Визитер - Михаил Шухраев

— Кто вы? — резко спросил он, и это Мэтью еще мог понять, его знаний французского для этого хватало.

— Путники, — односложно объявила девушка на английском. Хозяин покачал головой, но все же перешел на привычную Мэтью речь. Впрочем, привычную ли? Говорил он с невероятным акцентом, и его слова едва можно было разобрать.

— Хорошо, сестра, тебя я пущу. Но вот его, — хозяин скосил глаза на Мэтью, и тому стало совсем нехорошо, — его я не смогу впустить. Здесь не любят таких, как он. Откуда он взялся?

— Из Оборотного мира, — все также отрывисто пояснила девушка.

— Вот оно как? Человек? Просто человек, сестра?! — хозяин расхохотался, и Мэтью, к своему ужасу, увидел резко выступающие острые клыки. — Да еще и человек оттуда, из оборотного мира! Пусть отправляется, куда хочет. Зачем он тебе?

— Не просто человек, брат-вампир, — возразила девушка. — Посмотри на него внимательней. В нем — кровь Древних, Туата. Ему можно доверять…

— Вот как, значит? — хозяин хмыкнул. — Что ж, пускай войдет. Ты будешь в безопасности, — обратился он к Мэтью. — Что скажешь, или ты — немой?

— Благодарю, — хмуро ответил Мэтью. Ему было не до того. Вампиры… Значит, это не какие-то сказки, они действительно существуют?!

— Мы действительно существуем, человек из народа Туата. — Хозяин улыбнулся, причем даже слегка ободряюще, но его клыки могли насторожить кого угодно. — А ты… Ты слишком громко думаешь. Разве там, в Оборотном мире, людей не учат хорошим манерам?

— Не в том его вина, брат-вампир, — произнесла девушка. — Должно быть, ты давненько не видел никого из Оборотного мира . Люди изменились, очень изменились.

— Хорошо, проходите же. Платить вам, как я понимаю, нечем?

Это было правдой. Можно было, конечно, пожертвовать чем-нибудь из вещей или из порядком потрепанного обмундирования, но Мэтью не знал, нужно ли хозяину хоть что-нибудь.

— Заплатите тем, что расскажете о новостях ОТТУДА, — решил вампир. — Что-то тревожно здесь в последнее время. Может быть, мы поймем, почему. Проходите пока сюда, вниз, — распорядился он. — День будет Долгим, успеете отдохнуть.

И Мэтью со своей спутницей оказались в небольшой и по-своему уютной гостиной.

Конечно, парень с Оборотной Стороны, видя местных жителей, уже вообразил запыленные гробы, в которых те должны были отдыхать, паутину по углам, запах затхлости — то есть, все то, что молва приписывает жилищу вампиров. Но ничего подобного не было и в помине.

Это могла быть гостиная отеля в небольшом городке на континенте — если бы не плотные занавески на окнах, сквозь которые пробивался очень слабый свет.

— Огня нет, мы же не знали, что здесь будет человек, который не видит в темноте, — мрачно проговорил вошедший вслед за ними хозяин. — Я распоряжусь насчет еды, — сказал он. — А уж потом послушаю, что вы расскажете о том, что происходит на Оборотной Стороне.

Мэтью не понял из его речей почти ничего, и с сомнением покосился на девушку. Та оставалась вполне спокойной.

— Слушай, это не опасно?

— Что? — непонимающе спросила она.

— Ну, вампиры. Ты же знаешь, что…

— А, вот ты о чем. Страшные людские легенды. Когда-то их создали сами вампиры — думали, что люди после этого оставят их в покое. Конечно, ошиблись. Ничего плохого нам не сделают, тем более, если пустили. Можешь их не опасаться. Самое главное — мы в доме, и днем с нами ничего не случится.

— А почему он не хотел нас пускать? — спросил Мэтью, еще раз присматриваясь к обстановке.

— А из-за тебя. Здешний городок населен одними вампирами, если ты успел заметить. Они не очень-то жалуют чужаков, особенно — людей. Не беспокойся, в Запределье есть и люди, почти что обыкновенные люди. Просто здесь их видеть не хотят. Это — старинная вражда.

— А что ты говорила про какой-то «народ Туата»?

— Ах, вот ты о чем… Скажи-ка, кто из твоих предков был ирландцем ?

— Мой дед оттуда, — ответил Мэтью.

— Тогда понятно. Видишь ли, мы живем в Запределье очень долго, будь ты самым обычным человеком, ты бы давно сошел с ума. Некоторых способностей для того, чтобы здесь выжить, я в тебе не вижу. Значит, остается одно — древняя кровь.

Упоминание о крови не добавило Мэтью спокойствия, скорее — наоборот. Что же такое здешние вампиры, если они не пьют кровь? И почему они враждовали с людьми?

— Они пьют кровь животных, — терпеливо разъяснила девушка. — А хозяин прав — ты действительно очень громко думаешь. Правда, и это пойдет на пользу — он не станет переспрашивать, когда ты будешь говорить о своем мире. А насчет вражды с людьми… Вы же тоже враждуете между собой — и что с того?

В коридоре послышались легкие шаги, и на пороге появилась горничная с подносом. Девушка была бы даже симпатичной, если бы впечатление не портили глаза, отблескивающие красным. Горничная поставила поднос перед гостями, но уходить не собиралась, с любопытством разглядывая гостей, в особенности — Мэтью.

Тот смутился. Потом все же нашел в себе силы произнести:

— Что вы так смотрите, людей не видели?

— Нет, — горничная сделала три шага назад, опасливо, но в то же время с любопытством посматривая на гостя. — Не видела, конечно. А это правда? — Она замолчала.

— Что правда? — удивленно сказал Мэтью.

— Ну, то что про вас говорят, — на сей раз смутилась горничная.

— И что говорят…

— Я не хочу вас обидеть, — запинаясь, произнесла девчонка, — но я слышала, будто вы. Ну, не вы сами, а люди вообще… В общем, считаете нас охотничьими трофеями, — горничная окончательно сконфузилась.

— Нет, милая, неправда, — рассмеялась спутница Мэтью, пока тот пытался подобрать слова. — Вот видишь, обратилась она к нему, — здесь свои легенды, людей — твоих соплеменников, между прочим, — здесь считают бессмысленно кровожадными тварями.

— Ступай, ступай, Вероника, дай нам поговорить. — За спиной горничной возник хозяин.

Веронику дважды упрашивать не пришлось. Видно, любопытство заставило ее обслужить гостей, но теперь страх все же взял верх.

Меж тем, девушка открыла один из принесенных горшочков с едой. Мэтью ничего не оставалось, как последовать ее примеру.

В горшочке оказалась самая обыкновенная гречневая каша. С мясом.

«Надеюсь, это — не человечина», — подумал Мэтью, и тут же вспомнил о том, что он «слишком громко думает». Но или хозяин не заметил этих подозрительных мыслей, или предпочел не заметить. Любопытства у этого худощавого человека… нет, все же не человека, — было больше, чем у горничной.

— Вижу, вы проголодались, — проговорил он. И это было правдой. Мэтью понял, что у него нет никакой возможности для того, чтобы отставить горшочек с подозрительным мясом. Голод и переживания последних дней взяли свое.