Высшая проба. Брат мой, друг мой - Вера Чиркова

– То есть… – помрачнел Хирд, – мы сами отдадим Яну в рабство?

– Иного пути нет, – Териан твердо выдержал его возмущенный взгляд, и нехотя пояснил, – все, кто пытались спасти Юнелию, шли по этому пути. Но ситуации всегда создаем разные. К примеру, Фаргес развешивал белье во дворе крайнего домика, в личине женщины, которая там жила постоянно. И не в этой деревушке, а несколькими милями западнее.

– Не нужно больше ничего объяснять, мне все понятно, – заявила я, создавая кокон с образом тетушки Ари, – деревенскую одежду привезли? Они ведь ее отнимут?

– Да, всё лежит в соседней каютке, – с облегчением пояснил маг, – еще артефакты и простые деревенские обереги, а также флаконы с разными порошками и снадобья.

– И не забудь мои зелья, – Хирд достал из потайных кармашков пояса заветные флакончики.

– Давай, – забрала их, пряча досаду.

Ему и самому могут понадобиться эти снадобья, но не взять их сейчас совершенно невозможно. И даже забыть, словно невзначай, нельзя, такой обиды мой лучший друг, как он себя называет, никогда не простит.

На берегу нас встречала небольшая команда проводников, держащих в поводу невысоких рыжих лошадок. Где-то рядом разместилась база ордена, но шатры и дозорные тропы были скрыты так искусно, что даже вблизи невозможно было догадаться, где туда вход. Поглядев на густой лес, вплотную подступавший к песчаной кромке берега, я отчетливо осознала как глупо с моими умениями продираться по этим зарослям, сидя на невзрачном животном, беспрестанно уклоняясь от ветвей, лиан и колючих растений. Нужно попытаться изменить их планы, но сначала следует выяснить некоторые детали.

– Долго туда ехать?

– К утру будем на месте. – пояснил старший из проводников, судя по зеленоватому отсвету резерва – природник или водник. – Мы пробили к пограничным баронским владениям тропку, замаскировав под звериную. Конехо никогда не ходят в сторону океана, это у них главное табу. Много лет назад огромная волна снесла их деревушки, уничтожив большую часть племени, и шаманы объявили это гневом богов.

– А бароны? – сумрачно смотрел на него Хирд, уже догадавшийся, что ему придется остаться на базе.

– Их территории расположены на холмах и предгорьях и выходы к океану там более надежные и удобные. А в деревушках на границе с болотами и джунглями живет обычно разный сброд. Бузотеры и темные личности, которые предпочитают не соваться в города. Потому конехо так смело воруют их женщин, желающих искать пропажу обычно не находится.

– Тогда почему я не могу поехать с ней? – осведомился герцог.

– Мы дождемся магистров и отправимся к бронзовым крепостям другим путем, – терпеливо пояснил Териан, – сейчас конехо разбредаются по долине, и случайная встреча с каким-нибудь охотником может погубить всю операцию. Они вовсе не дураки и умеют оповещать соплеменников об опасности и чужаках.

– Мне хватит одного проводника, – заявила я категорично, – и пойдем мы в коконах. Как доберёмся, маг сразу вернется. Мои коконы держатся несколько часов. А я устрою шалаш и останусь отдыхать, ведь утром придется отправляться в джунгли.

– Проводники должны проверить, все ли пошло по плану, – заупрямился Териан, – потому и идет команда из трех человек, природник, ментал и адапт.

– Вот адапта и возьму, – обрадовалась я, – ему легче привыкнуть к чужому кокону. Пойми, сейчас мне дороже всего отдых и полный резерв. А адапт может взять шар и все вам доложить, незачем ради этого тащить лишних магов.

– Я все понимаю… но есть приказ верховных магистров. Они предусмотрели все случайности и тщательно разработали план.

– С ними будет объясняться мастер Хигверд. Ему лучше всех известно, что я тоже всегда просчитываю свои возможности. И если бы сейчас могла взять еще одного спутника, то взяла бы именно его. Но не беру… и он не спорит, потому что понимает – это самый правильный вариант.

Хирд одарил меня мрачным взглядом, но все же смолчал, следуя негласному сговору никогда не вставать в спорах против друга.

И я поспешила этим воспользоваться, вмиг сменив образ на поджарого черного медведя. А потом создала двойник его кокона и предложила адапту туда влезть.

Сильно загорелый маг средних лет, представившийся Утерном, недовольно поджал губы. Чужие коконы у адаптов всегда считались чем-то вроде старого камзола, отданного за ненадобностью. Или из милости. Не подходящий размером и неудобный, да и приказов не слушает. Тюрьма на одного и только.

Но все же шагнул к кокону, и сумел не дернуться, когда чёрная шкура распахнулась, словно огромная пасть и в один миг утянула его в мягкую прохладу.

Я поспешила выдать коконам команду и пара медведей бодрой рысью устремились к лесу.

– Попроси за меня у деда извинения, – крикнула Хирду в последний момент, припомнив о своих намерениях.

– Вернешься – сама попросишь, – не согласился он, исчезая вместе с залитым солнцем пляжем и томно сияющим голубыми бликами океаном.

Мир резко стал крохотным, полутемным и тесным. А еще душным и тонко жужжащим тысячеголосым войском различных мошек.

– Показывай дорогу, – велела, пропуская вперед проводника, – да не трать силу на ходьбу. Этот кокон бегает сам.

– Заметил, – усмехнулся он, – как ты это делаешь?

Я вздохнула и приготовилась объяснять. Дорога не близкая, нужно же чем-то себя занять? Но прежде, чем начать урок, осторожно предложила:

– Если мы объединим коконы, разговаривать будет удобнее, и сидеть тоже. Есть тут крупные животные, вроде кабанов?

– Есть, – в его голосе слышалась усмешка, – и намного крупнее. Черные носороги, к примеру.

– Так, – обрадовалась я, останавливаясь и убирая коконы, – поясни, как они выглядят.

– Как большие черные свиньи, – задумался У;терн, – только ноги толстые и покороче, с широкими устойчивыми копытами. Да рог на носу, как у жуков.

– Поняла, – кивнула ему, создавая возникший перед взором образ, – так?

– Еще крупнее, они с большого быка, только ниже. А пузо побольше… и ноги потолще… – Утерн увлеченно руководил созданием кокона.

А я уже создала внутри оболочки два удобных кресла, стоящих друг за другом и открыла широкое отверстие в обращенном к нам боку.

– Карета готова, – скользнув на заднее сиденье, объявила проводнику.

В этот раз он не медлил, сразу занял свое место, и ненадолго примолк, обнаружив перед собой прозрачное оконце.

– Правь, – мягко подтолкнула я, – ты же знаешь тропу?

– Раз двадцать ходил, – отстраненно сообщил адапт и вдруг бдительно справился, – а кто тебя учил?

– Фаргес… – скрыть печальный вздох не удалось, – и это было давно. Однако перед уходом наставник напомнил мне про несколько строжайших запретов, и намекнул, что можно найти собственные способы. Вот я и искала.