Не пытайтесь это повторить - Надежда Первухина

– Да, полюбуйся… – Лже-Елена повела плечами.

– Ну просто вылитая. Кстати, а вы знаете что?

– Что?

– Губернатор с шестью крепкими парнями отбыл из резиденции, взвалив все заботы по развлечению гостей на жену и слуг.

– Все любопытственнее и любопытственнее, как сказала бы Алиса из Страны чудес, – усмехнулась Юля. – Что ж, попробуем повеселиться без губернатора. Что, если нам осмотреть его дом? Ненавязчиво.

И мы принялись за ненавязчивый осмотр. Дом был огромен, но то и дело мы натыкались на группки веселящихся гостей.

Наконец мы поднялись на третий этаж. Он был пуст и неосвещен.

– А вот это уже интересно, – сказала Юля. Щелкнула пальцами, и над плечами у нас повисли голубоватые плазмоиды, дающие приличный свет. – Посмотрим, что тут за тайны.

Но это были не тайны. Стены длинного коридора третьего этажа были увешаны картинами Саввы Кулебякина. Я и не знала, что губер тоже увлекается этим художником!

– Не люблю Кулебякина! – Юля была категорична. – Эстет пузатых баб и скопидомных мужланов.

Я решила промолчать.

Мы прошлись по третьему этажу, подсвечивая себе плазмоидами, и тут послышался тихий плач.

– Внимание! – подняла палец Юля. – Кому-то не по себе в этом раю.

Плакали за неплотно прикрытой дубовой дверью. Плакали жалобно, почти по-детски.

– Идемте, – сказала я и распахнула дверь.

Ступила за порог и чуть не вылетела обратно от бешеного визга!

Ой, мама!

Плачущая обитательница этой неосвещенной «кельи» умела визжать так, что перепонки лопались. Хотя я ее понимаю – сидит одна, в темноте, и тут – мы, с шаровыми молниями над плечами. У кого хочешь визг прорежется, даже у мумии.

А мумией она не была. Она была женой губернатора – Ириной. Отвизжавшись, женщина хлопнула в ладоши. Зажегся свет. Юля развеяла плазмоиды.

– Извините, – сказала я. – Мы услышали, что кто-то плачет…

– Ну я плачу, – шмыгнула носом Ирина. – А вы из гостей? Ой, да что я спрашиваю! Я же вас всех знаю. Юля, Лена, Тийя и ваши друзья – присаживайтесь!

– Мы сядем, но с тем условием, что вы расскажете нам о причине вашего плача.

– Расскажу, конечно же расскажу, – вздохнула Ирина. – Может, вы мне поможете. Мой муж подлец! Он всегда, как ночь, так уезжает к себе в офис, а меня оставляет на растерзание этому дому!

– Так, – мрачно сказала Юля. – Значит, дом с привидениями.

– Хуже! – заломила руки Ирина. – Это дом со сновидениями. Он показывает мне, именно мне, и еще мужу все, что снится нашим гостям, слугам и даже собакам. Муж этого не выдержал и теперь сбегает при первой же возможности. А меня оставляет!

– Это вы уже говорили.

– Ну да, ну да… Вы поможете мне?

– Еще не знаем как, но поможем, – заверила Юля. – Знаете что? Пригласите гостей отправиться по спальням. Пусть все заснут. И тогда мы увидим, что за сновидения вас пугают.

Сказано – сделано. Ирина с моей помощью подправила макияж, вызвала дворецкого и слуг, и примерно в течение часа гостей, пьяных и очень пьяных, рассовали по спальням. А еще через час весь дом спал. Не спали только мы.

Пока было тихо.

– Не вижу сновидений, – буркнула Юля. – Ирина, а вы уверены, что эти сновидения связаны с гостями и слугами… ой!

Да, это было действительно «ой». Прямо в дверях комнаты стоял вполне материальный субъект в смокинге. Проблема заключалась в том, что у него было две головы, растущие из одной шеи. В «Людях в черном» наблюдается подобный феномен.

– Вот видите? – вознамерилась зарыдать Ирина, но Юля сказала:

– Спокойствие!

И обратилась к призраку:

– Чей ты сон, убожество?

– Я сон секретаря-референта господина губернатора. Нас тут много, снов. Мы вас будем мучить.

– Это кто кого, – хмыкнула Юля. Она прошептала что-то, и сон секретаря-референта развеялся.

Мы вышли в коридор. И поразились тому, как много здесь маячило всяких уродов. Это что же, все сны? Интересно, а нормальные сновидения кому-нибудь из окружения губернатора снятся?

Юля решительно сплела пальцы и произнесла заковыристое заклятие. От этого заклятия уроды исчезли. Коридор был чист.

– Надо проверить другие этажи, – азартно произнесла ведьма.

Ирина растолкала спящего дворецкого (ему снились цветущие розы) и заставила ходить с нами по всему дому. И везде Юля приканчивала сновидения. Как вдруг…

В закутке за напольной вазой оказалось совсем не сновидение. А самое настоящее привидение! Оно выглядело как маленькая девочка с распущенными волосами и в длинной белой рубашке. Понимаю, вам сразу вспомнился фильм «Звонок». Но эта девочка с девочкой из фильма не имела ничего общего.

– Кто ты, кроха? – ласково обратилась к привиденьицу Юля. – Не бойся, мы тебя не тронем. Как тебя зовут?

– Лина, – ответила малышка, и тут я увидела, как по ее призрачному платьишку расползается багровое пятно.

– Тебя здесь убили? – прошептала Юля.

– Да. Лина убита, убита…

– О господи! – прижала пальцы к губам Ирина.

– Лина, отведи нас к тому месту, где покоится твое тело, – сказала Юля.

– Невозможно, невозможно, Лина не может туда пройти…

И привидение растаяло, слившись со стеной.

– Я ничего не понимаю, – пробормотала супруга губернатора. – В этом доме убили ребенка?

– И похоже, не одного, – пробормотала Юля. – Вот что. Ваш супруг поклоняется вибутянской богине Квалу…

– Я об этом ничего не знаю…

– Лжете. Где святилище богини?

– Мне запрещено…

– Я покажу, – сказал морок Елены Нейс. – Я помню дорогу.

И мы пошли к святилищу Квалу. Ирина дрожала как осиновый лист и все повторяла слова о том, что муж ее убьет.

Наконец мы вошли в святилище. Постамент уже остыл, да и пепел от развеянной богини лежал холодным слоем.

– На самом деле муж приносит в жертву богине разных одаренных людей, – пробормотала Ирина. – Детей, взрослых. Он принес в жертву Савву Кулебякина…

– Но Кулебякин жив! – воскликнула я.

– Это морок, которого создал по просьбе моего мужа колдун Котоха.

– Котоха? Что-то знакомое, не могу вспомнить, – пробормотала Юля.

– Мой муж собирается принести в жертву вас, Елена, – сказала Ирина мороку примадонны. – Завтра, после концерта, когда гости разъедутся. Ой! А где же статуя?

– Статуи больше нет, – сказал морок Леканта. – Она уничтожена, и вместе с нею уничтожено то зло, которое она несет.