Награда для Регьярда - Оксана Глинина

Вилия

Сердце, казалось вот-вот выпрыгнет из груди. Страшно было опоздать, страшно было потерять единственную тропинку в ещё не начавшуюся жизнь. Тот самый путь, указанный дыханием Гримхайла, нашептанный пульсом бьющейся жилки на шее любимого в тот час, когда я засыпала в его объятиях. Поначалу я не представляла, что и кого увижу в конце своего пути, но воображение рисовало картины одна безумнее другой: то мне чудилось, что Регьярд сражается в одиночку с целой армией северян ‒ вот он израненный лежит и истекает кровью, то возникал образ искалеченных воинов, ведущих войска в последнюю самоубийственную атаку. Сердце в ужасе заходилось от этих мыслей, становилось до такой степени страшно за владетеля, что комок подкатывал под самое горло и начинал неимоверно душить.

Но чем шире растекался по долине поток, и становился ближе ко мне пологий берег реки Лотры, тем больше меня начинала беспокоить тишина, перебиваемая лишь шумом одинокого ветра. Бурные воды были чисты от крови ‒ но добрый ли это знак?

Где же все? Где сам Регьярд? Вот в отдалении, за зубчатым скалистым отрогом я услышала лязг металла и направила лошадь в ту сторону, где замерли ощетинившимися копьями два воина. В бою сошлись владетель и ‒ о, ужас ‒ мой бывший жених Илвар.

Вот, значит, как! Возможно это самое разумное решение ‒ предвосхитить кровавую баталию поединком. Только всё равно, кто-то должен заплатить высокую цену за это!

Глупо сомневаться в Регьярде, как в воине, тем более я видела, как он расправился с Илваром в первый раз. А еще, немного зная Илвара, терзали душу черви сомнения, что он пожелает сражаться честно.

Ветер гнал меня в спину, казалось, из плеч выросли крылья, вздымая меня высоко над землёй, а на деле же я, практически, загнала бедное животное, а сама привстала от нетерпения в стременах. Даже не почувствовала усталости и боли, пронзившей тело, как только я стала спешиваться.

Бой между лучшими мечами двух королевств вот-вот должен был разрешиться.

И, если Регьярд оставался спокойным, то мой бывший жених, потеряв самообладание, плясал вокруг раздразненным зверем. Почему-то в этот момент, когда я увидела владетеля в бою, пришло осознание ‒ он справится, потому что для него уже всё закончилось.

Но я мчалась к любимому, желая спасти его. Быть с ним в самый тяжелый момент. И если будет в моих силах ‒ остановить это безумие.

Они меня заметили одновременно. Решила не медлить и позвала, что было сил… только совсем забыла о том, что Илвар считает меня мёртвой. Его посеревшее вытянувшееся лицо и впавшие, горящие нехорошим блеском глаза, уставившиеся на меня, внушали опасение за его разум. Казалось, он не может даже пошевелиться от потрясения. К тому же, я так спешила остановить сражение и попытаться примирить лёд с огнём, что слезая с лошади, чуть не упала от, резко вернувшейся и захватившей всё тело, боли. Увы, Тенхай здесь на открытой местности не сыщешь, чтобы она завела свои успокоительные песнопения. Но, к счастью, я тут же попала в крепкие руки Регьярда и боль, на удивление, отступила.

‒ Прошу вас, ‒ взмолилась я сразу же, как перевела дух, ‒ прекратите! Илвар, ты должен знать, что в гибели Унбара повинен не Регьярд и его люди, а воины моего отца.

Видимо, потрясений ему хватило и без меня, Илвар даже пошатнулся. Почти сломленный этим известием.

‒ Твой брат выручил меня, когда его люди собирались поразвлечься с одинокой бродяжкой, и пустил в прокаженный лагерь!

Говорила я сбивчиво и быстро, но так хотелось донести до слуха Илвара хоть каплю правды.

‒ За то, что Унбар изгнал их из своего отряда за срамные дела ‒ ему и отомстили свои же.

На лице бывшего жениха всё ещё читалось недоверие, но всё равно чувствовалось, что пелена безумного гнева сходит с его глаз, потихоньку начнёт оттаивать и сердце Илвара.

‒ Я должен тоже сказать слово, ‒ Регьярд обратился к своему противнику, а моё сердце пропустило удар, ‒ Унбар не погиб.

‒ Какого черта?! Ты… ‒ казалось, Илвар готов снова накинуться на владетеля.

‒ Я пытался тебе сказать, только ты даже не собирался слушать, ‒ Регьярд говорил, даже не шелохнувшись, продолжая крепко прижимать меня к груди.

‒ Ты… ‒ не веря своим ушам, Илвар отходил назад туда, где лежал его меч, ‒ да, чтоб тебя…

‒ Пожалуйста! ‒ взмолилась я. ‒ Зачем нужно это бессмысленное кровопролитие? Ты ведь любишь Смежные земли, Илвар, я точно это знаю! Ульге не справиться одной без поддержки сильной руки, в одиночку она не сможет защитить даже сына от посягательств вельмож на его корону.

‒ Хелгуд тебе не брат!

‒ Я это знаю.

Вспомнилось видение на вершинах Когтей, где Ульга давала отцу красный плод ‒ знак своей лжи и измены.

‒ Только это не меняет того, что мальчик наследник. Смежным землям нужен достойный правитель, если ты сейчас возьмешь всё в свои руки, то со временем этот правитель появится. Обязательно!

‒ Я не понимаю… чего вы хотите? Это обман, ворожба? Пока вы мне тут вещаете о своей доброй воле, на моих людей совершили нападение?

‒ Илвар! ‒ Регьярд строго посмотрел на своего противника. ‒ Никому не нужна война! Ни Грихайлу, ни Смежным землям.

‒ Тогда чего ты хочешь, гримхайлский дьявол?!

‒ Мира! ‒ мы вымолвили это одновременно с владетелем.

‒ Вот значит, как… ‒ горько усмехнулся мой бывший нареченный, который никогда меня не любил, и, которого я не любила, но его судьба была тесно связана с моей и судьбой, таких далёких, Смежных земель.

‒ Я хочу видеть брата! ‒ твёрдо произнес Илвар.

‒ Унбар был довольно слаб из-за заражения крови, но мои лекари буквально сотворили чудо. Ты найдешь его в селении, расположенном выше по течению Лотры. С ним будет охрана и его люди, они согласились сопровождать своего смотрителя до Смежных земель. Покинуть Гримхайлские земли ‒ было решением твоего брата.

‒ Если ты лжешь, владетель, то от моей мести тебя не спасет ни твой меч, ни… ‒ Илвар пристально посмотрел на меня, ‒ ни Вилия.

‒ Спасибо, ‒ проговорила одними губами, выдохнув с облегчением.

‒ А ты, ‒ обратился он ко мне, ‒ останешься с ним, так ведь?

‒ Конечно!

‒ Почему? Неужели чужак тебе милее соплеменника?

‒ Не будь таким злым, Илвар! Гримхайл мне такой же родной дом, как и Смежные земли. Моя жизнь слишком изменилась, а я поняла то, что истинными творителями своей судьбы являемся мы сами. Слишком долго мне было удобно плыть по течению, но я, как видишь, нашла свой берег.