Стрелок - Лана Черная

— Что? — не выдержала Мила, заворожено смотря в напряженное лицо ангела. — Что ты сделал с Миррой?

— С Миррой? — переспросил Стрелок так, словно впервые слышал это имя. — Мир-ра, — задумчиво протянул он, намеренно произнес имя по слогам, тем самым скрывая удушающую боль, им вызванную. — Я убил ее мужа…Уничтожил всех близких ей людей, благодаря кому она чувствовала себя защищенной. Я вынудил ее быть слабой, допустить ошибку и полюбить меня. Она зависела от меня, от чувств ко мне. Из-за любви стала легкой приманкой для Шиезу. Но случилось непоправимое…

— Ты…убил…ее? — с дрожью спросила Мила, отодвигаясь от костра вглубь пещеры, подальше от монстра в ангельском обличии. И как только она могла довериться ему и допустить, чтобы он завел ее неизвестно куда? Хорошо, хоть дорогу сюда Мила запомнила. Значит, сможет и сбежать. Все равно куда. Главное подальше от этого монстра. Она уже поднялась на ноги, повернулась спиной к ангелу, как услышала тихое:

— Я полюбил ее…

Мила обернулась и встретилась с печальным снежным взглядом, полным слез безысходности и неизбежности. Сердце защемило, ноги стали ватными, и девушка медленно опустилась на сырой пол пещеры. Стрелок не был монстром, уже не был — она ошиблась. Монстры не умеют любить, а ее спутник любил отчаянно и безрассудно. Даже теперь, когда судьба вновь отняла у него возлюбленную. И это благородное чувство изменило его.

— Прости, что-то я увлекся, — небрежно бросил он, заметив в Миле тревогу пополам со страхом. Но она чувствовала, как нелегко ему далась эта мнимая небрежность.

— Кирш выкрал сына, но не мог забрать Алию, — немного подумав, продолжил Стрелок. — Не имел права. Ее внезапное исчезновение могло вызвать гнев Богов и тогда не миновать невинных жертв. А Кирш больше не хотел так рисковать. На его счету и без того хватало загубленных жизней. Тем более Алия была ему безразлична. Неоправданный риск для него…

…Алия по-прежнему оставалась в Ландерлеуте, день ото дня, ночь к ночи подвергаясь физическому насилию и душевным терзаниям.

Но никто не знает, что подкинет судьба в следующий миг. Не ведал и Кирш.

Надежно спрятав сына от Богов в мире людей, Кирш вернулся в свою обитель, в стенах дворца которой его ожидал неприятный сюрприз. Им оказалась привлекательная русоволосая варданка Минулла — молодая королева Варденхейма, наследница покойной повелительницы Истрил. Кирш не сомневался — она пришла за

помощью. Будучи еще в согласии с Высшими и в близких отношениях с Истрил, колдун неоднократно помогал в поисках пропавших вардан, людей и других существ в интересах Варденхейма. Но Минулла просила не для своего народа, а для своего возлюбленного, с кем намеревалась заключить прочный союз. Найти наследника короля Шиезу Кирш согласился, не колеблясь. Он вообще никогда не умел отказывать женщинам из королевского рода. Ни Нурниаэлль, в чьем замке стал пленником; ни ее сестре Истрил, которой вонзил клинок в сердце; ни Мирраэль, укравшей его душу; ни Минулле. Впрочем, подобная просьба была на руку Киршу. Только так он мог быть в курсе, в каком направлении движутся поиски, и навести искателей на ложный след.

Однако появившаяся в Иссилен-Нелиси Алия спутала все планы и в корне изменила ход дальнейших событий.

Кирш смотрел на нее и не верил собственным глазам. Ничего не осталось от прежней красоты. Некогда длинные белоснежные волосы были коротко обрезаны и небрежно торчали в разные стороны. Красивое юное лицо оплела паутина морщинок, а под еще недавно теплыми глазами пролегли отливающие синевой темные круги. Руки безвольно опущены. Ноги едва удерживали вес ее собственного тела, разукрашенного бурыми следами ссадин и гематом.

Кирш сразу все понял. Что-то высасывало жизнь Алии. И это что-то жило в ней. Кирш чувствовал силу этого существа, убивающего собственную мать.

— Зачем ты здесь? — спросил Кирш, зная, что Алия уже всецело во власти своего дитя.

— Я следую пророчеству, — отвечала дева.

— Желаешь мертвых воскресить? Не стану возражать, ибо в сие давно не верю. Но все-таки спрошу. А как же первенец, что вардан Чистой крови Силу носит?

— Он будет отважным воином, если ты убережешь его и поможешь мне.

— Зло пробудить из Тьмы?

— Оно уже расползлось среди людей, пожирая их души. Скоро мрак настигнет и Варденхейм. Погибнет все. Но ты, колдун, можешь все изменить. Однажды ты пошел против воли Высших. Что помешает сделать это снова?

Кирш усмехнулся и отрицательно покачал головой.

— Я не вершитель фатума миров.

— Ты нужен Мирре…

Глаза Кирша полыхнули гневом. Одно лишь упоминание ее имени приносило колдуну мучительную боль, с которой он существовал вот уже несколько лет. Боль вины, предательства и любви к той, с кем был обречен на вечную разлуку…

— Кто она? — ворвавшийся в сознание Стрелка голос Милы вырвал его из транса воспоминаний. Он тряхнул головой. Седые волосы водопадом рассыпались на его широкие плечи.

— Я и сам не знаю. Но сейчас важно другое. Именно потому, что Алия напомнила Киршу о Мирре, он и ввязался в эту войну…

…В очередной раз Киршриадин, князь варданский, открывал врата в другие миры. Только теперь ему предстоял долгий путь без возврата. Его больше ничто не держало в Варденхейме. Рождение Румина разрушило магические путы Высших, и Кирш перестал быть пленником Долины Вечной Весны, которая погибла после его ухода.

Уверенно ступая через Пустошь, Кирш шел туда, где должен был остаться много лет назад. Он не смог и потерял любимую женщину. Но теперь он не сомневался, что обязательно найдет ее. И никогда не отпустит.

Колючий дождь принес долгожданное облегчение после жаркого тоннеля. Кирш привел Алию в мир людей. Здесь, в опасном и злом Средневековье, она родит ребенка, который навсегда изменит не только этот мир. Но лишь здесь они будут в безопасности, пока не наступит время пророчества.

У закрытых врат путники расстались. Каждый пошел своей дорогой. Алия навстречу судьбе, а Кирш на поиски новой тропы.

Уже у самого портала колдун наконец ощутил то, что не чувствовал долгие годы в поисках Мирры. То, что не единожды в корне меняло его жизнь. То, что заставило его остаться в мире людей времен смутного Средневековья.

Молчание ее сердца…

…Стрелок осекся, отдернул от костра руку, словно обжегся, и прижал к груди справа. На мгновение он зажмурился, что-то прошептал и резко встал.

— Пора, — заявил он. Провел другой ладонью над подрагивающим пламенем. Оно дрогнуло в последний раз и погасло.

И они снова двинулись в путь.

Пройдя пещерный лабиринт, освещенный серебристым сиянием луны, они вышли на длинный скалистый выступ, обрывающийся крутой узкой лестницей, выдолбленной прямо в камне.

— А как же Алия? — спросила Мила, едва Стрелок вывел ее под открытое небо, усеянное яркими звездными фонариками. — Что стало с ней в моем мире?