Болотный кот - Николай Побережник

– Держи лазутчика, – нашелся Лас.

Тарин проходил в калитку постоялого двора, когда из корчмы раздался гром, потом еще и еще. А затем из окна выпрыгнула фигура человека и бегом направилась к конюшне, где стояла пара еще не распряженных коней.

– Держи лазутчика! – крикнул кто-то, распахнув дверь корчмы.

Побежав наперерез, Тарин в три прыжка оказался у коня, на которого уже вскочил беглец, ухватился за полу его плаща и стянул лазутчика на землю.

Обезоружив и связав, мы усадили всю компанию, что «не из нашего колхоза», в углу корчмы, немного сдвинув столы и разогнав постояльцев по комнатам. Тарин сразу же послал гонца в лагерь ополчения с приказом ввести в многодворец сотню ополченцев и усилить караулы. По заверениям Вака, этот «купец» остановился у него два дня назад со своей охраной. Дарину и Чернаву мы отправили наверх, в комнату, а сами приступили к процедуре дознания. «Купец» поначалу истерично орал и грозил всем нам Судом Хранителей и неминуемой казнью. Но Варас успокоил его, пару раз приложившись, причем явно сломал ему нос, после чего схватил его за ворот и поволок на улицу, где подтащил «купца» к колоде для рубки дров, ударил ему под колени и уложил головой на колоду.

– А теперь, Севон, ведь так тебя, Севон, зовут? Теперь твоя жизнь зависит от того, что ты нам расскажешь, – сказал Варас, вынув меч и воткнув его острием в колоду в паре сантиметров от обезумевших от страха глаз пленного.

Пожалуй, обезуметь можно… Варас словно превратился в медведя-шатуна, голодного и злого, очень злого, и кстати, ужин нам испортили.

– Рассказывай.

– Что рассказывать?

– С какой целью ты здесь, где Бааз? – спросил я, присев на корточки напротив лица Севона. – Где лагерь наемников, что ты нанял у Хромого Яна?

– Я… Я не знаю никакого Бааза… никаких наемников…

– Никитин, позови Чернаву, она сумеет развязать этому червю язык.

Севон рассказал всё… И про заговор Хранителей, организованный неким Кореном, который теперь управляет братством, и про наемников, которым заплатили за разбой на дорогах и разорение, чтобы спровоцировать народные волнения и беспорядки, и про то, что сотня Бааза стоит неподалеку лагерем и ждет команды к нападению на многодворец, чтобы уничтожить всех глав родов, собравшихся на Большой Совет, который, кстати, должен состояться завтра. Пленных закрыли в большом сарае и выставили охрану, Тарин ускакал к холмам, чтобы возглавив две сотни ополченцев и напасть на лагерь наемников на рассвете, а мы наконец смогли поужинать, когда в корчме уже навели порядок и вымыли полы.

Утро следующего дня было насыщено событиями, сначала вернулся Тарин, который хоть и с небольшими потерями, но разгромил лагерь наемников, и даже удалось взять в плен несколько человек, включая и Бааза. Затем в многодворец начали прибывать небольшие отряды с представителями многих родов, которые решили принять участие в Совете. Некоторые прибывали протоками, чьи лодки теперь выволочены на берега и лежат рядами. Мы только успели позавтракать, как за нами пришел Тарин.

– Пойдемте, у дома старосты все готово, скоро Совет начинается.

– А что нам там делать? Мой род вот он, весь со мной, – кивнул Варас на сидящих напротив дочь и сестру.

– Талесу наша поддержка нужна, и вы должны рассказать о заговоре Хранителей… Чернаве тоже нужно пойти, и этого, как его?

– Севон?

– Да, и его с собой тащите, пусть расскажет о подлости, которую Хранители задумали. А Совет решит, что с ним делать, все ж он из братства Хранителей, должен над ним быть суд.

– Ну хорошо, пойдем, раз так, – кивнул Варас.

На территории большого и просторного двора дома старосты уже начал собираться народ, в середине двора возвышался столб, на котором был установлен начищенный до блеска медный диск с гравировкой – изображение Большой Луны над гербом Трехречья. Вокруг столба были уложены толстые бревна, круг получился диаметром метров в пятнадцать. На некоторых бревнах уже сидели в ожидании главы родов. Мы с Варасом прошли к поленнице, толкая впереди себя Севона со связанными сзади руками и мешком не голове.

– Тут посиди пока, – толкнул Варас Севона на землю, и тот, ойкнув, завалился на бок.

– Ну и мы присядем тут рядом, – сказал я и, положив на землю пару поленьев потолще, тоже уселся. Чернава встала позади нас, прикрыв голову капюшоном.

Спустя пару десятков минут прибыли ополченцы и выстроились по периметру двора, а участники Совета уже заняли все выложенные кругом бревна. Несколько раз откуда-то из глубины двора проиграли в рог, и все замолчали. К столбу вышел Манук и обратился к собравшимся:

– Да благословит Большая Луна наш Совет, – Манук поклонился столбу, и вслед за ним все присутствующие встали и последовали его примеру, – я приветствую всех, кто явился на Совет, который был многие лета назад признан братством Хранителей сборищем заговорщиков. Это случилось после убийства славного князя Васлена…

Люди загудели и начали переговариваться.

– …да, именно, его отравили.

– Почтенный Манук, нам нужны доказательства… и все эти слухи про наследника… – встал седой, но еще крепкий старик.

– Конечно, почтенный Анир, – ответил Манук и сделал приглашающий жест Талесу выйти к нему, – присмотритесь, почтенные гости, к этому юноше.

Талес гордо вышел к столбу.

– Позвольте, господин, – протянул Манук руку.

Талес снял с шеи символ княжеской власти и передал Мануку.

– Посмотрите, почтенный Анир, и передайте другим.

– Да, это печать княжеского рода, но кто еще может подтвердить? – сказал Анир, с уважением предав медную бляху в ряд участников Совета.

– Единственный человек, который мог это подтвердить под клятвой Большой Луне и который заменил мне отца, – громко сказал Талес, – это Дасар, охранитель князя Васлена, но он пал в недавней битве у Ровного Камня.

– Но кто же тогда подтвердит? – поднялся с бревна полный мужик, сначала учтиво всем поклонившись, прежде чем сказать.

– Я! – прошел меж бревен Тарин, вышел к столбу и встал рядом с Талесом.

– Назовись, – попросил старик Анир.

– Я Тарин, тысячник княжеского войска.

– Я! – вышел и встал рядом Ванс. – Я сотник княжеской конницы.

– Со всем почтением, славные воины, – сказал Анир, – у Совета нет оснований вам не верить, но необходим обряд Чистой Клятвы… кто его может провести? Ведь Хранители попрятали или осудили всех колдунов, благословленных Большой Луной.

– Не всех, – поднявшись с полена, громко сказал Варас, взял сестру за руку и повел к столбу.

По народу опять пошел гомон и рокот. А Чернава выйдя к столбу, опустив капюшон, открыла всем свое лицо. Все встали и поклонились, а старик Анир продолжил:

– Чего же мы ждем? В таком разе, почтенная…