Связанные звёздами - Марина Ноймайер

Великая пятница

Честно признаться, я даже не помню, как попала домой. Скорее всего, Леопольдо принес меня на руках. Сразу после жаркого поцелуя мое сознание погрузилось в какую-то глубокую черную тишину. Неужели я снова упала в обморок?

Я лениво открыла один глаз. Моя голова трещала и отказывалась подниматься с подушки. Чертово похмелье! С ближайшей колокольни раздался ритмичный звон, который тут же с быстротой ветра был подхвачен другими звонницами. Я заткнула уши пальцами. Голова гудела так сильно, будто в моей черепной коробке поселился целый рой диких пчел.

Я повернулась на бок и встретилась взглядом с кошачьими глазами Леопольдо. Скрестив ноги, итальянец сидел на подушках и внимательно наблюдал за моими действиями. Я демонстративно натянула одеяло до самого подбородка и сонно сощурила глаза.

– Выспалась? Иди быстрее умывайся, – скомандовал Леопольдо. – От тебя несет перегаром.

– Я пила только вино… всего-то пару кубков, – обиженно протянула я.

– Один благородный юноша из рода Альбицци хорошенько позаботился о том, чтобы ты не ушла с праздника трезвой. Если мне не изменяет память, ты выпила около восьми кубков красного вина.

Я виновато пожала плечами.

– Наверное, сегодня мне следует найти этого заботливого юношу и серьезно с ним поговорить. Ты, случайно, не помнишь его имя?

– К сожалению, ничего не идет в голову, – ответила я, и Лео рассмеялся.

Итальянец вылез из постели и потянулся, захрустев позвонками. Я беззастенчиво уставилась на его голый торс. При каждом движении тугие мускулы перекатывались под кожей его спины и поясницы.

– Я могу и не сдержаться, если ты продолжишь на меня так мило смотреть, – сказал Лео.

Я испуганно вздрогнула и с головой нырнула под одеяло. Леопольдо немного потоптался на месте, затем снова плюхнулся на кровать и стащил с меня одеяло. Итальянец дотронулся до моего подбородка и приподнял его. Я тут же залилась краской.

– В тюрьме я день за днем просыпался в мокром поту. Меня преследовали кошмары. Здесь рядом с тобой я сплю как младенец, – прохрипел Лео и помолчал. – Роза, мне безумно не хватало тебя.

Я гулко сглотнула, проклиная дрожь во всем теле.

– Ты просто соскучился по теплой сухой кровати.

Лео помотал головой.

– Я так долго вел себя как придурок, – сказал итальянец, и его губы прикоснулись к моим губам.

– Можешь повторить? – пробормотала я.

– Это тебя заводит? – улыбнулся Лео.

Я промычала что-то неопределенное.

Леопольдо облизнул губы и пробежал пальцами по моей шее. Я глухо застонала и выгнулась ему навстречу, напрашиваясь на ласку. Лео впился в мои губы жадным поцелуем. Его рука скользнула по моему обнаженному бедру. Я обняла Леопольдо за талию и провела ладонью по его мускулистой спине. Не разрывая поцелуя, итальянец зарычал и прижался ко мне своим горячим телом. Я закрыла глаза, чувствуя, как его руки гладят мои бедра. Лео подвел меня к той черте, которую я уже давно стремилась переступить. Вдруг итальянец резко отстранился и одним движением перевернул меня на живот.

– Я от тебя пьянею, Роза!

Теплые губы Леопольдо коснулись основания шеи, за губами последовал язык. Он одним движением сорвал с меня сорочку и провел цепочку влажных поцелуев вдоль позвоночника.

– Лучше прикажи остановиться прямо сейчас, – простонал Лео. Я закусила губу и промолчала. Итальянец наклонился к моему лицу и, почти касаясь своими губами моего уха, прошептал:

– Последняя возможность отказаться.

* * *

Я лениво потянулась в постели, раскинув руки в разные стороны – трудно было понять, сколько я проспала, но мне показалось, что целую вечность. Я кое-как выпуталась из мягкого теплого кокона и приподнялась на подушках. В следующую секунду крепкие мужские руки сгребли меня в охапку и прижали к мускулистой груди. Я не стала сопротивляться и покорно обмякла.

Моя голова наполнилась сладким туманом. Не могу поверить… я переспала с Леопольдо. И куда делось мое самоуважение? Да любая другая девушка на моем месте дала бы ему от ворот поворот! Я нервно вздрогнула, вспомнив холодный высокомерный взгляд кошачьих глаз. Теперь уже поздно думать об этом. Нужно постараться отделаться от назойливых негативных мыслей.

Я нахмурилась, в голове заскрипели шестеренки. На самом деле Леопольдо никакой не нарцисс, он просто прячется за маской враждебности и безразличия. Я ведь вижу его искреннее стремление измениться и разобраться в самом себе. Я верю в него, верю, что у него получится отказаться от напускной фальши.

Мужские руки крепче обняли мою талию. Я заулыбалась и повернулась лицом к Леопольдо. Губы итальянца растянулись в ответной улыбке. Он чмокнул меня в нос и заправил мне за ухо непослушную прядку. В моем животе все скрутилось, медленно ослабляя узел и выпуская целую стаю бабочек в дикий полет. Какая искренняя добрая улыбка! Это невероятно! Еще вчера я и представить себе не могла, что Леопольдо умеет так улыбаться.

Я прикрыла глаза и снова начала погружаться в сладкое сновидение.

– Эй, Розалина, – прошипел какой-то бесполый голос. – Ты спишь?

Я невольно насторожилась.

– Конечно, нет.

– Не хочу быть навязчивым, но…

– Но?

– Я считаю своим долгом напомнить тебе о том, что ты не принимаешь противозачаточные таблетки уже больше трех недель.

– Черт! – пискнула я.

– Именно, – ответил голос. – Здесь, во Флоренции пятнадцатого века, ты, конечно же, не найдешь магазинчика, на прилавках которого были бы разложены контрацептивы.