Ржевский 8 - Семён Афанасьев

— Всё равно какой-то чересчур отчаянный шаг получается, — жене верю, но ситуация идиотская.

Мадина неожиданно краснеет и отводит взгляд.

В этом месте я вспоминаю обстоятельства, при которых мы с ней познакомились.

— А они правда твои жёны? — заходит на второй круг любопытства Елена. — Или это так, что-то иное?

Наджиб глумливо фыркает и тоже на мгновение активирует Нимб Монарха, только герб другой.

Глаза шатенки из кофейных блюдец становятся чайными.

Интересно, Вяземская что, подруге не сказала? Она ж из Соты, точно в курсе (я тут маго-сеть полистал — сам впечатлился, а Анастасия это наверняка чаще меня делает).

Глава 3

— Ой. — Голос Елены становится хриплым и опускается на пару тонов. — Не шлюхи, — выдаёт она заморожено, не сводя глаз с того места, где над головой Мадины только что появилась и исчезла виртуальная корона. — Мои извинения, я не знала! — она мгновенно переходит на русский. — Я Лена, а ты кто⁈ Говоришь по-русски⁈

Странно. Имя первая супруга назвала, корону над головой показала — что ещё надо?

Наджиб, однако, находит, чем ответить: она делает ангельское лицо, «простодушно» хлопает глазами и переворачивает правую руку ладонью вверх.

В воздух взлетает небольшой язычок белой плазмы, что-то там говоря о магическом потенциале своей хозяйки.

По лицу зарубежной гостьи проносится второй один ураган сильных эмоциональных впечатлений:

— Магия, причём не стихийная… МЕНТАЛ⁈ — глаза Елены из чайных блюдец становятся обеденными тарелками. — КАКОЙ У ТЕБЯ РАНГ⁈

— Да уж повыше твоего, — отзывчиво поворачивается к ней затылком Наджиб, пиная подвернувшийся под ногу камешек. — Немножко посильнее буду, ха-ха. М-да, Дим, раньше я думала, что наивные простодыры — это вы с Норимацу.

— Это почему? — интересуюсь, аккуратно и искоса рассматривая декольте везитерши (наверное, можно бы и открыто, но при супругах стесняюсь).

— Вы увлекаетесь не к месту, эмоционально заигрываетесь, регулярно косячите.

— А теперь что думаешь? — с интересом уточняет Шу, тоже по-русски.

— А теперь я с удивлением открываю для себя, что даже среди моих коллег встречаются персонажи и поотбитее, — Мадина делает ритуальный жест руками. — Спаси, как говорится, Аллах. Скажем, вы на фоне этих персонажей — просто-таки воплощения прошаренности, продуманности и здравого смысла!

— Какой у тебя ранг? Скажи? — гостья из Альбиона только что в рукав супруги не вцепляется, требует и требует.

— Да какое твоё дело⁈ — Наджиб деликатно берёт чужую кисть двумя пальцами, без труда отрывает от своей одежды и отодвигает от себя подальше. — Может, тебе ещё цвет стрингов поведать⁈ Или любимую позицию мужа⁈ Эй, длинная, держи свои поползновения при себе! — жена отходит на шаг, поскольку высокая гостья в порыве энтузиазма, кажется, собирается лезть дальше — то ли брататься, то ли обниматься. — Или за угол пойдёшь уже с разбитым носом!

— За что? — в этом месте на изрядную фасадными достоинствами Елену словно ведро воды вылили.

Похоже, угроза физического рукоприкладства — то, с чем она никогда раньше не сталкивалась.

— За то, что как аль-Футаим! Такая же эгоцентричная и беспардонная! — ворчит супруга в ответ. — И за то, что на моего мужа втихаря пыталась принуждение повесить. Считая себя самой хитрожопой. Хорошо, я рядом да и с него, как с гуся вода…

— Я ж без вреда для его интересов! — импортная родственница местного монарха принимается на полном серьёзе заламывать в отчаянии руки. — Если у тебя ранг позволяет, ты должна была видеть! Я на двести семьдесят процентов больше чем надо силы в сканирующий каст влила, в точность! Чтобы вообще ничего в его голове даже случайно не задеть, лишь его изобретательность простимулировать!

— Только по этой причине ты и не овощ ещё, — сердито сообщает Мадина. — И до сих пор соображаешь, на каком свете находишься. Вместо того, чтоб отвесить челюсть до пола и начать ходить под себя, капая изо рта слюной.

— Так какой у тебя ранг? — высокая шатенка, похоже, ничуть не смущена нелицеприятной перспективой, с которой, как оказывается, только что вполне себе серьёзно разминулась.

— Достаточный, чтобы видеть количество слоёв пудинга на твоём дне рождения в пять лет! — огрызается Наджиб. — Отцепись, а? К супругу пришла — к нему и апеллируй.

— Ой, ничего себе, у тебя сканирование прокачано, если даже в глубинных слоях ориентируешься! — без перехода начинает восхищаться чужая аристократка. — Это же пять с половиной уровень, да? Не ниже? Впрочем, ты из Залива, судя по геральдике, — она вздыхает. — У вас там школа, конечно, посерьёзнее. Завидую, чё!

На всякий случай решаю промолчать, что ранг жены далеко не пятёрка после усиления ядра. Также не говорю, что как раз сканирование у Мадины — вовсе не первый по силе навык.

Как корректор лишнего в чужих мозгах она изрядно посильнее, поскольку специализация. Ещё она амнезирует лучше, чем чужие мысли читает. Если бы решила, что мне что-то угрожает, овощей в имении действительно прибавилось бы, причём молниеносно. Я это только сейчас понял, за мимикой супруги старательно наблюдая.

— Вот это задача, хоть материться начинай, — Елена оглядывается по сторонам, зачем-то решительно сбрасывает с ног туфли и дальше шагает босиком. — Получается, в вашей семье ты всем заруливаешь? Поэтому Ржевский и взлетел так стремительно за какую-то неделю?

— А-ГА-ГА-ГА-ГА! — видимо, мы действительно хорошая ячейка общества, потому что ржать начинаем втроём, синхронно, не сговариваясь и искренне.

— Ой, кажется, я опять что-то не то сказала, — гостья из-за границы озадачивается, закусывая нижнюю губу.

— В нашей семье ни о каком принуждении речь не идёт, — на правах главы поясняю правила игры чужакам. — Всё абсолютно добровольно, никаких нагибаний через колено.

— Ага, в мезальянсе такого дворянина, как ты! — фемина с именем Лена и с душещипательными сиськами в последний момент тактично опускает детали моей предыдущей репутации. — И профессиональной менталистки пятого ранга, ещё из школы Залива! Имеющей собственный Нимб Монарха! — она отбрасывает всякие игрища и говорит искренне, став собой настоящей. — Верю, верю! — фигуристая гостья саркастически качает головой.

— Когда Дмитрий нашёл меня на улице, я брела по чужому городу чужой страны и прощалась с жизнью, — спокойно говорит Мадина. — Если бы не он, скорее всего, меня бы уже не было.

— Да ну⁈ — на лице посетительницы проступает недоверие высшей пробы.

Вместо аргументов супруга по второму кругу пышет с ладони язычком плазмы:

— Я не вру и не искажаю. Сказанное — правда. Точка.

— Ой. — Визитёрша резко становится пунцовой несмотря на хвалёный ментальный контроль физиологических процессов. — Вот это да, не думала, что такое бывает. Как история из романа!

— А жизнь любую литературу по части неправдоподобия и изобретательности регулярно за пояс заткнет, — пожимаю плечами. — Не всегда и не везде, но