Колдовство для олигарха - Марина Тройнич

Раздались крики:

— Ищи! Не осрамись!

Я улыбнулась:

— Кийс, Локша — помогите.

И самодовольно хмыкнула: представление долго не продлится. Чутью оборотней можно только позавидовать.

Так и вышло. Алекс с Оленой на руках вернулся буквально через несколько минут. Молодых окружали довольные подруги невесты, с явной симпатией поглядывавшие в сторону спутников жениха. Столы ломились от угощений. Гости много ели, от души пили и без устали произносили здравицы в честь жениха и невесты. Жаль лишь, что тут не знали об обычае кричать «горько!». После застолья все повалили в сад, и там веселье разгорелось с еще большей силой. Водили хороводы, пели песни, играли… Жениху с невестой тоже разрешалось принимать во всем этом участие. От меня не отходил боярин Свег, и я была этому весьма рада: Савва не сводил с меня глаз. В конце концов царевичу удалось стать моей парой в игре в ручеек. Он радостно выпалил:

— Весь вечер гоняюсь, никак не догоню.

Я постаралась охладить его пыл:

— Знал бы ты, Савва, как я рада, что скоро уеду и больше тебя не увижу.

Парень разозлился:

— А я ведь могу сделать так, что ты никуда не уедешь.

— Не советую. Ты ведь не хочешь развязать войну?

Савва упрямо процедил сквозь зубы:

— Думаешь, я хоть чего-то боюсь?

Хорошо, что в этот миг нашу пару разбили. Я облегченно вздохнула: больше от Свега не отойду. И тотчас же увидела, что ко мне пробирается взволнованная Флора. Быстро поинтересовалась:

— Что случилось?

— Княгиня, когда вы думаете отправиться домой?

— А в чем, собственно, дело?

Флора вдруг нервно хихикнула:

— Салтан желает, чтобы я стала его женой.

Я ожидала чего-то подобного и тут же подумала: «Если объявят о свадьбе, придется еще здесь задержаться». А мне этого совсем не хотелось.

— Поздравляю, Флора. Можешь гордиться, не каждый день боярышни получают подобные предложения.

Флора чуть прикусила губу. Мне показалось, она пытается скрыть улыбку.

— Извините, княгиня, но я замуж за государя не хочу. И прошу, если он обратится за согласием к вам, откажите ему.

Я с удивлением оглядела боярышню:

— Ты точно не хочешь?

А мне-то она всегда казалась охотницей за богатыми мужчинами.

— Уж поверьте, точнее некуда.

На миг в прищуре глаз и в речи почудилось что-то до боли знакомое. Но понять я не смогла.

Боярышня мялась, будто хотела еще что-то сказать.

— Княгиня, я знаю, что мой отказ очень огорчит царя. Прошу, сообщите ему как-нибудь помягче. Умоляю, придумайте что-нибудь.

Я не сдержалась:

— Так какого же черта ты пудрила ему мозги?!

Флора жалобно протянула:

— Я же не думала, что он захочет жениться.

Я решила, что что-то похожее в наших судьбах есть. Тоже ведь не собиралась выходить замуж.

— Хорошо, Флора, я не собираюсь никого принуждать.

Боярышня схватила мою руку, сжала, а потом вдруг пылко поцеловала:

— Спасибо!

Темнело, зажгли факелы. Гости стали потихоньку разъезжаться, только молодежь никак не могла угомониться: изо всех концов сада слышались смех, разговоры, пение… Наконец глашатай выкрикнул, что молодые отбывают в свое гнездышко.

Я радовалась за Алекса. Теперь у него есть и любимая жена, и свой дом: Салтан подарил молодым поместье. Подошла к бывшему телохранителю, чтобы обнять его на прощанье. Алекс вдруг горячо зашептал:

— Горько, что нет сейчас со мной Федора. Знала бы ты, сколько трудностей и испытаний мы пережили вместе. Я все время думаю о нем. Если он вдруг появится, сразу же дай знать.

Я торопливо пообещала. Понимаю парня как никто другой.

Под бурные возгласы и многочисленные пожелания молодые покинули празднество в сопровождении стражи Салтана. Я решила, что и мне хватит веселиться, пора отдохнуть. Завтра все начнется сначала. Мне уже сообщили, что гулять будут не меньше недели. Но уйти не удалось: меня задержал государь.

Как я и ожидала, разговор пошел о Флоре. В голосе царя, когда он упоминал о боярышне, было столько тепла и нежности, что мне стало по-настоящему его жаль. Я даже чуть не согласилась, но вовремя вспомнила свое обещание.

Как же отказать в тактичной форме? Нанести обиду государю на веки вечные не хотелось. У меня даже лоб вспотел от напряжения, но я все-таки придумала:

— По нашим традициям, разрешение на брак знатной боярышни может дать только князь. Я его в этом подменять не вправе. Если вам так дорога Флора, посетите нас и попросите руку боярышни у моего супруга. К тому же и мужа Настасьи Вахромеевны следует спросить как ближайшего родственника.

Царь вздохнул и вынужден был согласиться: обычаи менять нельзя. А я обрадовалась: хорошо, что все хорошо кончается. Да и оставаться здесь еще на одну свадьбу мне не хотелось.

Утром все ожидали молодых за накрытыми столами. Царь был не в духе и хмурился:

— Что-то долго собираются. Пошлите за ними.

Какое-то нехорошее предчувствие кольнуло сердце. И точно. Вскоре вернулась посланная стража и сообщила ужасные новости: Олена пропала, Алекс лежит с пробитой головой, охрана связана. Никто ничего не видел, не знает и не может сказать, чьих это рук дело.

Мужчины седлали коней и спешно направлялись в имение молодых. Я в сопровождении Кийса и Локши поспешила следом. Сразу же бросилась к постели Алекса: парень был без сознания. Вопросительно посмотрела на Кийса, тот пожал плечами:

— Ничего не чувствую, слишком много народу здесь побывало.

На Салтана страшно было смотреть, он словно постарел лет на десять. Я хорошо понимала, что чувствует отец, потерявший недавно обретенную дочь.

Кийс сразу же приступил к лечению. Принес охапку листьев, размял, приложил к ране. Потом заварил отвар.

— Что, Любка, поможешь поить больного настоечкой?

Я кивнула головой. Готова на все, лишь бы Алекс выжил.

Потом оборотень отправился искать еще какие-то травы, а я сидела у постели Алекса и размышляла, кто бы мог это сделать.

Сначала подумала на Савву — он обещал что-нибудь выкинуть, чтобы задержать меня здесь. Вторым подозреваемым казался Чахлик. Говорили, он любит воровать девиц, такая красота могла привлечь его внимание. Третий… зря я вспоминала поэму «Руслан и Людмила» — Чародей имелся в наличии.

Тут голову сдавило, будто обручем, сердце застучало, словно молоток. Я бы все на свете отдала, чтобы похитителем не оказался князь. Но вспомнила, как он смотрел на Олену…