Крадущаяся тьма - Линн Флевеллинг

— Откуда ты знаешь, что он придет? — спросил Алек, когда они с Серегилом на следующий вечер поднимались в пустую каморку над безымянной лавчонкой в Нижнем городе.

— Придет, придет. — Серегил с отвращением посмотрел на покрытый жирными пятнами стол, потом опустился на табурет. — Он, наверное, уже околачивается где-нибудь неподалеку.

Связаться с Тимом было нетрудно. Тайная сеть передачи сообщений пронизывала беднейшие слои городского населения, словно древесные корни; Достаточно было сунуть кому нужно монетку и шепнуть словечко.

Еще не успел Серегил договорить, как на лестнице послышались легкие шаги. Тим помедлил в дверях, подозрительно оглядывая каморку, потом, почтительно поклонившись Серегилу, вошел.

Алек смотрел на воришку со старательно скрываемой неприязнью. В последний раз он видел того в пригороде, когда возвращался в Римини с Микамом и Бекой. Алек тогда был так горд своими только что обретенными умениями, что неожиданно схватил Тима в толпе, надеясь отплатить за украденный кошелек. Вместо этого он чуть не напоролся на нож. Воришка был все так же худ и грязен и все так же высокомерен в своей нищете. Перекинув одну ногу через скамью, Тим уселся напротив Серегила и лениво и вызывающе улыбнулся Алеку.

— Все еще таскает тебя с собой? Должно быть, ты ему по вкусу пришелся.

Алек ответил ему бесстрастным взглядом. Тим издал короткий невеселый смешок и перевел взгляд на Серегила.

— Ты меня искал?

Серегил положил руку на стол и медленно разжал кулак, показав тяжелую серебряную монету в полсестерция.

— Странные клиенты тебе не попадались? — спросил он, употребив обычное для сленга выражение, обозначающее шпиона.

Тим снова фыркнул.

— А как ты думаешь?

Серегил накрыл ладонью монету, потом опять разжал руку: к первой монете присоединилась вторая.

— Ты на кого-нибудь из них работаешь? Тим не отрывал глаз от денег, и его узкое лицо на секунду обрело почти задумчивое выражение.

— Думаешь, я сказал бы тебе, если бы работал? Ладонь Серегила сжалась, потом раскрылась опять. Четыре монеты.

Алек следил за лицом Тима. Маска безразличия прочно держалась на месте.

— А может, и работаю. Кулак сжался и раскрылся. Никаких монет. Это наконец вызвало реакцию. Тим подался вперед, как человек, который понял, что слегка перегнул палку.

— Ах ты ублюдок! Ни на кого я не работаю, да только есть тут такие, про которых разнос говорят.

Рука Серегила раскрылась снова. Пять монет.

— Том-Крысенок ни с того ни с сего разбогател, и никто не знает откуда,

— сообщил Тим, исполненный теперь алчной угодливости

— Где сейчас Том-Крысенок?

Тим пожал плечами

— Его нашли дохлым на задворках недели две назад Горло ему перерезали

— Еще кого знаешь?

— Шустрый Микль хвалился, что своровал бумаги на улице Золотого Шлема

— Из чьего дома?

— Не знаю

— Где найти Шустрого Микля?

Снова пожатие плеч

— Да его что-то не видно уже давно.

Серегил убрал деньги с разочарованным вздохом, поднялся и поманил Алека за собой

— Пошли Здесь ничего не узнаешь

— Есть еще кое-какие слухи, — торопливо пробормотал Тим Серегил недоверчиво оглянулся на него от двери.

— Что за слухи?

— Да насчет ползунов Кое-кто из них вдруг разбогател, а потом нашелся мертвый или пропал вовсе Алек обменялся с Серегилом быстрым взглядом, оба вспомнили то, что слышали от женщины в туннеле.

— Мадрин, Динстил, Худышка Лили, Бродяга Ки — все откинули копыта за последний месяц, — продолжал Тим. — А Тарл уже неделю ищет Фарина— Рыбку.

— Разве Фарин не взломщик? — Серегил вернулся к столу Алек остался стоять у него за спиной

— Ясное дело, взломщик, да только странно он исчез Они с Тарлом испокон веков вместе работали

— Еще кто-нибудь?

— Может, еще Вирелла Она хоть и из ползунов, да только про нее никогда точно не скажешь И еще Шейди, начинающая домушница ее нашли в гавани, плавала там за молом Некоторые даже поговаривают, что и Кота из Римини пришили — ну, это еще один, про которого точно не скажешь Серегил позвенел монетами