Дегустатор ядов - Анастасия Маркова

— Геральт! — испуганно воскликнула провидица, едва маг стал оседать на пол, и подставила хрупкое плечо, не позволяя ему упасть.

Я бросила возню с кристаллами, забрала у Дамиана восстанавливающее зелье и влила архимагу в рот. Каким образом, понятия не имела. Руки дрожали от волнения.

— Поторопитесь, — отрезал глава и поспешил на улицу.

Постепенно кровь прилила к впалым мужским щекам, ноги перестали дрожать, как осиновые листья на ветру. Пройдет немало времени, прежде чем его мышцы снова окрепнут.

Оставив дегустатора под присмотром Эриты, собрала в мешочек магические кристаллы, ритуальную атрибутику и взвалила на себя немаленький вес архимага, позволяя женщине заняться крышкой саркофага.

Я прошлась глазами по усыпальнице, проверяя, не осталось ли следов нашего пребывания, подождала, пока оракул встанет по другую сторону от ворчливого воздушника, накрыла всех пологом и сделала первый шаг к выходу. Каждый из нас шел на свой лад. Лишь у распахнутых настежь дверей нам удалось выработать определенную тактику и покинуть усыпальницу, протиснувшись сквозь проход бочком.

Стражников в поле зрения не попадалось. Их голоса вместе с зычным голосом Дамиана доносились откуда-то издалека. Очевидно, генерал увел подчиненных подальше отсюда, чтобы расчистить нам путь. Без него мы ни за что не справились бы, да и где взяли бы эльфийскую кровь?

Я сбилась со счета, сколько раз мы останавливались, чтобы передохнуть, сколько раз Эрита сменяла меня, чтобы окутать нас магическим барьером. С горем пополам и с помощью молитв мы-таки добрались до садового домика, вошли внутрь и кое-как уложили дегустатора на узкую кровать, а сами рухнули на шелковый коврик, чтобы перевести дыхание.

Мои щеки полыхали, легкие горели огнем, на лбу выступила сильная испарина. В этот миг в помещение вошел Дамиан и окинул нас изучающим взглядом. Затем достал бурдюк с водой и первым делом напоил предсказательницу, на которой не было лица, после архимага и лишь затем отдал его мне.

— Вам следует вернуться в башню, пока никто ничего не заподозрил, — непререкаемым тоном сказал генерал Эрите.

— Конечно. Я все прекрасно понимаю, — она не стала упорствовать, что показалось мне странным. — Только еще немного побуду с ним.

Майе помог женщине подняться и сесть на краю постели. Она посмотрела на любимого Геральта с необычайной нежностью и очертила пальцами его лоб, нос, губы.

Мои глаза защипало от набежавших слез. Они столько шли друг к другу и совсем скоро вынуждены будут расстаться. Где справедливость?

— Рина… — вымолвил Дамиан, намекая, что нам пора.

— Сейчас иду. Принести что-нибудь? — обратилась к бывшему соседу.

— Ничего не нужно, — с благодарностью отозвался он. — Самое бесценное и жизненно важное я держу теперь за руку.

— И все-таки. Одежду, книги, сундучок с ядами?

— Пролежал в этом год, потерплю еще денек, — хохотнул архимаг, светящийся от счастья. — Сундучок, как и договаривались, завещаю тебе, дочь моя. Но от еды не отказался бы. Голодный, как стадо буйволов.

Я спохватилась и достала из внутреннего кармана кителя завернутые в бумагу ломтики ветчины, сыра и горбушку хлеба.

— Вот спасибо! Угодила.

— Прощайте, архимаг Клирел! Скорейшего выздоровления! И помните, что для королевства Мертебат вы мертвы, — без поучений Дамиан не обошелся.

Мне тоже хотелось сказать несколько напутственных слов пожеланий, но они застряли комом в горле. Поэтому я лишь крепко обняла дегустатора и улыбнулась вопреки полившимся по щекам слезам. Не верилось, что уже этим вечером он не придет в гостиную, не съязвит и не посетует на жизнь. Еще больше не верилось, что мы никогда больше не увидимся.

Мой властелин указал рукой на дверь. Я коротко кивнула и направилась к выходу.

— Постойте! — окликнула нас Эрита, вскочила с кровати и взяла меня за руки. — Близится час истины, Рина. Не забывай мои слова. Не дай ненависти завладеть сердцем. Иначе быть большой беде. И еще… Завтра ночью враг нанесет новый удар. Демоны снова попытаются утащить тебя в преисподнюю, поэтому будьте, пожалуйста, начеку.

Рот генерала слегка приоткрылся, глаза округлились. Судя по реакции, он пришел в замешательство. Я же была в ужасе. День за днем судьба преподносила мне новые испытания. Неужели я прогневила богов?

— Спасибо, Эрита, — поблагодарила в ответ сиплым голосом.

Провидица приобняла меня, затем подошла к Дамиану и прошептала что-то на ухо. Он заметно побледнел, но спустя пару секунд на его щеках заиграл румянец. На мой вопросительный взгляд Майе лишь махнул рукой. Делиться сведениями он не собирался.

С тяжелым сердцем мы покинули садовый домик под пологом невидимости, который обеспечил глава безопасности. Я прокручивала в памяти знакомство с архимагом Клирелом, наше противостояние, уроки по утрам, вечерние посиделки и вдруг поняла, что не задала ему крайне важный вопрос.

— Нам нужно вернуться, — твердо заявила я.

Дамиан остановился и озадаченно посмотрел на меня.

— Зачем?

— Забыла спросить, что дегустатор имел в виду, когда сказал, что с моей кровью что-то не так. Она у меня обычная: жидкая и красная.

Начальник положил руку мне на плечо и вымолвил заговорщицким тоном:

— Я сам тебе расскажу. После инициации, когда демоническая сущность берет верх над человеческой, кровь у сирен становится густой и черной. Вероятно, это он и имел в виду.

Меня устроил ответ, и мы продолжили держать путь к строению для придворных.

— Так Эрита потеряла дар или нет? — поинтересовался Дамиан, едва вошел в мои покои.

— Кто знает, — с легкой улыбкой отозвалась я и подошла к окну, у которого часто зависал бывший дегустатор.

— И почему у меня такое ощущение, что она прощалась с нами?

Я намеревалась поделиться соображениями, как раздался стук в дверь. Часы показывали начало седьмого.

— Хотела видеть меня? Что за срочность? — спросил Ламар, стоило впустить его в гостиную. — Передумала насчет предложения?

Увидев Дамиана, блондин напрягся. Впрочем, генерал тоже превратился в каменное изваяние.

— Пожалуй, оставлю вас. Вечером зайду, — бросил он и вышел в коридор.

— Ламар, у меня к тебе есть просьба. Вопрос жизни и смерти. Ты поможешь? — с мольбой в глазах вымолвила я.

Уилмингтон сильно удивился. Придя в себя, по привычке нацепил улыбку и бодро воскликнул:

— Конечно, сестренка!

Его слова вызвали резкую боль в груди. Казалось, в нее воткнулись десятки кинжалов. Я даже схватилась за сердце. Сделав глубокий вдох, пришла понемногу в себя.

— Тогда слушай…