Талант новичка - Дмитрий Зимин

— Здрасьте, здрасьте, а вот и я. Спешил, как мог, торопился — нельзя же опаздывать на собственную войну...

Кресло, в котором сидел дракон, медленно, с театральным скрипом развернулось ко мне.

Ну вот. Вот мы и встретились... Я и он. Князь Драконьего Двора, Марк Тиберий Коммод.

Интересно: почему в прошлую нашу встречу царедворцы не потрудились донести до меня этого простого, но основополагающего, в каком-то смысле, факта?

Неожиданно я почувствовал, как поджилки начинают мелко подрагивать. И чтобы не потерять лицо, оставалось одно: перейти в сокрушительное наступление.

— Извините, — уверенность моя таяла, подобно лёгкому снежку под ярким солнцем. — Проспал. Напился вечером в хлам, — знаете, это ведь моя первая война... И уснул. Так что сорри. Надеюсь, вы не слишком скучали.

Марк Тиберий Коммод прикрыл морщинистые черепашьи веки и устало вздохнул.

— Я знал, что ты, принц, слишком молод, неопытен и невоздержан на язык, — едва разжимая похожие на капкан челюсти, проговорил дракон. — Но то, что ты ещё и грубиян — я не думал. Старею.

Я громко фыркнул.

— А вот я не думал, что Князь Драконьего Двора — старый брюзга, который не видит дальше своего чешуйчатого носа. Но к сожалению, это так.

Красивый седой мужчина прищурился и выпустил из носа две струйки сизого дыма. Запахло пеплом и тухлыми яйцами.

Я демонстративно зажал нос.

— Фу, мессир. Вам ли говорить о воспитании... У людей, например, пускать газы в обществе считается верхом неприличия.

— Ах ты...

Теперь в меня полетел длинный язык пламени. Я спокойно отступил в сторону и понаблюдал, как красивая огненно-рыжая струя разбивается о стенку шатра, не оставив на нём никакого следа.

— А вот плеваться у нас отучают ещё в детстве, — произнёс я, когда язык пламени потух. — Воспитательницы в детских садиках проявляют в отношении плюющихся детишек настоящий садизм: представляете, моют им рот с мылом. В психологии это называется "отрицательное подкрепление". Хотите попробовать? Всякий раз, вспоминая мерзкий вкус хозяйственного мыла на языке, прежде чем плеваться, вы десять раз подумаете. А то даже как-то неприлично. Князь — и плюётся... Если надумали — то я мигом распоряжусь. Наловим собак и наварим самого отборного вонючего мыла — с пометкой "Специально для Князя Драконьего Двора".

На этот раз он не стал плеваться. Просто выбросил невероятно удлинившуюся лапу и попытался насадить меня на коготь.

Я ловко увернулся.

— А вот это уже совсем ни в какие рамки. Нет, правда, мессир. Ну кто так делает? Потрошить добычу, не пользуясь ножом и вилкой — что о вас соседи подумают?.. Дикость, да и только. Спросят: кто пустил на переговоры такого невоспитанного... бурхлидия?

— Я?.. — глаза Князя выпучились до невозможности. — Бурхлидий?..

Я оглядел всю его длинную стройную фигуру, в высоких ботфортах, в прекрасно сшитом бархатном камзоле, с зачёсанными и собранными в косицу белыми волосами, с ястребиным носом и пылающими непримиримым огнём, оранжевыми глазами с вертикальными зрачками...

В глаза я смотрел особенно внимательно — на то были свои причины.

— А кто же ещё? — пожав плечами и пододвинув к себе гостевое кресло, я рухнул в него, расслабленно вытянув ноги и разбросав руки по широким подлокотникам. — С таким-то поведением.

Нет, я не идиот. И понимал, что из этой позиции будет довольно сложно увернуться от огнемёта. Но также я прекрасно видел, что дракон иссяк. Боевой задор, полыхающий в его глазах, потух, и даже дым из ноздрей больше не пах серой и выходил на волю вполне безобидно — белыми симпатичными колечками.

— А... Кто вообще такой этот... бурхлидий? — наконец спросил Князь.

Отлично. Диалог налаживается.

— Честно говоря, не знаю, — я мило улыбнулся. — Но увидев, как вы вращаете глазами и булькотите жидким напалмом, именно это слово пришло мне в голову.

— Я — Князь Драконьего Двора!

— Очень приятно, Макс. Для друзей — Безумный Макс. И кстати: очень надеюсь, что именно с тобой мы обязательно подружимся, ДЕДУШКА.

Князь секунду сидел совершенно неподвижно, а затем икнул. Изо рта его вновь вылетел язычок пламени, но на этот раз дракон культурно прикрыл рот ладошкой.

— Как ты узнал? — наконец, справившись с икотой, осведомился он.

На самом деле, я бил по площадям. Дедушка, дядя, внучатый племянник — в этих тонкостях я никогда не разбирался.

— Дедуктивный метод, мессир. Я просто отбросил все другие версии, и выбрал ту, что осталась.

Князь на мгновение прикрыл черепашьи, покрытые мелкими чешуйками, веки.

— Поделишься? — наконец выдавил дракон.

— Всё очень просто: я прочитал книгу другого своего деда, Золтара Шестирукого. И внимательно изучил наше с вами родословное древо.

Всё так. Я и впрямь внимательно изучил данный манускрипт, прикреплённый к заднему форзацу книги в качестве приложения.

И когда уважаемый мажордом упомянул, что мою пра-пра-пра-бабку в девичестве звали Аурика Коммод, был уже в курсе событий. И даже успел хорошенько порефлексировать по этому поводу...

Надо признать, что существенное количество алкоголя сегодня ночью я поглотил именно по этому поводу: Марк Тиберий Коммод, Князь Драконьего Двора, по прозвищу Литопс Каменнокрыл, и Золотовы — родственники! Со всеми вытекающими: наследственностью, генетикой и врождённой способностью к выдыханию огня.

— Ну ладно, ну хорошо, — седой дракон скупо улыбнулся и посмотрел на меня с куда большей теплотой, чем раньше. — Ты узнал о том, что нас связывают кровные узы. Надеюсь, это не позволило тебе, внук, питать ложную надежду, что ты сможешь выиграть пари благодаря тому, что мы родственники?

— Ну что вы, мессир. Как можно, — я скромно улыбнулся, глядя ему в глаза. — Я собираюсь выиграть пари, руководствуясь СОВЕРШЕННО другими соображениями.