Перекресток миров - Дарья Вознесенская

Громкие хлопки аплодисментов, и глумливый голосок Арели неожиданно отбросил меня от бездны отчаяния, в которую я начала проваливаться:

— Ах, какая любовь… Думаете, о вас будут слагать легенды?

Я распахнула моментально высохшие глаза и посмотрела на подходившего к нам монстра.

Хм…

Подходившего?

Внезапно меня озарила одна идея… Я видела этот прием на выступлениях у кернов, и, несмотря на его немыслимую жестокость, он меня тогда весьма впечатлил. Единственное, что мне нужно было, — это чтобы король приблизился, а мои руки оказались свободными.

Да, Арий и друзья на нуле резерва, но я-то нет, и я видела магические путы, которыми нас окутали. Плетения не были идеальны. Мощный артефакт? Ну и что… Это рукотворная вещь, а магия стихий — сама суть этого мира.

И пусть потом нас убьют, но Арели поплатится за все, что устроил.

Сделала вид, что все еще нахожусь в прострации. А сама сосредоточилась. Арий что-то понял и убрал свою руку. Я незаметным движением завела ладони назад и мысленно проговорила заклинание, чувствуя, как деформируются мои пальцы.

Король приближался.

Давай, милый, давай поближе. Да, еще час назад чуть не плакала, убив человека ярсинами, но ты не человек.

Еще немного.

И на выдохе я плеснула всей своей силой, опустошая себя до нуля, разрывая магические путы и одновременно подпрыгивая и вцепляясь пальцами с отросшими звериными когтями в глотку мужчине, а ногами обвивая его талию.

На мое лицо брызнула кровь.

Арели взбрыкнул, как дикий жеребец, и попытался сбросить меня, но только закружился вместе со мной в смертельном танце — оторвать меня сейчас было невозможно. Я все глубже впивалась костяными отростками в его горло, желая отомстить за все, что произошло с нами в эти дни: за полумертвого Ария, за погибших наездников, таларийцев и эльфов. За то, что он украл мое будущее, наше с Арием будущее, за то, что из-за него сейчас убьют моего брата и друзей. За свой страх и за боль моего любимого. Почти с удовольствием я вонзалась в его плоть, в уже изодранную в клочья шею, не слыша визга, поднявшегося вокруг, не чувствуя ударов, обрушившихся на меня, — дерганые движения умирающего мужчины только мешали его защитникам. Я смотрела, как гаснет и подергивается пеленой его взгляд, и, когда он рухнул как подкошенный — и совершенно мертвый, — только тогда выпустила свою жертву. Я начала подниматься шатаясь и краем глаза увидела, что кто-то занес надо мной меч.

Что ж…

Я повалилась навзничь. Каким-то чудом наполовину обездвиженный, но стоявший ближе всех Сарлас рухнул прямо на меня, принимая на себя удар. Я лежала на спине и видела, как толчками вытекает из него жизнь.

— Зачем? — спросила одними глазами. Хотела сказать, что все равно мы все умрем, но горло перехватило спазмом.

Сарлас понял. Он слабо улыбнулся и прошептал:

— Живи… хоть на мгновение дольше живи…

Как в замедленной съемке, я видела, что надо мной снова занесли оружие, слышала крики, грохот и звон стекла…

Звон стекла?

С круглой стеклянной ротонды дождем сыпались осколки.

И…

Люди?!

Я расширившимися от изумления глазами смотрела на совершенно фантасмагорическую картину, будто списанную с какого-нибудь боевика. На волнах магии к нам с потолка спускались и спускались воины; они летели и одновременно швыряли парализующие сгустки.

Воины в форме Императорской Гвардии Таларии.

И одним из первых парализовало моего несостоявшегося убийцу.

— Сарлас! — я сумела крикнуть. — Мы спасены!

Но наездник ничего не ответил. Он ничего не видел.

Он был мертв.

Я зарычала от пронзившей мое сердце боли. Встала на четвереньки и осторожно закрыла ему глаза. Вокруг царило безумие: густые клубы дыма, сверкающие молнии, стоны, мелькание теней. Но Арий, Рон, Фарн и Ари были живы.

С глупой улыбкой я смотрела, как их освобождают таларийцы.

Мои счастливчики. Мы с Арием одновременно шагнули друг к другу. Спасены.

Вдруг Арий нахмурился и посмотрел куда-то поверх моей головы. В его глазах мелькнула решимость, и он резко, одним движением, развернул меня на сто восемьдесят градусов, подставляя себя под то, что летело в мою спину.

Заклятие разрушения.