Карающая Длань - Александр Шутрик

С тех пор как мы с Анаэль пустились в ночную авантюру, прошла неделя. Я получил строжайший выговор от лорда Хелинга за то, что не остановил девушку, и строжайший запрет покидать дом. Анаэль тоже досталось, но что именно говорил ей паладин, я не знал. После нашего небольшого приключения она стала еще молчаливей, чем прежде.

Бездействие сводило с ума. Как же мне все это надоело! Надоело сиднем просиживать зад в четырех стенах. Ведь некромант вроде как говорил, что у нас есть всего два месяца, иначе придется вновь искать подходящую кандидатуру, а возвращаться еще раз на запретную территорию совсем не хотелось.

Паладины то и дело пропадали где-то в городе. Как я успел узнать у немногословного лорда, за эту неделю были убиты аж пять братьев по ордену, и теперь все рыцари и святоши стояли на ушах. Разъяренные паладины шерстили всех подряд. Даже Юлфен с Грехемом предпочитали отмалчиваться, да и виделись мы теперь крайне редко. Так что я изнывал целыми днями от скуки и ничегонеделания. А ведь как все прекрасно начиналось: поход в Пирсы, рейд в Пустыре, ритуал некроманта, потом еще одно спасение Анаэль…

Теперь же единственным моим развлечением после нескольких попыток разговорить молчунью были изнурительные тренировки на свежем воздухе. И даже книги я забросил – читать совсем не хотелось, вернее, не хотелось сидеть на одном месте.

Сегодня я проснулся и вовсе в дурном настроении. Свет, проникающий сквозь так и не задернутые с вечера шторы, резал глаза, а голова беспощадно гудела. При каждом движении казалось, что где-то внутри засел кто-то нехороший, стучащий по ушам огромным молотком.

Всю ночь не давали покоя кошмары. Мне снился Сван. Приемный братец многообещающе скалился и грозил скорой местью за предательство. Должен признать, вид его был жутким: окровавленная, искаженная ненавистью гримаса с языком змеи, а вокруг огонь. Однако видение это оказалось недолгим. Дальше пошла череда самых разнообразных картин, где я сражался с адептами Братства Черных Дней. В итоге меня брали в плен и проводили жуткий ритуал, в конце которого призванный в наш мир демон – жутчайшего вида рогатая тварь с красными глазами, от которой несло смертью, – вселяется в меня. Апогеем всего были врывающиеся в дом паладина Несущие Свет, которые в конце концов убивали меня.

Проснувшись, я услышал крики петухов и решил, что спать на сегодня хватит.

Медленно одевшись – головная боль ничуть не прошла, а только усилилась, – я зевнул во весь рот, рискуя вывихнуть челюсть, и вышел из комнаты.

В доме – тишина. Наверное, остальные спят еще. Да и на улице как-то пусто. Ну да ладно, где кухня, я и так знаю, так что поживиться найду чем.

Спустившись вниз, к своему удивлению, я услыхал отдаленные голоса и тотчас направился в ту сторону. В гостином зале за длинным столом разместились трое паладинов. И никакого намека на завтрак – на столе лежали мечи, кинжалы и несколько развернутых писем. Развалившись в креслах, паладины выглядели мрачнее небосклона перед грозой. Все трое молчали. Лорд Хелинг теребил кольчужную рукавицу, Юлфен натирал тряпкой и без того начищенный до блеска клинок, а Грехем уставился в одному ему видимую точку.

При виде этой картины у меня появилось нехорошее предчувствие, и, вспомнив о ночных кошмарах, я бы ничуть не удивился плохим новостям.

– Что-то случилось? – Я бесцеремонно нарушил тишину и прикрыл за собой дверь.

– Случилось, – буркнул лорд Хелинг и бросил на стол перчатку. – На вот, взгляни, – кивнул на лежавшее перед ним письмо.

Я не спеша подошел, уселся на свободный стул. Юлфен с Грехемом и дальше не обращали на меня никакого внимания. Взяв шершавый лист бумаги, я принялся читать.

«Приветствую, дорогой Рэйнаг!

Плохи дела наши. У меня есть три новости – одна хуже другой. Сегодня ночью был убит один из магов. Его звали мэтр Лорнаш. Сектанты принесли его в жертву. Все, что осталось после ритуала в его квартире, – это расчлененное тело. Маги опознали его по ауре и еще каким-то только им ведомым следам.