Карающая Длань - Александр Шутрик

На глаза попалась знакомая подворотня, за которой начиналась череда дворов, напрямую ведущая к Селне. Ни секунды не колеблясь, девушка свернула в темную улочку.

И тут ей вспомнилась древняя поговорка: не буди лихо, пока оно тихо.

Она не сразу заметила одинокую фигуру, возникшую прямо на ее пути. Анаэль остановилась как вкопанная, лихорадочно соображая, что делать. Почему-то появилось чувство, что этот человек здесь именно по ее душу.

Мужчина медленно повернулся, однако здесь ни о каком освещении и речи быть не могло, так что рассмотреть преградившего ей путь не получилось.

– Очень паршивая работа, девочка! – усмехнулся он, приблизившись.

Она вздрогнула, узнав голос своей недавней жертвы. Захотелось тотчас броситься наутек, однако он разгадал замысел Анаэль. Ловко подскочив, мужчина схватил ее за руку.

– Луко будет крайне недоволен – он действительно поверил, что из тебя может выйти толк. А теперь отдай то, что не принадлежит тебе, и больше не вздумай воровать в этом городе, иначе искупнешься в Селне.

– Хватит запугивать ее, Динго! – Внезапно за спиной прозвучал звонкий голос.

На лице мужчины появилось удивление:

– Играц? Что привело тебя сюда, малыш? Разве ты не видишь, что дядя разговаривает с тетей? – В голосе Динго звучали нотки издевки.

– Оставь ее! Я обо всем договорился с Луко! Теперь она будет под моей защитой!

– Ха! Вот так номер! – Предварительно выудив из складок платья свой кошелек, Динго все-таки отпустил руку Анаэль. – Что ж, милашка, кажется, для тебя не так уж и плохо все сложилось сегодня!

С этими словами мужчина отошел в тень дома. Бросив на прощание язвительный смешок, он растворился в темноте ночи.

– Динго прав. Ты и вправду грязно сработала, – сказал парень, когда она немного отошла от нервного напряжения и повернулась.

Ростом он был чуть выше Анаэль. Худощав. Одет в неприглядную серую куртку и такие же штаны. Волосы коротко подстрижены. Черты лица острые, а взгляд голубых глаз еще острее.

Она его сразу узнала. Он был там, в одной из задних комнат таверны, где Луко давал ей задание. И он был единственный из прихвостней главы гильдии воров, кто не смеялся над пошлыми шуточками своего босса.

– Во-первых, как ты могла упустить его в рядах с тканями? Во-вторых, зачем начала действовать именно в оружейных рядах? Думаешь, кто-то поверит, что молодая девушка действительно интересуется оружием? И в-третьих, почему ты не пропетляла хоть немного меж рядами и на кой вообще сунулась в подворотню? Надо было бежать…

– Постой! – Анаэль жестом оборвала поток слов. – Ответь на один вопрос. Зачем я тебе? – Она серьезно посмотрела в глаза собеседника, но на лице последнего не было и тени насмешки.

– Ты хочешь честный ответ?

Девушка кивнула.

– Ты мне понравилась.

Анаэль не ожидала такой прямоты. Она так и застыла с приоткрытым ртом, не зная, что ответить.

– Меня, кстати, Играц зовут. И то, что ты мне приглянулась внешне, не единственная причина…

Внезапно к ней пришло понимание, что здесь что-то не так. Играц и дальше говорил что-то бодрым голосом, но она его не слушала. Оглядевшись по сторонам, девушка не заметила ничего необычного, однако что-то не давало ей покоя. Парень, кстати, даже не обратил внимания на то, что его совсем не слушают.

Она еще несколько раз осмотрелась вокруг, но, так ничего и не увидев, остановила свой взор на парне. Он и не думал прекращать свою бойкую болтовню, а его лицо светилось радостью. А глаза… Именно так он смотрел на нее, когда они впервые…

И тут до нее дошло. Это все не по-настоящему. Ведь все это уже было.

Воспоминания последних дней нахлынули на девушку бурным потоком, и ее снова затрясло от ужаса. Она злилась сама на себя, пыталась взять себя в руки, но ничего не получалось. Непослушные слезы покатились по щекам.

– Играц, – непонятно зачем позвала она, однако он услышал.

Он прекратил говорить. Его лицо стало серьезным и мрачным, будто тень легла. Глаза пронзительными клинками смерили ее с головы до ног. Играц упал пред ней на колени, обнял их:

– Прости! Прости меня, любимая! Я не хотел! Я не мог сопротивляться! Они, они заставили! Ты не представляешь, какая это боль!..

Он говорил и говорил. Ни на секунду не умолкая, изливаясь в извинениях.

Анаэль не знала, что ей делать. Играц с такой силой сжал ее ноги, что она даже пошевелить ими не могла. Все же ей кое-как удалось остановить его, заверив, что она все еще любит его. И ведь она не врала. Она действительно его любила. Если б не он…

– Играц, что с тобой? Я имею в виду…

– Да. Я умер. – Он, как всегда, угадал ход ее мыслей. – Но я все еще люблю тебя. – С его глаз скатились две слезинки, и он снова обнял ее ноги.

– Играц, я не знаю, что мне делать, – призналась Анаэль упавшим голосом.

– Тебе нужно бежать! – Он тотчас поднял голову. – В доме паладина небезопасно! В этом городе больше нигде нет безопасного места. Но сначала я хочу, чтоб ты заглянула в нашу берлогу и забрала кое-что. В память обо мне.

Она посмотрела в его глаза, однако еще не могла решиться – страх перед сектантами был велик.

– Как? Как я это сделаю?

– Не бойся! Я помогу тебе! Я буду рядом!

– Всегда?

– Всегда!

– Обещаешь?

– Клянусь!

– Хорошо, я сделаю все, как ты говоришь.

На его лице заиграла улыбка. Он что-то ответил, однако она не расслышала слов. Внезапно мир вокруг померк и перевернулся…

Анаэль проснулась вся в холодном поту. Постель насквозь промокла. Одеяло и простыня облепили со всех сторон. Волосы прилипли к лицу и плечам. Дышалось тяжело. Она не сразу поняла, где находится.

В голове, будто эхом, отозвался голос Играца: «Уходи!»

Не колеблясь ни секунды, она соскочила с кровати. Раскрыв дверцы шкафа, девушка схватила первые попавшиеся ей штаны, рубашку и куртку, принялась одеваться. Все-таки хорошо, что она попросила Фернанда принести ей более привычную одежду, – в платья ей надоело наряжаться уже через три дня.

С тех пор как девушке начали сниться кошмары, мне каждую ночь приходилось ночевать чуть ли не в коридоре – вдруг понадобится что-нибудь. Однако она никогда никого не звала, только плакала или ходила по комнате.

Мне было искренне жаль Анаэль, когда она с душераздирающим криком просыпалась посреди ночи, но я не решался зайти. Неприлично все-таки, да и на помощь она не зовет…

Услышав короткий вскрик, я тотчас отогнал от себя сон и вышел в коридор. Как всегда, притаившись у самой двери, принялся слушать. Из комнаты доносилась какая-то непонятная возня и шум быстрых шагов.