Маруся. Провинциальные игры - Галина Гончарова

Я даже не сильно и врала. Окажись Ваня в мире компьютеров, интернета и сотовых телефонов, сам бы сдох. От шока. Увидел бы девушек в мини-юбках и угодил под автомобиль.

Ваня, кажется, хотел развить эту тему. Но…

Земля – это еще и система сигнализации. Об этом я никому не говорила, но установила по периметру участка нечто вроде датчиков движения.

Люди-то не по деревьям лазают, они ходят по земле. И как только кто-то снаружи пересекает мой периметр…

Достаточно закопать в землю по периметру ограды несколько серебряных бляшек и раз в неделю проходить, обновлять заклинание.

Конечно, это затратно и по деньгам, и по силам, конечно, есть и другие методики, которые легче в разработке и обработке, есть. Но они общеизвестны. И методики борьбы с ними тоже общеизвестны. А мое новаторство, надеюсь, останется незамеченным.

Как было когда-то сформулировано, чтобы бороться с чем-то, надо знать, с чем именно ты борешься. Можно отыскать защиту от снегопада, но эфиопскому колдуну это не под силу. Он не знает, что такое снегопад, он его не видел.

Вот и сейчас мои датчики подали сигнал.

– Ваня, осторожно!

– Маша?

– На территории трое посторонних, – бросила я.

– Трое посторонних?!

Я прикрыла глаза.

Да, до камер здесь как до Америки пешком. Но кое-какую информацию я получить могу.

– Трое. Мужчины. С какими-то магическими примочками.

– Маша? – резко побледнел Ваня.

Я усмехнулась.

– Мой дом – моя крепость.

Первым делом я действительно озаботилась обороной. Хватит с меня случая в Москве, здесь я отбиваться чем попало от киллеров не собиралась. И покушение на дороге заставило меня обновить защиту.

Я медленно развела руки в стороны, а потом свела их.

– Аминоацилт-РНК-синтетаза!

Откуда это словосочетание возникло у меня в голове, что оно значит и где находится? Вот уж не спрашивайте!

Не знаю.

Не помню.

Кажется, это что-то из биологии, может, даже внутри нас. Но подробности – не ко мне. Тут что главное? Чтобы словосочетание было из тех, которые просто так не произнесет никто. Ни я, ни другой человек.

В принципе, тут подойдет что угодно. К примеру – Российская Федерация. Или президент Дональд Трамп. Главное, чтобы никто этого не сказал. Как ключ.

Но это самое глупое, что засело у меня в мозгу еще со школы. А значит…

Из сада донеслись крики. Какой там режим тишины?

Когда ты внезапно проваливаешься по пояс в яму, да там и застреваешь. Намертво. Когда на тебя так же внезапно начинают нападать все окрестные насекомые. Когда трава становится острее кинжалов и полосует руки, не давая выбраться из ямы.

Ты провалился – и тебя атакуют муравьи. И кусаются. Ты пытаешься отмахнуться или выбраться – и получаешь кучу порезов от обычной травы. Спасибо, если не сдохнешь.

А для чего, спрашивается, я экспериментировала? Исключительно для самозащиты. И это я еще пылевой бури не добавляла, а то позадыхались бы все нападающие.

– Маша?

– А, все. Осталось их только выудить из ловушек, – отмахнулась я. – И допросить.

Ваня несколько минут смотрел на меня. Потом помотал головой.

– Пойду поговорю с охраной.

И удрал.

Я пожала плечами.

В принципе, еще с полчасика ловушки продержатся. А те, в которые провалились несчастные, неосторожно зашедшие на мою территорию, так и дольше. И пусть поблагодарят за доброту.

Да, именно за нее!

Я ведь активировала режим ловушки, а не волчьей ямы. А там на дне могли еще и колья оказаться. Разница-то невелика, можно «зашивать» в формулу гладкий «стакан», а можно «ежика».

У меня есть оба варианта. Но я сегодня почему-то добрая.

Наверное, это потому, что мне любопытно. Кто их сюда послал? Пусть сначала расскажут, а уж потом можно и убивать.

* * *

Благовещенский весьма любезно оставил в моем доме аж десять человек охраны. Так что достать троицу из ям и привести на допрос оказалось несложно.

Вид у них был – жалкий.

Помятый, опухший, изодранный, но, глядя на изъятое оружие, жалеть их мигом расхотелось. В основном холодное оружие, какие-то ножи, удавка, еще что-то, непонятного назначения…

– Это что?

Я ткнула пальцем в перчатку с какими-то пластинами.

Один из охранников надел ее на руку, взмахнул – и из пальцев выскочили когти. Я поежилась.

– Гадость.

Мужчины пожали плечами. Они явно не видели в перчатке ничего странного.

А ведь была еще и горстка амулетов. Какие-то кости, когти, бляшки на цепочках, браслетиках… девочки-третьеклассницы визжали бы от восторга. Но я отлично понимала, что все это опасная дрянь. Стоило только рукой провести над кучкой, аж пальцы покалывать начало.

– А это все вместе складывать не опасно?

– Сейчас разберем.

– А чего они хотели?

Я посмотрела на мужчин. Ласково так, многообещающе. Старший охраны просек мою затею и нахмурился.

– Молчат пока.

– Правда? Ай-яй-яй. Может, вы ничего не видели?

– Может быть. Не видели, не слышали…

– Ну да. И никто сюда не забирался. Доставите мне их в лабораторию? На опыты?

– Конечно, госпожа!

Я мило улыбнулась.

– Я же маг земли, а у нас еще и некромантия идет в придачу. Такая хорошая специализация, а тренироваться не на ком. Вы им ничего не поломали?

– Нет, вроде…

– Проверьте, пожалуйста. Мне скелетики целые нужны. – Я сделала умоляющие глаза. – И кое-какие внутренние органы мне тоже пригодятся…

– Госпожа, да вы скажите, какие именно, мы вам их потрошить поможем, – включился в игру еще один из охранников. – Что ж вам самой-то кровью пачкаться?

Я почувствовала себя Маргаритой. «Да вы сидите, королева, я сейчас сам съезжу». Бедный, бедный Латунский.^[13]

Надо сказать, средство оказалось действенным. А может, все объяснялось еще проще. Ребята оказались наемниками, их обычно брали разово для грязных дел.

Им надо было проникнуть в дом, перерезать всех, кого найдут, включая женщин и детей, и уйти. Предоставить заказчику доказательства. Пряди волос с каждого убитого будет достаточно.

Кто нанимал? Да разве ж они знают!? Подсел какой-то в кабаке, денег дал, вина налил…