Там, где мы служили - Олег Верещагин

Пробуждение совершенно не напоминало пробуждение в учебном лагере. Никто не орал: «Р-рота-а… па-адъем!» — никто не гремел, не грохотал, не метался, натыкаясь на людей и оттаптывая ноги. Ну, во-первых, день начался с того, что кто-то настойчиво потряс Джека за плечо и он услышал негромкий голос:

— Англичанин. Джек. Поднимайся, поднимайся.

Он ошалело соскочил вниз, отбив пятки и едва не свалив будившего — это был Дик, уже одетый в форму. Обувавший внизу сапоги и одновременно пивший пиво из банки Эрих отшатнулся и весело, ничуть не похоже на себя вчерашнего, сказал:

— Вот так и гибнут в мирной обстановке. Прыгнет такой на шею — и кранты.

— Ты не болтай, а допивай, — приказал Иоганн, сидевший на столе. Он проверял дробовик — полуавтоматическую «сайгу» десятого калибра[17]с двадцатизарядным могучим барабаном. — Гоните девчонок из умывалки!

Вход в умывалку оказался в том же самом коридорчике. Там было два рожка и полочка, а вода стекала куда-то вниз. Джек страшно спешил, и Ласло, оказавшийся рядом, сказал:

— Не гони, что ты? Еще есть время.

Обнаружилось, что у него еще один ожог в четверть спины, а третий — снаружи на правом бедре. Джек не мог заставить себя сразу отвести взгляд от этих пятен, и Ласло спокойно пояснил:

— Фосфор. Попал под разрыв… Так ты у меня вторым номером?

— Наверное, — неуверенно сказал Джек. — Мы что, все-таки идем?

— Идем, весь наш взвод идет…

— …Магазины не снаряжены? — спросила русская новичков, ловко закрепляя на разгрузочном жилете открытую кобуру с пистолетом — 14-зарядным «браунингом хай пауэр» калибра 10 миллиметров. — Берите в ящике под столом, это дежурные… Жозеф, возьми упаковку к «двушке».[18]

Полное снаряжение Джек носил много раз. А уж оружие освоил — в том числе и это, русское, — еще до школы, что было в целом совершенно обычно для детей его времени даже в уже относительно «окультуренных» местностях. Но он все-таки очень удивился, увидев хорошо знакомый длиннолезвийный тесак — русский «бобр». Он-то считал эту штуку просто причудой командования лагеря для утяжеления снаряжения. Мало верилось, что сейчас пехотинцы ходят в рукопашную — не двадцать лет назад, в конце-то концов…

— Что смотришь, бери, — кивнул Дик, застегивая ремень. — Им можно дров нарубить, копать, тесать…

— …и драться, — с недоверчивой улыбкой сказал Джек. — У нас что, городская война кланов?

— К сожалению, придется им и драться, — не принял шутки Дик. — Иоганн, паек берем?

— На неделю, — коротко ответил сержант, закидывая дробовик за спину. — Капрал Золотова, раздать паек.

Коробки из серого прессованного картона были хорошо знакомы Джеку. Закрепив на рюкзаке сменный ствол к «печенегу» и перекинув на бедро запасную патронную коробку, англичанин поднялся на ноги, с удовлетворением ощутив, что нигде не тянет.

— Новогодние елочки, — буркнул Дик. — Лоун стар будет?

— А как же… Становись! — выпалил Иоганн.

Ласло быстро указал место справа от себя, рядом с Эриком, придерживавшим на бедре свой РПД.[19]Отделение подравнялось. Иоганн скользнул взглядом по лицам и кивнул:

— Так. Прыгнули.