Летний Рыцарь - Джим Батчер

Три минуты спустя мы с Мёрфи вышли через служебный выход, где нас уже ждал Грум.

Он вырос из тени у мусорных баков и с бычьим ревом бросился на нас. Подволакивавшая ногу, завернутая в плед Мёрфи пронзительно завизжала и бросилась бежать, но оступилась и упала – прямо перед огром.

Держа левую руку за спиной, я поднял правую. С кончиков пальцев ее срывались языки огня.

– Грум! – рявкнул я.

Горящие злобой глаза огра обратились на меня, и он снова зарычал.

– Прочь убирайся ты с моей дороги! – продолжал я тоном плохого драматического актера. – Покуда от тебя я не устал и самой жизни не лишил!

Теперь огр смотрел уже только на меня, повернувшись спиной к сжавшейся комочком, всхлипывавшей Мёрфи.

– Меня не устрашишь угрозами своими, смертный, – огрызнулся он.

Я упрямо задрал подбородок и помахал из стороны в сторону своей извергающей огонь рукой.

– Тебя последний раз предупреждаю, жалкий пес!

Грумовы глаза вспыхнули еще ярче. Он хрипло рассмеялся и не спеша двинулся ко мне.

– Обманщик жалкий, – бросил он. – Твои заклятья мне смешны. Пытайся если хочешь.

За спиной Грума Мёрфи сбросила с плеч плед и дернула за заводной шнур новенькой с иголочки бензопилы «Коулмен». Мотор завелся с первой попытки, и она без всяких церемоний описала пилой дугу в воздухе, опустив ее на волосатую ножищу Грума. Стальная цепь вгрызлась в плоть огра с такой легкостью, словно это был пенопласт – только брызги полетели.

Огр взвыл и отпрянул. Алая кожа вокруг раны мгновенно почернела как обугленная, и потеки этой черноты поползли по бедру во все стороны. Он замахнулся на Мёрфи кулаком, но та уже отступила за пределы его досягаемости. Вес огра пришелся на раненую ногу, и он с грохотом повалился на землю.

Я дернулся было помочь Мёрфи, но все происходило быстро, а я двигался медленно как в кошмарном сне. Обезумевший от прикосновения железа огр перекатился на живот и быстро – в жизни не подумал бы, что такое возможно – пополз к Мёрфи, оставляя на асфальте глубокие следы от когтей. Мёрфи, хромая, поспешила от него, но Грум с размаху стукнул кулачищем по асфальту с такой силой, что она, находясь в полудюжине футов от него, потеряла равновесие и упала.

Грум ухватил ее за ногу и потянул к себе. Мёрфи сдавленно охнула и повернулась к нему лицом. Ей удалось скинуть туфлю, оставшуюся в лапе у огра, и отползти от него; лицо ее побелело от боли.

Я, наконец, забежал Груму за спину и, продолжая удерживать правой рукой язык огня, вынул левую из-за спины. Здоровенный желто-зеленый водяной пистолет из отдела игрушек чуть плясал у меня в пальцах. Я чуть опустил ствол и нажал на курок. Струйка бензина ударила Груму в спину. Огр обернулся в мою сторону, и я брызнул бензином ему в глаза. Он снова взвыл, растопырил когти и отчаянно заморгал, пытаясь разглядеть меня.

– Чародей! – прохрипел он почти невнятно (наверное, клыки мешали). – Твое заклятье мне не страшно.

Я медленно разжал правую кисть, демонстрируя ему горящую банку жидкости для растопки, которую держал в кулаке.

– Что ж, на этот случай я припас старый, добрый натуральный огонь. Славно, правда?

И бросил банку в как следует намоченного бензином огра.

Полыхая как свечка на праздничном торте, Грум бился и визжал. Я обежал его кругом и помог Мёрфи встать. Огр катался по земле, пока не врезался в стену супермаркета. Так продолжалось секунд двадцать, а потом он испустил странный, булькающий крик, съежился тенью за мусорным баком – и исчез вместе с огнем.

Мёрфи с трудом поднялась на ноги. Наступать на больную ногу она не могла.

– Что случилось?

– Мы его взгрели, – сказал я. – В общем, он собрал манатки и отчалил домой.

– Навсегда?

Я мотнул головой.

– На ближайшее время. Как твоя нога?

– Больно. Похоже, сломала чего-то. Ничего, могу прыгать на другой.

– Давай, обопрись на меня, – предложил я. Мы прошли так несколько шагов, и она угрожающе покачнулась. Я успел подхватить ее прежде, чем она упала. – Мёрф?

– Извини, извини, – поморщилась она. – Идея неудачная.

Я помог ей сесть.

– Послушай, оставайся-ка пока здесь, у стены. А я подгоню сюда Жучка.

Похоже, Мёрф чувствовала себя слишком паршиво, чтобы спорить. Вместо этого она достала пистолет, поставила его на предохранитель и протянула мне вперед рукояткой. Я замотал головой.

– Оставь себе. Он может тебе пригодиться.

– Дрезден, – заявила Мёрфи. – От него мне сегодня было пользы как от смягчителя белья на прокатном стане. А вот там у кого-то ружье. И если им кто-то пользуется, то наверняка смертный, а у тебя магии осталось – кот наплакал. Бери и не выпендривайся.

Она была права, но я не сдавался.

– Не могу же я бросить тебя здесь безоружной, Мёрф.

Мёрфи закатала штанину джинсов и достала из миниатюрной кобуры на лодыжке крошечный автоматический пистолет.

– У меня есть чем отбиться.

Я взял у нее «Кольт» и чисто рефлекторно проверил затвор и предохранитель.

– Хорошенькая у тебя игрушка, Мёрф.

Она обиженно вздернула подбородок.

– У меня, видишь ли, маленькие ноги. Калибр крупнее на них не спрячешь.

– А у Мёрфи девчачий пистолетик! – поддразнил я ее. – А у Мёрфи девчачий...

Мёрфи испепелила меня взглядом и придвинула к себе бензопилу.

– А ну подойди ближе и повтори.

Я фыркнул в ответ.

– Дай мне пару минут. Да, и я крикну тебе, что это я. А то ведь эти поганцы могут попробовать фокус с переодеванием...

Мёрфи кивнула, немного побледнев, и положила руку на пистолет.