Дракон в ее теле - Ника Ёрш

Максимилиан Буджерс

Чужое тело. Я снова побывал в нем.

Теперь уже без страха, лишь с легким удивлением от неожиданности.

И снова увидел ее. Мэделин Айгари смотрела на меня с беспокойством, еще не понимая, кто перед ней. Гладила спутанные волосы, мило улыбалась и просила прощения за свою глупость.

— Это я виновата, — говорила Мэделин, — не держи на меня зла, Мари. Так увлеклась, что совсем забыла об опасности. Ты не обижаешься? Все хорошо?

— Хорошо, — ответил я, вглядываясь в ее лицо и понимая, что скучал по нему. Эта девушка так или иначе постоянно была в моей голове. То злила, то вызывала улыбку, главное — не оставляла безразличным.

Теперь, встретившись с ней, я рассматривал утонченные черты лица и гадал: чем она так привлекла меня?

Улыбкой? Может быть. В уголках ее губ крылась шалость, кажется — всегда готова сказать или сделать нечто нетривиальное, то, что выделит ее из толпы.

А может, глазами? Хитрым прищуром и живым блеском. Мэделин Айгари смотрела так, будто видела в каждом некую загадку и собиралась вот-вот ее разгадать.

И небольшой, чуть вздернутый носик лишь напоминал о характере своей хозяйки, миниатюрной вездесущей любопытной девицы.

Андрис звал ее занозой в причинном месте.

Вспомнив это, я расхохотался.

— Ты чего? — Мэделин, почувствовав неладное, встревожилась, отпрянула. — Что смешного, Мари? Эй!

Я глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. Откуда во мне это безудержное ненормальное веселье? С чего бы мне так себя вести? Наверное, просто нервное. А может, всему виной наша встреча.

Я и правда хотел видеть эту девчонку. Несносную, неугомонную, задающую неудобные вопросы и заставляющую Андриса кривиться от ее присутствия. В чем-то мы были даже похожи. Хотя серьезности и прозорливости в ней, несомненно, оказалось больше моего.

— Ваше высочество? — догадалась она. — Это вы?

— Может быть. — Я широко улыбнулся.

— Но… — Мэделин посмотрела на дверь, за которой скрылась сьерра О'нил, решая должно быть, позвать ли ее на помощь.

Я поднялся с кресла, только тогда поняв, что эра Марианна одета лишь в ночную сорочку и халат.

— Не смейте так смотреть на… нее! — выпалила Мэделин.

— Почему? — я улыбнулся. — Так можно смотреть только на вас?

Она вспыхнула, негодующе всплеснула руками и, судя по личику, собиралась ответить некую колкость, но я ее опередил.

— Вы прекрасно выглядите.

Мэделин сбилась. С алыми от гнева щеками, она стояла напротив меня и смотрела своими большими глазами, не понимая, как поступать дальше.

Это раззадорило. Черт, она была прекрасна в этом своем неведении. Будто впервые из-под маски ершистой девчонки выглянула невинная милая красавица. Теперь хотелось выманить ее полностью, рассмотреть, а лучше пощупать…

— Знаете, я думаю, наше знакомство не с того началось, — сказал, шагнув к ней.

Сразу пришла легкая волна раздражения оттого, что тело было не моим. Хотелось прикоснуться к ней собственными пальцами, понять, какова эта кожа на ощупь. Увидеть выражение ее лица, когда это случится. Услышать тихий вздох, что обязательно сорвется с ее губ, стоит мне сказать откровенный комплимент, обличающий мое к ней отношение…

— Не подходите ближе, — предупредила Мэделин, выставив вперед руку.

Я улыбнулся ей, посмотрел на длинные красивые пальцы и четко осознал: пока не почувствую их на своих плечах, впивающимися в кожу в порыве страсти, не успокоюсь.

Эта девушка должна была стать моей. Непременно. Безоговорочно.

— Вы странно ведете себя, — Мэделин отступила на шаг, — я позову сьерру О'нил, мне не нравится то, что я вижу.

— А мне очень нравится. Я, знаете ли, кажется, скучал по вам, эра Айгари. Кроме того, меня терзает одна деталь. Просто спать не могу, пока не проясним ее.

— Чего вы хотите?

— Видеть то самое сердечко, о котором вы столько рассказывали. — Я изобразил руками сердце и оскалился, поясняя: — Мне пришлось самому представлять, где оно и как выглядит. Это так… распаляет мое любопытство! Теперь я безумно скучаю по… где там это родимое пятно?

Дверь отворилась. Сьерра О'нил в полном облачении вошла в комнату, не дав нам с Мэделин договорить. И я уже хотел попросить гувернантку оставить нас, когда тьма заволокла все вокруг.

Пришлось закрыть глаза и мотнуть головой. А открыв их, я увидел Андриса, рассматривающего меня с самым хмурым видом.

Поведя руками, он установил полог тишины, после чего спросил, едва шевеля губами:

— Макс?

Я кивнул и быстро обернулся. Отец все так же сидел в кресле, не замечая перемен. Снова взглянув на Андриса, сделал вывод:

— Значит, слова из книги работают. И ты сможешь провести обратный ритуал?

— Да. Чем раньше, тем лучше, — подтвердил советник, не скрывая беспокойства в голосе. — Но нужно понять значение еще одной руны. Вернись к чтению манускриптов, выписывай все, что покажется значимым.

Я удержал Андриса за плечо и уточнил:

— Ты проверил ее? Когда она была здесь.

— Поверхностно, — ответил он и, помешкав, закончил: — Ее магия почти пропала. Еще несколько обращений, и состояние станет необратимым.

От старшего советника веяло холодом, а говорил он отстраненно, будто уйдя мыслями куда-то далеко.

— Удвой дозировку капель, — посоветовал я, возвращая его внимание. — А лучше поставь блок на негативные мысли. Девушка не должна пострадать.

Андрис взглянул на меня несколько удивленно.

— Ты волнуешься за Марианну Айгари? — спросил он. — С чего бы это?

— Не такая уж я черствая сволочь, как все думают, — сообщил я. — И потом, нам ни к чему неприятности от ее отца.

Старший советник какое-то время пристально смотрел на меня, обдумывая что-то, взвешивая и решаясь, а после кивнул собственным мыслям, объявляя:

— Мне необходимо навестить девушку. Хочу убедиться, что она вне опасности.

— Передавай привет, — хмыкнул я. — Особенно ее сестрице.

Андрис снял полог тишины и, повторив слова о том, что считает необходимым навестить эру Айгари, ушел, оставив нас с отцом вдвоем.

Проследив за старшим советником взглядом, я как ни в чем не бывало вернулся на свое кресло. Подняв со стола бумаги и собираясь приняться за работу, я на миг улыбнулся, вспомнив покрасневшее от смущения лицо Мэделин Айгари. В то же время свет от свечи, зависшей в воздухе надо мной, пропал.

— Хорошо провел время? — спросил отец, встав надо мной и создав вокруг полог из тьмы. — Это ведь был новый обмен?