Маруся. Столичные игры - Галина Гончарова

И поди объясни, откуда я это знаю.

Дура, ёжь твою рожь!

– Вроде бы пальцы обмазываются тушью, прикладываются к бумаге… раньше так неграмотные подписи ставили. И на предметах так же можно отпечатки посмотреть, только тех, кто последний прикасался. Порошком типа угольного обсыпать…

– Это где так делают?

– Не помню, кто мне рассказывал… ах, нет! С кем-то из китайцев разговорилась, – «сообразила» я. А что? Сибирь, Китай там тоже близко… сойдет!

Надеюсь.

Все равно – дура.

– И все отпечатки проявятся?

– Вроде как того, кто последним трогал предмет.

Романов махнул рукой. Судя по всему, несчастный предмет столько людей перелапало…

Итак, имеется зарезанный царевич. Ударили его несколько раз, что свидетельствует о силе чувства, ассасины бьют один раз, им хватает, а вот если от любви или по ненависти – там да. Там тычут железкой, пока не надоест.

Последней с ним говорила Матвеева, стилет с гербом Матвеевых – ну и какого вам еще надо? Ясное дело – она!

А стилет пока из раны вытаскивали, пока герб смотрели…

Отпечатков там уже вагон и маленькая дрезина.

– Это надо обдумать. Китай… надо же. У нас так не делают.

Я развела руками.

– Я уж не помню, с кем разговорилась. Березовский такое место… многонациональное. Татары, башкиры, китайцы…

Романов кивнул, не акцентируя внимание. Действительно, куда уж тут – царевича зарезали.

– А что Анастасия?

Ответом мне стала ехидная ухмылка.

– Утверждает, что невиновна.

Я пожала плечами. И прикусила язык.

Молчи, дура.

Про кровь на одежде, про методики анализа, про манжеты… вот без тебя не разберутся, да? Может, тут магией все определяется, а я сейчас со своей криминалистикой так подставлюсь, что потом не расхлебаю.

– Это логично. Я бы тоже не призналась.

– Матвеевы уже арестованы, а вам лучше посидеть тихо.

Я кивнула.

– Посижу. Игорь Никодимович, расскажите мне хоть в общих чертах, какая интрига крутилась? Понимаю, что многое мне знать не надо, но так, чтобы я ошибок не наделала.

Романов подумал пару минут и принялся рассказывать, тщательно подбирая слова.

Вторые всегда хотят стать первыми. Это закон природы.

Матвеев мечтал породниться с Рюриковичами.

А Шуйский – не мечтал. Ему хотелось править.

При этом юрт Матвеевых – один из самых сильных. А Шуйские где-то в серединке, так, серая скотинка. Кусочек тут, кусочек там, но интриганы и гадины. Репутация у них такая… великолепные дипломаты, без мыла в любое отверстие пролезут, вплоть до того самого, но… но молва бежит вперед.

Пользоваться Шуйскими – что ежиком вместо мочалки. И пользы не будет, и шкурку обдерешь.

Их придерживали в определенных границах, и все шло тихо-мирно, но…

За последние несколько лет Шуйских регулярно ущемляли.

Матвеев, перехвативший выгодную невесту – Захарову – для своего среднего сына. Шуйский тоже заглядывался на девушку, правда, для старшего отпрыска и наследника, но – увы. Красотка ушла к Матвеевым, а вместе с ней и приданое из нескольких транспортных кораблей.

Соболянский, перехвативший выгодный контракт.

И даже его величество.

Чем именно Иван Четырнадцатый ущемил Шуйских, Романов мне так и не сказал, ну да ладно. Я и так поняла. Чувствуя себя со всех сторон оскорбленным, Шуйский решил мстить.

Ага, решил. А как?

А только так. Если его величество, к примеру, изничтожит Матвеевых…

Чужими руками, все только чужими руками.

В любой семье есть побочные дети. Нашелся подходящий бастард и у Матвеева. Сергей Матюшин, побочный отпрыск, похожий на отца, но весьма обиженный жизненной несправедливостью. Законным детям – все, а ему… ему в лучшем случае прислуживать до смерти на шестых ролях. Обидно, правда?

У Шуйского на таких было чутье, обиженные и оскорбленные нашли друг друга. И принялись размышлять.

Матвеев действительно имел общие дела с ученым. Артемий Дмитриевич кое-что для него разрабатывал, было дело, но в противозаконные дела Матвеев не лез. А зачем? У него и так все было, если повезет, еще и дочь он бы пристроил за второго или третьего наследника, а уж там… там видно будет. Зачем нарываться?

Вот и Матвеев считал, что незачем.

Матюшин повел дела с ученым от своего имени. Он передавал волю Шуйских, а был-то из Матвеевых… но у него имелся свой интерес. Если освободятся первые места в юрте, он сможет улучшить свое положение, разве нет?

Постепенно, потихоньку…

Все закрутилось, именно когда в столице появился Демидов и принялся искать себе невесту. О его проклятии знали. Не многие, но кому нужно, те были в курсе.

Шуйский сделал ему предложение. У них в юрте была девушка, маг земли, но с латентными способностями – это раз. И в цене не сошлись, это два. С Иваном Горским договориться оказалось куда как легче. И – стартовали дьявольские гонки.

Сошлись интересы Матвеевых и Шуйских.

На меня делали первый заказ от имени Матвеева, но инициатором был Шуйский. И потом, с ученым, Матвеева подставил именно он.

– А откуда это стало известно? – не удержалась я.

– Мария Ивановна, не забивайте себе голову. У меня тоже есть свои люди, – отмахнулся Романов и продолжил повествование.

Матвеев стремился увеличить свое влияние, его дочь – прикончить меня, Шуйский – подставить Матвеева, вот это ему точно удалось.

Удалось бы, если бы он не сдал ученого. Но…

Артемий Дмитриевич кое-что рассказал, а остальное удалось дополнить и домыслить. И выкрутился бы Матвеев, но…

Но!

Убийство царевича.

После такого уже точно не выкрутишься.

– А Шуйские?

– С ними пока все сложно. Они подставили Матвеевых, но доказать можно только малую часть. Этого хватило, чтобы вызвать их главу на допрос, но Шуйский сбежал.

– Вот черт, – не удержалась я. – Мне очень жаль.

– Не вам одной, Мария Ивановна, не вам одной.

– А от меня что теперь требуется?

– Исключительно – выжить.

– Вот как?

– Да. Если б не вы, Шуйские вышли бы сухими из воды. И вы – покамест основной свидетель по делу.

Я потерла виски.

– Подождите… будет суд? Слушание?

Романов энергично тряхнул головой.