Академия Зла. Испытание ведьмой - Ольга Хусаинова

– Мертвые должны быть мертвыми, – вполголоса подтвердил Касси.

– Я бы поспорил, – тихонько заявил Кир – его некромантская сущность не знала покоя и лезла наружу при каждом удобном случае.

– Переночуешь один раз на Ожившем Кладбище, и спорить расхочется, – осадил его Берт. Некромант тут же стыдливо опустил голову, а куратор вернулся к теме занятия: – Смертельное заклятие первого уровня. Для расправы с мелкой нечистью и мертвяками вполне достаточно. Плетение – быстрое и универсальное, со временем вам будет достаточно только подумать – и с пальцев сорвется импульс. А пока: смотрим, запоминаем и отрабатываем.

И мы смотрели, запоминали, повторяли снова и снова, пока куратор не остался доволен.

* * *

Берт громовым голосом раздавал последние указания и напоминал в десятый раз:

– За очерченный круг не выходить!

– В живых никого не оставлять!

– Скоро впущу гостей, готовьтесь встречать!

Я рассматривала черные деревья вокруг. Мрачно, страшно, волнительно… И вдруг мой взгляд уловил среди безжизненных стволов какое-то движение. Я напряглась и присмотрелась повнимательнее.

Маленькая рыженькая белочка лапкой застряла в расщелине поваленного дерева и тщетно пыталась выбраться, барахтаясь и застревая еще сильнее. Испуганный взгляд круглых и отчего-то не черных глазок-бусинок, а ярко-желтых огромных страдающих от боли, остановился на мне. Немая мольба застыла в них, а мое сердце тотчас же сжалось.

Мы встретились взглядом, и мир вокруг меня поплыл. Я больше не видела ничего, кроме этих жалостливых глаз, а голос Берта стал доноситься словно через толщу воды. Она же там погибнет! Ее или банально съедят, или белочка просто обессилеет и умрет от голода. А ведь здесь вот-вот будет жарко! Не могу же я просто отвернуться и сделать вид, что не заметила чужих страданий?

Я осторожно сделала шаг вперед. Второй. Третий…

Берт все еще рассказывал о чем-то адептам, а я тихонько кралась за их спинами в сторону маленького зверька. Перепуганные глаза неотрывно смотрели на меня не мигая, и зрачки отчего-то ритмично пульсировали.

Я уже переступила через черту и шагнула в лес, когда услышала далекий голос Берта:

– Ведьмочка! Стой!

Воздух вокруг меня стал похож на тягучий кисель, замедляющий движения, но я все равно прошла сквозь него, несмотря на неприятные ощущения. Как будто что-то холодное и липкое окутало все тело.

Краем глаза увидела, как Берт бросился в мою сторону и налетел на невидимую преграду, которая отбросила его ничком на выжженную почву. Как творилась какая-то паника в защитном круге. Как летели в нашу сторону боевые пульсары и гасли на полпути, как кричали и махали мне одногруппники, и лица их были очень взволнованные. Странно, но меня это совершенно не пугало и не трогало. Я видела впереди цель и шла только к ней.

Глупые, что они так волнуются? Сейчас я быстренько освобожу лапку несчастного животного и вернусь. Всего-то несколько шагов от круга.

– Ведьмочка, назад! – полный бессилия голос Берта. – Не подходи!

Но мне было все равно.

– Привет, – сказала я, наклонившись к белочке. Она доверчиво смотрела на меня своими пульсирующими желтыми зрачками, и я уже не видела ничего, кроме них.

– Сейчас я тебя освобожу, маленькая, – протянув к ней руку, сказала я. Погладила ее ушки, но пальцы не ощутили пушистый мех. Под ними было холодно и мокро. Бедная, наверное, давно уже здесь, продрогла вся.

– Потерпи, бельчонок, – успокоила я ее и осторожно принялась освобождать лапку. – Ну вот и все, – прижала к себе трясущееся тельце.

– Анэлия, – услышала я сзади тихий и до боли знакомый голос, доносящийся словно издалека. – Анэлия, что вы делаете? – спросил он негромко, но напряженно и недовольно. Неужели ему не жаль маленькое создание? Сейчас начнет читать мне мораль про дисциплину… Подумаешь, вышла из круга. Всего-то на пару шагов.

Я не оборачивалась и прижимала сильнее к себе маленького зверька, который все не мог согреться. Я даже сама начала дрожать, моего тепла не хватало на нас обоих, но мне было хорошо и спокойно, хотелось свернуться клубочком в обнимку с найденышем и уснуть, баюкая его.

– Анэлия, что вы делаете? – настойчиво повторил вопрос декан уже ближе.

Я поморщилась оттого, что мое умиротворение нарушено, но ответила:

– Белочку спасаю. Вы не видите?

– Здесь нет белочек, адептка, – сухо ответил он. – Отпустите… То, что вы держите…

– Она замерзла, – упрямо заявила я, гладя зверька. – Я не хочу ее отпускать, мне с ней хорошо, и я ей нужна.

– Анэлия… – выдохнул он, и я услышала его крадущиеся шаги за своей спиной. – Закройте глаза, пожалуйста.

– Вы хотите ее убить? – напряглась я.

– Здесь опасно, – напомнил он. – Сделайте то, что я прошу, пожалуйста.

Глаза я закрыла, но бельчонка из рук не выпустила. На мои плечи опустились теплые ладони, замерли на секунду, потом погладили, и он спиной прижал меня к себе.

– Выпустите из рук это, – шепотом попросил декан, коснувшись губами моего уха. – Только медленно и тихо.

Я отрицательно помотала головой.

– Говорите, белочка? Вы же не хотите взять ее с собой? – спросил василиск, плохо скрывая раздражение. Скользнул руками вниз по плечам, опустил ладони к локтям, потом к запястьям и осторожно попытался разжать мои руки. Я не поддалась на его уговоры и стиснула зверька сильнее.

– Витор, сможешь снять чары? – спросил магистр Гадтер куда-то в сторону.

– Я попробую, но расстояние… Ты же сам понимаешь…

– Сделай, что сможешь.

– Если она испугается, когда я закончу… – озабоченно начал вампир.

– Я подстрахую, а Берт пусть уведет адептов.

Слой за слоем с меня снимали равнодушную оболочку, искажающую восприятие. Звуки вокруг стали четче. Теперь я слышала и шум ветра, и скрип деревьев, и мужское дыхание за моей спиной, и какое-то утробное урчание прямо перед собой.

Ощущения тоже менялись. Белочка стала терять тепло, менять форму, размеры… Когда она стала влажной и неприятно липкой, я от неожиданности открыла глаза. Белочки в руках не было. Вместо нее я заботливо прижимала к себе огромного безглазого слизня, который самозабвенно пил мою энергию и уже начал светиться изнутри. Я хотела завизжать, но василиск быстро закрыл мне рот своей ладонью.

– Один резкий звук – и он проглотит нас заживо, – прошептал декан. Я недоверчиво посмотрела на противного, но размером не больше кошки слизня, и в этот момент василиск, плотнее прижав свою руку к моим губам, заставил приподнять голову.

Слизень, которого я держала в руке, оказался всего лишь одним щупальцем, причем не самым крупным, огромного белого прозрачного, как желе, тела. Чудовище в предвкушении раззявило пасть в два моих роста и ждало, когда я сама, подчиняясь его воле, переступлю границу клыков. И мне уже осталось сделать всего лишь шаг, чтобы ловушка захлопнулась. Точнее, нам с деканом.