Марица - Александра Европейцева

А я в этот момент ощутила чувство дежавю. Совсем недавно, в штабе, те же эмоции отражались и на лице его сына, когда он впервые встретился со мною взглядом.

— Встаньте, дитя, — сказал он, и его голос, несмотря на возраст, звучал твёрдо. — Вы оказали Ангару неоценимую услугу.

— Я лишь выполняла свой долг, Ваше Величество.

Король улыбнулся, и в его глазах мелькнуло одобрение.

— Скромность — редкое качество в наше время. Думаю, сегодня мы найдём способ отблагодарить вас должным образом. Идите дитя, развлекайтесь. А я пока я должен сказать несколько слов нашему генералу.

Я снова склонилась в реверансе и отошла, оставляя Демитра наедине с королем и Советом, чувствуя, что вмиг лишилась опоры. Леди Янг и маршал будто растворились в воздухе — ни единой знакомой души. Я встала у стены, вжимаясь в нее, как тень, стараясь не дышать, не шевелиться, исчезнуть. Но чем сильнее старалась стать невидимой, тем больше чувствовала на себе колючие взгляды.

Голова плыла, в висках стучало. Духи знатных дам, смешавшись с запахом пота и воска, обволакивали удушающей пеленой. В ушах звенело, а сквозь этот звон пробивались обрывки шепота:

— Это та самая деревенская магичка?

— Говорят, она спасла генерала Янга…

— И корта Феорильи!

— Странный наряд для бала…

Я стиснула зубы, стараясь не реагировать на шёпот за спиной, но горячая волна поднимается от шеи к щекам. Они говорили обо мне так, словно я была не человеком, а диковинным зверем, выставленным на потеху. Хотелось провалиться сквозь пол, исчезнуть, превратиться в пыль — лишь бы не видеть этих усмешек, не слышать этих шёпотов. Но стена за спиной была холодной и немилосердно твердой, напоминая: бежать некуда. В отчаянии я бросила взгляд на Демитра, надеясь на поддержку, но он лишь молча кивнул королю и резко развернулся. Его челюсти напряглись, а на кончиках пальцев уже проступали драконьи когти.

Он шёл сквозь толпу, словно клинок, рассекая море шёлка и кружев, и люди невольно расступались перед ним. За их спинами мелькнули знакомые силуэты — леди Янг и маршал. Демитр наклонился к матери, его шёпот стал резким, почти шипящим.

«Это невозможно, матушка!» — прорвалось у него сквозь зубы, но леди Янг лишь холодно сжала губы.

Маршал тут же сжал его локоть, прерывая спор, и потянул за собой — подальше от любопытных глаз, подальше от меня.

Интересно, что происходит?

— Марица!

Звонкий голос разрезал тяжёлый воздух, и сквозь толпу пробилась Гондера, её платье цвета тёмного вина сверкало в свете люстр, будто выкованное из рубинов. А следом за ней шли и остальные.

— Ты жива! — добавил Нарос, уже хлопая меня по плечу с такой силой, что я чуть не кашлянула, едва удержав равновесие.

— И даже в платье, — усмехнулась Гондера, оглядывая мой наряд с преувеличенным удивлением. — Неужели тебя всё-таки уговорили на корсет?

— Ни за что, — я рассмеялась, впервые за вечер чувствуя, как камень с сердца падает.

— Предлагаю перейти вон туда! — Нарос указал рукой на маленький столик с фонтаном вина. — Вир уже оценил!

Мы отошли к краю зала, где стоял стол с напитками. Вир распахнул объятия, и я с удовольствием на них ответила. Рядом с ним стояла миниатюрная блондинка с карими глазами и заметно округлившимся животом.

— Знакомтесь, моя Хелла! Третьего ждем! Ну что, героиня, — протянул он, протягивая мне бокал. — Как тебе высший свет?

— Шумно, — призналась я, отхлебнув вина.

— А ты уже видела, как на тебя смотрят? — шепнул Паргус, кивая в сторону группы дам. — Будто ты украла их женихов.

— Или их драгоценности, — добавил Нарос.

Я фыркнула:

— Может, потому что я в белом, а они — в ярких платьях?

— Нет, — Гондера улыбнулась. — Потому что ты здесь с Демитром. А он — самый завидный жених королевства.

— Не начинай, — я закатила глаза, но щёки предательски вспыхнули. — А где остальные?

— Майор с женой где-то здесь. А вот Сервина с Шалосом уединились вот за той колонной. — Паргус указал рукой на дальнюю колонну, а я поперхнулась вином.

— Сервина? С Шалосом? Серьезно?

— Ой, ничего не говори — Гондера легкомысленно махнула рукой. — Сами в шоке.

В этот момент музыка смолкла, и глашатай объявил:

— Его Величество король Ангара готов произнести речь!

Глава 26

Сделка и клятва

Я нервно оглянулась, ища глазами знакомый силуэт дракона. Он обещал, что все время будет рядом, будет помогать и подсказывать, что делать. А сейчас его нет. Нет тогда, когда он больше всего мне был нужен. Сердце бешено колотилось, а ладони стали влажными. Я сжала бокал так, что хрусталь едва не треснул. Где он?

Попытки вызвать видения о том, когда поклониться, что сказать королю, как принять орден, также провалились. Дар упорно жил своей жизнью, не желая подчиняться, лишь подкидывая все новые ужасные варианты будущего.

«Ты сильнее, чем думаешь», — вспомнились его слова. Но сейчас я не чувствовала себя сильной. Только маленькой и глупой, в этом дурацком белом платье, среди блеска и шепота, который, казалось, смыкался вокруг моей шеи, как петля.

— Марица? — Гондера коснулась моего плеча. — Ты бледная как смерть.

«Соберись, дура!» — прошипела я себе, впиваясь ногтями в ладони. — «Смогла вытащить генерала из плена, смогла перехитрить Иллюзион — неужели не справишься с балом?»

— Ребят, вы знаете, что делать? — прошептала я, обращаясь к ней и остальным.

Они переглянулись, неуверенно пожав плечами.

— Мы думали, Демитр все объяснит. Или майор… — начал Паргус, но тут же оживился, заметив кого-то в толпе. — О! А вот и он!

Я не успела обернуться, как на плечи легли знакомые руки. Ногти Демитра удлинились, превратившись в острые когти, а горячее дыхание обожгло шею. Я не видела его глаз, но его пальцы впились в меня с такой силой, с таким отчаянием, что по спине пробежал холодок.

— Внимание, — его голос звучал низко и резко, словно рычание. — Король вызовет всех нас одновременно. Подходим, кланяемся. После вручения ордена говорите: «Наше сердце с Ангаром». Дамы озвучивают просьбу. Когда церемония закончится — поворачиваетесь к залу, улыбаетесь и ждёте, пока не смолкнут аплодисменты. Потом спускаетесь вниз.

Ребята кивнули, но их взгляды уже были