Связанные звёздами - Марина Ноймайер

Спустя минут сорок слуги начали подавать десерты: фруктовое желе, сладкий мелко истолченный миндаль с сахаром, различные вафли, пудинги и пироги. Элеонора посоветовала мне попробовать бланманже – миндальный пудинг с рисом. Я охотно согласилась. Белая масса действительно оказалась безумно вкусной и прямо-таки таяла на языке. В конце ужина я чувствовала себя пополневшей килограмм на пять. Удивительно, как корсет еще не разошелся на моем вздувшемся животе?

Я тяжело выдохнула и поправила чуть растрепавшиеся волосы. Пьяные Элеонора и Джакомо завели какой-то шутливый разговор. Итальянка неестественно громко рассмеялась и приобняла Альбицци. Я покосилась на Леопольдо, надеясь, что он почувствует мой взгляд. Не повезло. Лео был всецело занят разговором с каким-то пожилым мужчиной, никого не замечая вокруг. Я беспокойно поерзала на стуле. И почему я снова начинаю нервничать?

После шестого кубка красного вина я немного расслабилась и начала рассказывать Элеоноре и Джакомо долгие, пестрые истории о том, как мне жилось «до замужества». Конечно же, пришлось внести в свою биографию некоторые коррективы. Я выдумала фамильное имение, находящееся недалеко от Мюнхена, а также наградила брата Пауля графским титулом.

В какой-то момент я заметила, что мои глупые сказки слушают не только Элеонора с Джакомо, но и загорелый мужчина с орлиным носом и живыми умными глазами. Он поймал на себе мой вопросительный взгляд и тепло улыбнулся.

– Разрешите представиться, – сказал незнакомец. – Меня зовут Анджело Полициано, – мужчина приложил руку к груди. – Мадонна, я слышал, что вы дружите с маэстро Боттичелли.

Анджело Полициано… это имя мне знакомо. Я заинтересованно наклонила голову и ответила:

– Да, верно.

– Скажите, вы уже видели картину, над которой сейчас работает Сандро? Весну?

– Конечно!

– Что думаете? – спросил Анджело и подпер рукой подбородок.

– Шедевр! – не задумываясь, воскликнула я.

Полициано сначала удивленно вскинул брови, а потом усмехнулся.

– Я помогал Сандро разобраться с переводом двух латинских и трех греческих текстов. Именно на них основан сюжет картины.

Анджело Полициано… Да откуда же я знаю это имя? Шестеренки в моей голове работали с невероятной скоростью. Анджело Полициано… перевод текстов… тексты… Эврика!

– Анджело Полициано! Вы поэт, один из крупнейших представителей гуманистической литературы пятнадцатого века! – я в восхищении покачала головой.

Анджело горделиво расправил плечи и ответил:

– Мадонна, вы говорите обо мне с таким почтением, будто мои стихи известны, по меньшей мере, всей Европе.

– Я читала ваш сборник, Triumph Cupidos, – смущенно сказала я.

Уф! Как хорошо, что я не проспала семинар по литературе Раннего итальянского Возрождения.

Анджело удивленно развел руками.

– Вы знакомы с моими работами? Очень неожиданно.

Я слегка нахмурилась. Ну да, женщина тоже в состоянии взять в руки книгу и что-то прочитать. Полициано потряс мою ладонь и восхищенно затараторил о каком-то сборнике мифов одного древнеримского поэта. Я решила поддержать разговор. Собираясь блеснуть талантом собеседника, я уже было открыла рот, но тут на мое плечо опустилась чья-то горячая рука. Лео! Наконец-то! Все мысли разом вылетели из головы, глаза сами собой закрылись. Леопольдо наклонился и слегка погладил мои волосы.

– Дорогая, нам пора, – промурлыкал Лео. От его теплого голоса по моему телу пробежала волна мурашек.

– О, Леопольдо дель Мацца! – Джакомо пьяно улыбнулся. – Умоляю, не похищайте у нас этот прекрасный цветок! – Альбицци указал на меня пальцем. – Я лично позабочусь о том, чтобы мадонна вернулась домой в целости и сохранности.

– Охотно верю, – прорычал Лео и сжал мои плечи. – Но мы, пожалуй, все-таки уйдем вместе. Прямо сейчас. Роза измотана.

Вовсе нет! Мне очень даже весело, я могу на столе станцевать!

– Не будь врединой, Лео! Я совсем не устала, – прошипела я и быстрым движением чмокнула его руку, которая все еще лежала на моем плече.

– Ты пьяная, – прошептал мне на ухо Леопольдо. Его теплое дыхание коснулось моей кожи, и по всему телу прокатилась приятная дрожь.

– Прошу прощения, синьор! – сказал Анджело, чуть приподнимаясь. – Я имел удовольствие поговорить с вашей женой. Должен признаться, я впечатлен! И красива и умна, настоящая Венера!

Я зарделась и смущенно рассмеялась.

– Еще один благородный муж подпал под ваши чары, донья Розалия, – услышала я вежливый голос за спиной и обернулась. Лоренцо Медичи! Мужчина подмигнул мне и расплылся в веселой улыбке. Я почувствовала, как Лео напрягся всем телом. Он выпрямился по струнке и чуть поклонился.

– Примите нашу искреннюю благодарность за приглашение на праздник, – механическим голосом сказал Леопольдо.

– Я наблюдал за вами и вашей супругой целый вечер, – ответил Лоренцо. – Вы оба прекрасно держите себя в обществе.

Мы с Лео обменялись многозначительными взглядами.

– Буду рад видеть вас, Леопольдо, и вас, Розалия, в палаццо и на других празднествах. В моем доме вы – желанные гости.

Лео буквально открыл рот от удивления. Он пробормотал слова благодарности и неловко откланялся.

Тут наш разговор прервала музыка. Певцы затянули веселую песню. Люди вскочили со своих мест. Они свистели, хлопали, топали. Вдруг стены зала сотрясли раскаты хохота – Доломино запрыгнул на стол. Разодетый в яркие одежды, карлик принялся выплясывать сальтарелло. Я встала из-за стола и отошла подальше, потому что Доломино сгреб в руки остатки еды и начал разбрасываться объедками. Люди закричали и заулюлюкали. Наконец, карлик прекратил швыряться апельсиновыми шкурками и запел непристойные частушки. Публика восторженно загудела, кто-то даже подпевал. Доломино нашел глазами меня, хищно улыбнулся и прохрипел: