Крадущаяся тьма - Линн Флевеллинг

— Не такой уж опасный порез, — бросил он женщине через плечо. — Повезло вам, что я не очень хорошо целился.

— Я в порядке, мам, — выдохнул юный ползун, отодвигаясь от Серегила. В свете еле тлеющего факела Алек разглядел, что тот моложе его самого. Заметил Алек и тонкую струйку крови на правой щеке Серегила.

— Ты невредим? — окликнул тот юношу.

— Да. А ты?

Серегил кивнул, перешагнул через раненого паренька и обратился к его матери:

— Мы не тронем вас, если вы оставите нас в покое. — Он поднял руки ладонями вверх.

Не говоря ни слова, женщина перепрыгнула поток, подхватила сына под мышки и исчезла с ним вместе в темноте.

Алек тоже перебрался на другую сторону и протянул руку, чтобы ощупать голову Серегила.

— Приличной шишкой она тебя наградила.

— Так мне и надо, — пробормотал тот, стуча зубами. — Пальцы Иллиора! Позволить ползунам напасть! Если бы холодная вода не привела меня в чувство, я мог утонуть.

— Я рад, что ты его не убил Ему всего лет двенадцать. Серегил оперся о стену и глубоко вдохнул воздух.

— Я тоже рад. Вообще-то странно, что они напали на нас. Ползуны обычно стараются ничем себя не выдавать. Они воруют и шпионят, но предпочитают не вступать в потасовки.

Нахмурившись, Алек стянул с лица намоченную уксусом тряпку и промокнул ссадину на лбу Серегила.

— Ты уверен, что не очень пострадал? Выглядишь ты неважно. Серегил на секунду прикрыл глаза и оперся на плечо Алека. Потом забрал у него тряпку, прижал ее к ране сам и двинулся по дорожке.

— Пошли. Нужно выбираться отсюда. Сегодня я наплавался вдоволь.

Они благополучно добрались до выхода за разросшимся тутовым деревом, но совместное действие холодной ванны и удара по голове начало сказываться на Серегиле.

— Отправляйся за Нисандером, — сказал он Алеку; его бил озноб, даже несмотря на теплый сухой плащ. — Я лучше побуду тут и прослежу, чтобы никто пока что не обнаружил следов наших приключений.

К его удивлению, Алек отказался.

— Нет, пойдешь ты, — заявил он решительно. — Твоя рана все еще кровоточит, и даже отсюда слышно, какую дробь выбивают зубы

— Как-нибудь выживу, — фыркнул Серегил. — Я не хочу, чтобы ты тут оставался один. Что, если в самом деле появится кто-нибудь?

— Тем больше оснований тебе поторопиться, — упрямо возразил Алек. — Я постараюсь не попадаться на глаза кому не надо — никто и знать не будет, что я здесь. Это тебе нужна помощь. Отправляйся!

Серегил по выражению лица юноши понял, что тот не отступится от своего решения. Тогда он отрезал кинжалом полоску от полы плаща юноши и сунул себе в карман.

— Не расставайся с плащом. Нисандер по этому обрывку сможет тебя найти. И что бы ни случилось, прячься, понял? Никакого героизма.

— Ладно, никакого героизма. Серегил безнадежно вздохнул.

— Если я вскоре не появлюсь, возвращайся в Ореску. Понял?

— Да понял, понял! Уйдешь ты когда-нибудь? Мне не очень улыбается торчать тут всю ночь. — Натянув капюшон, Алек растворился в темноте.

В голове Серегила все сильнее пульсировала боль, когда он припустил по темным улицам в сторону Орески, но беспокойство за Алека помогало ему превозмочь слабость. Несмотря на то что Серегил верил в находчивость юноши, его преследовали видения, как ничего не подозревающего Алека хватает стража или таинственные враги, явившиеся проверить работу Ритела.

Добравшись наконец до Орески, грязный, мокрый и окровавленный, Серегил прорвался мимо недовольного привратника и поспешил по лестнице в башню Нисандера.

Открывший ему дверь Теро отшатнулся и закрыл лицо пышным рукавом.

— Клянусь Четверкой! — рявкнул он, загораживая проход. — От тебя воняет, словно ты только что вылез из сточной канавы!

— Ты очень наблюдателен. Отойди с дороги!

— В таком виде ты сюда не войдешь. Отправляйся сначала в ванну.

— На это нет времени, Теро. Отойди, или я тебя отшвырну.

Двое мужчин гневно смотрели друг на друга; годы взаимной неприязни пропастью пролегли между ними, не прикрытые ни шутками, ни правилами приличия. Каждый из них мог причинить другому нешуточный вред, если бы дошло до открытого столкновения, и оба знали это.

— Алек остался там один, и нам нужна помощь Нисандера, — прошипел Серегил.

Бросив на него взгляд, полный отвращения, Теро отступил в сторону и впустил Серегила в рабочую комнату.

— Его здесь нет.

— Где же он?

— Ушел на свой ночной обход, я думаю, — сквозь зубы ответил Теро. — Или ты забыл об этой его привычке?

— Тогда вызови его! — Серегил помолчал, сделал глубокий вдох и с видимым усилием выдавил: — Пожалуйста.

Небрежным взмахом руки Теро сотворил из воздуха шарпосланец. Держа крохотный огонек на ладони, он произнес:

— Нисандер, ты срочно нужен Серегилу. Он в рабочей комнате. — Горящий шарик метнулся, прошел сквозь закрытую дверь и исчез Теро жестом указал Серегилу на деревянную скамью у стола, но сам остался стоять.

Молодой маг оказался, как всегда, внешне безупречен, с неудовольствием заметил Серегил; на мантии под кожаным передником не было ни пятнышка, вьющиеся темные волосы и бородка аккуратно подстрижены, руки ухожены. Воспоминание о том, что когда-то он сам жил в этом угловатом теле. хотя и недолго, заставило Серегила внутренне поежиться. А уж о том, что Теро в это же время использовал его собственное тело, думать было вообще невыносимо.

— Ты весь в крови, — наконец сказал Теро, неохотно приближаясь к Серегилу. — Давай-ка я посмотрю.

Серегил отодвинулся, не давая Теро к себе прикоснуться.

— Это всего лишь царапина.

— У тебя над ухом шишка размером с яйцо, а по щеке течет кровь, — резко бросил Теро. — Что, как ты думаешь, скажет Нисандер, если я позволю тебе просто сидеть здесь и ничего не предприму?

Ветис, молодой слуга, принес воду и бинты, и Теро принялся очищать рану.

Нисандер вернулся, как раз когда тот заканчивал.

— Что за необычное зрелище! — воскликнул волшебник, поспешно пробираясь между стопками книг. Он был одет в потертый камзол и штаны, и Серегил с гордостью подумал: каким добрым и совсем непохожим на могущественного мага Нисандер выглядит в отличие от своего надутого помощника. — Клянусь Светом, Серегил! Ну и воняешь же ты! Теро, когда закончишь, найди для него, пожалуйста, чистую одежду.

Теро положил окровавленное полотенце рядом с тазом и вышел через дверь, ведущую к личным комнатам.

Нисандер улыбнулся, глядя на результаты трудов своего ученика.

— Он иногда изумляет меня, Серегил. Но где же Алек?