Щит Королевы - Наталия Подлесная

Чем дальше от Хорверка, тем более запутанной и разветвленной делалась система ходов и коридоров. От главного стали отходить в стороны настоящие улицы, появились первые украшения – имитации поддерживающих своды колонн, а на дверях – чего в Хорверке не встретишь – начали встречаться гроздья медальонов с портретами. Все с теми же, раздвоенными.

И над всем этим висела тишина. Ощущение непередаваемое: в городе всегда есть хоть какие-то звуки. Обычно мы их не слышим, не обращаем внимания: шаги, хлопанье дверей, голоса – все это существует само по себе, а мы – сами по себе.

– Померещилось? – поднял руку Брант.

Секкар покачал головой: он тоже уловил какой-то писк. Мы с Харртом ничего не заметили.

– Я посмотрю? – Брант шагнул в боковой коридор.

– Чего уж там, все посмотрим, – проворчал Харрт.

Коридор оказался абсолютно пуст и мало чем отличался от дюжины других. Однако Секкар уже почуял след. Его необычная машинка проехалась по правой стене на сотню саргов вперед, пересекла коридор по потолку и вернулась в руку по левой стене.

Вид у первопроходца стал изрядно озадаченным.

– Ты что, так уверен?..

– Тсс…

Опустившись на колени, Секкар пустил машинку по полу, и она почти сразу завалилась набок. Первопроходец поднес палец к губам, жестом показав, чтобы мы отступили подальше. Луч от его карнаха ощупывал пол дюйм за дюймом, а невесть откуда взявшийся мелок отмечал очертания люка.

Замахав руками, Секкар заставил нас отступить на главную улицу, на четвереньках попятился назад и поднялся на ноги, лишь оказавшись рядом с остальными.

– Клянусь, внизу кто-то есть, – прошептал он, не спуская глаз с люка.

– Гномы?

– Не знаю. Мне показалось, что я слышал голоса.

– С люком справишься? – решился Харрт.

– Только снизу.

– А если его проломить? – предложил я.

– Камень-то? – поморщился Харрт.

– Я могу показать, где у него петли, – сразу понял меня Секкар. – Какой бы механизм там ни был, сейчас он просто удерживает люк.

– Если, конечно, тот не откидывается вверх. – Харрт сбросил заплечный мешок и уселся сверху.

– Не разумно, – фыркнул Секкар. – Слишком заметно.

– А случайно дернуть за люк, когда по нему будет кто-нибудь проходить, – разумно?

– Давайте попробуем. – Спор начал казаться мне пустым. – Если одновременно вчетвером прыгнуть на люк…

– Вдвоем, – поправил Брант. – Четверо там не уместятся.

– Хорошо, вдвоем. Он либо отвалится, либо те, кто внизу, поймут, что мы хотим их навестить.

– И выскочат нас поприветствовать, – кивнул Харрт. – Мэтт, тебе никто не говорил, что ты наивен?

– Ни разу! – заверил его я. – Обаятелен, остроумен, таже неотразим – все это было. Но наивен…

Чинтах, помнится, в последнее время частенько называла меня «деревяшкой», но ведь ласково, не со зла. К тому же, если учесть, сколько стоит дерево Хорверку, я вполне мог считать, что это наш, хорверкский аналог человеческого «золотце мое». Что, согласитесь, совсем другое дело.

– Тебе что, сложно попробовать? – неожиданно поддержал меня Брант.

– Пожалуйста, пробуйте, – отступил Харрт. – Но если оттуда выскочит полсотни гномов, учтите, что я с детства неплохо бегал.

– Ты покажешь врагу спину? – шутливо изумился я.

– И не только спину. Я же не эльф, чтобы тупо ждать, пока меня превратят в фарш.

Закончив разговор на этой оптимистичной ноте, мы с Секкаром подошли к люку и, шепотом досчитав до трех, прыгнули. Раздался скрежет, я почувствовал, что у меня на плечах повис Брант, и крышка люка обрушилась. Мы попадали в разные стороны, но, к счастью, все же не вниз.

Я осторожно заглянул в люк. Карнах осветил уходящий вниз колодец.

– Кто первый? – ухмыльнулся Харрт.

– Привяжите меня. – Я передал заплечный мешок Бранту. – Будем надеяться, что они этого не ожидают. Как крикну – тяните, крышка падала от силы с десяток саргов.

– Я за тобой, – предложил Секкар. – Удержите?

Мы обвязались веревками и нырнули в дыру. Лететь и в самом деле оказалось недолго. Коснувшись пола, я сразу отпрыгнул в сторону, чтобы Секкар меня не раздавил, и лишь потом огляделся.

Не знаю, кто там пищал, но сейчас мы были одни в крошечной пещерке с такими низкими сводами, что мне едва не приходилось пригибаться. Воздух здесь оказался застоявшимся, в нем чувствовался какой-то необычный запах – то ли заплесневевших грибов, то ли годами не мытых тел.

Брант и Харрт спустились следом. Ведущий из пещерки ход больше напоминал лаз – соваться туда не хотелось.

– Давайте возвращаться, – решил наконец Харрт. – Крондорн его знает, куда он уходит. Было бы нас побольше, я бы оставил пятерых здесь, на подстраховке…

– А остальные сели бы на лошадей, подтянули осадные орудия… – съязвил Брант. – Вообрази, как будет весело, если там всего лишь заброшенная грибница.

– Лучше заброшенная грибница, нежели преждевременные похороны, – поддержал друга Секкар. – Помнишь второе правило первопроходца?

– Поделитесь? – Я вновь почувствовал себя лишним.

– Слушай и запоминай, – торжественно объявил Харрт. – «Раз ты еще не умер, так тому и быть».

Троица громко расхохоталась – тут-то все и началось.

Из лаза хлынула толпа раздвоенных – низеньких, закованных в железо и невероятно вонючих. Однако, хотя они были и пониже нас, это оказались отнюдь не дети: отвратительная бороденка того, кто несся первым, была совсем седа. Они не кричали, не размахивали странной формы кирками, которые держали в руках, и от этого нам стало действительно страшно.

– К стене, – скомандовал Харрт.

Мы прижались спинами к стене, меч привычно скользнул в ладонь. Я подумал, что второе правило первопроходца на сей раз, пожалуй, не применимо: Трубе придется…

Дальше мне стало не до размышлений. Старик примерился ударить меня в живот, мой клинок отбросил кирку в сторону, но соскользнул с его доспеха. Рука привычно коснулась лба, чтобы опустить забрало… Эх, ну что за бой! Ни щита, ни шлема!

Вместо того чтобы пытаться прорубить его доспех, я что было силы ткнул кулаком в сосредоточенную физиономию старика и выиграл пару секунд, чтобы проверить, как идут дела у остальных.

Дела оказались нерадостными. Секкару удалось завладеть киркой, однако она явно была ему не по руке, с таким же успехом он мог бы размахивать и сапожным шилом. Харрт дрался, сжав зубы, но его широкий нож не способен был удерживать раздвоенных на расстоянии. Первопроходец уже еле держался на ногах, на его штанах и куртке начали появляться пятна крови.