслянистую пленку с лица, комнатные духи вылились на паркет. Густой, приторный запах «Королевской ночи» буквально сшибал с ног, из благовония превратившись в зловоние. Ругаясь сквозь зубы, я раскрыла окно. В комнату заструилась вечерняя свежесть, и от сквозняка парусом надулась занавеска.

Пока спальня проветривалась, я сервировала стол для ужина и переоделась в прозрачное безобразие. Сорочка на тонких бретельках доходила до пола, плотное кружево прикрывало только стратегически важные места. Я выглядела так, словно сбежала из заведения мадам Бонни. Думаю, Фэйр одобрила бы. Едва я успела накрасить губы, как в апартаменты деликатно постучались.

Таннер вернулся домой!

Я бросилась в спальню, и носки заскользили по натертому паркету. Проворности паникующей женщины позавидовал бы любой страж-новобранец, поднятый ночью по тревоге! За несколько секунд были задернуты портьеры и зажжены свечи. В полумраке замерцали яркие огоньки, и на стенах, затянутых в шелк, заплясали тени. Вышло атмосферно. Тайное драконье гнездышко, да и только! Правда, несмотря на открытое окно, воздух по-прежнему подванивал «Королевской ночью», оставалась надежда, что Элрой окажется невосприимчивым к запахам.

Пока я металась по квартире и наводила последние штрихи для интимной обстановки, у Таннера закончилось терпение, в замке загремел ключ. Следовало встретить дорогого гостя во всем великолепии соблазнительного наряда, чтобы с порога настроить на правильное настроение! На ходу стягивая носки, я выскочила в холл. Свернутый полосатый комок полетел в деревянный ящик для зонтов (не забыть бы, забрать, а то выйдет неловко). Когда дверь распахнулась, я оперлась о стену рукой, рассчитывая продемонстрировать все достоинства откровенного одеяния, и проворковала:

- Ты так долго, я уже соскучилась…

Лучше бы мне подавиться словами! На пороге, изумленная нежданной встречей с полуголой девицей, оцепенела тетка ди Элрой в голубом пальто, в скромной шляпке и с отвалившейся от шока челюстью. Я резко прикрыла руками неприличные места, плохо скрытые кружевным безобразием.

- Вы что тут делаете? - вопросила тетка, наконец, приходя в себя.

И хотя ответ был более чем очевиден, я выпалила:

- Работаю!

- И кем, позвольте спросить? - задыхаясь от возмущения, она взмахнула рукой, намекая на внешний вид работницы.

- Кухаркой!

Святые угодники, почему, когда надо красиво соврать, вы меня покидаете?

- В таком виде?

- Это новая униформа! – Тут я припомнила, что лучшей защитой являлось нападение, и вопросила: - А вы, госпожа ди Элрой? Племянник в курсе, что у вас есть собственные ключи?

Неожиданно она замялась, и это выразительное замешательство лучше любых слов доказывало, что Таннер не догадывался о тайных визитах тетки.

- Вообще, барышня, не мешало бы вам прикрыться, прежде чем спорить с благородной дамой! – огрызнулась она. - И почему в доме так сильно пахнет горелым? Отбивные спалили?

- Горелым?

Воздух действительно стремительно насыщался прогорклым запахом гари, но на плите ничего не разогревалось, а значит…

- Свечи!

Я ворвалась в спальню и испуганно прикрылась руками. Портьера полыхала. Огонь уже выгрыз занавеску до середины и грозился перескочить на шелковые стены.

- Тетушка, воды!

- Какая я тебе тетушка… - послышалось за спиной, а потом раздался визг: - Воды!

- Несите уже!

Стащив с кровати серебристое тяжелое покрывало, я принялась сбивать пламя. От дыма щипало глаза, и против воли из груди рвался кашель.

- Отходи, поджигательница!

На занавески выплеснулась шайка воды. Пламя потухло. От огрызков портеры шел зловонной дымок. На полу поблескивала лужа, и только свечи продолжали гореть ярко и невинно, топорща в потолок острые лепестки. Зато «Королевской ночью» больше не пахло…