Слуга его соплейшества - Константин Павлов

Я даже пробовал поговорить с Екатериной об этом в реале, но получил примерно игровой ответ — чтобы не лез в господские дела своим холопским носом. Я проникся, и не лез, превратившись в безмолвного летописца безумных подвигов. Хоть эпик про Роланда организовывай…

Вскоре от Светозарчика начали разбегаться и прятаться все способные сделать это звери, даже пятидесятиуровневые. Хуже всего пришлось боссам с логовами. Вот они прошли через страх, ненависть, пустоту, боль. Не уверен, что в секторе стало меньше ошибок и сбоев. Ох не уверен…

Но на всякий случай я поглядывал по сторонам в поисках проявления матрицы. Эх, какой бы танк сейчас вышел из Светозарчика! Но брать психа в отряд не согласился бы никто. Конечно, я бы договорился, но кто даст мне слово?

Я ещё раз нырнул в системки паладина, который полз за удирающим медведем, как терминатор в конце первой части. Ну явно же проклятие, но где? Так тупо он не вёл себя никогда. Даже под квестами веры. Хорошо, что я вовремя отбирал у него мечи, а то отрубил бы себе что-нибудь в процессе битвы. Пожалуй, со Светозарчиком мог бы работать в паре даже я — пробовать добивать замученных им чудовищ.

Но лезть в господские дела мне было строго запрещено. И я послушался. Но в яме, в которую Светозарчик себя загонял, была полочка для меня, а это полностью меня не устраивало. Мы всё больше углублялись в дремучие леса, встречные монстры всё чаще облизывались на мою среднеупитанную тушку, а дальше начинались совсем уж дикие локации, в которых даже лешие не умели говорить. Мечта дауншифтера. Только вот гоняться за хозяином с последней точки воскрешения не хотелось совершенно.

Наверное, я был плохим слугой.

— Слушай, а врагов поблизости из лесных у тебя нет? — спросил я у лешего, быстро разменивая бобра на пучок мышей. Помогать лесному духу желания у меня не было, а вот чего-то заиметь — вполне.

— Найдётся пожалуй. Бродит тут один моб, — насторожился ушлый старичок, — А что?

— Да ничего, — я снова зашёл с козырей, — Давай я его тебе одолжу на пару дней, а ты потом кинешь нам тропку к деревне с храмом Света. Да не жмись, сможешь, я знаю. И бобра обратно отдам! А енота даже не проси…

Медведь попытался вспомнить молодость и спастись на дереве, но шумно съехал в объятия неутомимого врага. Вздохнул, и рухнул на передышку, подставив под удары жирный бок.

— Давно я с одним вепрем не лажу, — задумчиво обронил лесовик, — Он, глядишь ты, уровни прокачал, хозяина ни во что не ставит, хочет себе локацию отделить… Надо бы ему показать, ко в лесу главный!

— Ни слова больше! — бодро ответил я, содрогнувшись от упоминания вепря, — Место и время за тобой! Веди!

Бряммм! Вы получили квест Укрощение визгливого! Вепрь Милохвост тиранит окрестные леса. Нанесите ему двадцать пять единиц урона, понизьте бодрость до тридцати и хотя бы один раз обратите в бегство, ни разу не погибнув. Награда — Вариативная, плюс тропа Леса по вашему выбору. Принять/нет?

Эх, со временем я обещал вырасти в очень приличного переговорщика. Я содрогнулся, представив, сколько Светозарчик будет выколачивать двадцать пять дамага из толстой шкуры. С другой стороны, выколачивать не мне!

Я кивнул.

Леший щёлкнул зелёными пальцами. Медведь встрепенулся, с почти человеческим вздохом встал, и ловким движением закинул Светозарчика на спину. Человек-паладин даже почти этого не заметил, и начал колотить по загривку слабой рукой.

Леший вскочил в седло крупного зайца. Я ухватился за подпругу. Подумаешь, не стремя, сойдёт!

И сошло. Мы понеслись по лесу, как спидеры в звёздных войнах, всё слилось в сплошную полосу. Остановка.

Мы увидели мечущуюся в колючих зарослях зверюгу, которая явно могла всё разнести, но пока ленилась возиться с колючками. Медведь осторожно сгрузил паладина в колючем закутке и кинулся наутёк, леший махнул рукой и колючая стена отсекла паладина от нас, но открыла доступ к зверю. Вепрь величественно фыркнул на чуть подлеченную мной в пути тушку. Тушка сориентировалась и пошла в сторону монстра. Их ждало много незабываемых часов и дней…

— И вновь продолжается боль… — негромко запел я очень актуальную песенку, выдавая Светозарчику меч.

* * *

— Что ещё? — недовольно спросил староста, который как раз самоотверженно прицелился испробовать очередную порцию пива, сделанную для бургомистра Зелёных Крон. Он вечно ругался с пивоваром, чтобы тот не добавлял сладких приправ, но эти полукровки-эльфы вечно были себе на уме. Эх, где бы найти приличного гоблина…

Отвлёкшись, староста снова глянул на гонца — десятиуровневого конопатого парнишку.

— Ттам. Ттам! — протянул он заикаясь.

— Я же просил по пустякам меня не беспокоить! — староста сорок пятого уровня начинал сердиться. Жизнь в глухом селе была непростой, и наполненной дурацкими хлопотами. То корова уйдёт с оленями в лес, то медведь придёт ругаться за опустевшие пасеки. В городе даже не представляли, как непросты сельские будни. У них были герои на каждый чих, готовые выполнять любые, даже самые дурацкие задания. А тут надо было выкручиваться самому.