В комплекте - двое - Галина Долгова

— Мы решили там остановиться на пару дней — раненых подлечить, телеги подлатать, припасы закупить… Ну и сообщить куда следует о нападении. Сташи мы в трактире оставили и женщину наняли, чтобы под присмотром была. Так вот эта самая сиделка ко мне ночью с криками прибежала, что Сташи повесилась. Я как был полетел к ней, Хас тоже… Еле успели, откачали. Я с ней на ночь остался, чтобы больше ничего не случилось. Среди ночи я проснулся от того, что мне кто-то добрый нож в живот вогнал. Еле от второго удара увернулся. А Сташи кричит, что все равно за любимым последует… и…

— И?

— И я применил свои способности! — резко вскинув голову, выкрикнул Расхарт. — Я использовал силу арэйва, чтобы снять привязанность к погибшему лорду. Только просто так убрать столь сильные эмоции нельзя, и мне пришлось…

— Переспать с ней? — мрачно подсказала я.

— Да. — Расхарт отвернулся. — Утром ее в комнате не было. Я было испугался, что она снова с собой что-то сделала, но все обошлось… Сташи завтракала внизу. Она даже виду не подала, что ночью что-то произошло, вела себя спокойно, почти как обычно, разве только не хамила мне. Потом сообщила, что с нами поедет…

— Но ведь на этом ваши отношения не закончились? — Я заглянула ему в глаза.

— Нет, конечно. Иначе все было бы слишком просто, — горько усмехнулся он. — Мы снова встретились почти через год. Как раз начинался сезон дождей, и я вел последний караван в Карст. Там у меня дом есть. Думал, доведу и отдохну пару месяцев, а то мотаюсь все… Вот в том караване и была Сташи, теперь уже в качестве компаньонки и охранницы молоденькой девушки. Она практически сразу начала себя вести так, как будто мы хорошие друзья, даже флиртовала… Я только диву давался. Даже думал, что это моя магия не выветрилась, пока не заметил, что она теперь любовница брата девушки. Я успокоился, что моя магия на нее сильно не повлияла и она от меня не зависит. Представь мое удивление, когда на следующий день после приезда в дверь моего дома постучала Сташи. Она осталась у меня на ночь и на следующую тоже… Прошло почти два месяца, когда я осознал, что наши отношения перешли на другой уровень. Она больше не уходила, ее вещи заполнили мой дом… И мне это… понравилось. Теперь у меня появился настоящий дом, где я был не один, где меня ждали. Сташи натащила кучу вещей, сделав его по-настоящему уютным. Понимаешь, я проснулся утром и понял, что счастлив. Что у меня есть женщина, которая не боится меня, которая не кричит в ужасе, которая смотрит на меня как на обычного мужчину… И у меня даже возникла бредовая идея, что, возможно, у нас будут дети.

Расхарт резко закусил губу и отвернулся. Боже, какой одинокий и потерянный… У меня сердце дрогнуло от желания обнять его, но он продолжил говорить, и его голос стал отстраненным и холодным:

— Прошло еще полтора месяца, и меня снова наняли охранять караван. Сташи хотела тоже пойти, но я отговорил ее. Деньги у меня были, она бы ни в чем не нуждалась, а я хотел как раз купить ей обручальный браслет…

— Она отказала? — осторожно спросила я.

— Хм… не совсем. Я просто приехал на два дня раньше, чем должен был. Она была дома, в нашей, точнее, моей постели, и не одна… Они как раз закончили и в тот момент просто разговаривали. Так мило! Он как раз интересовался, почему такая девушка, как она, живет с таким, как я. И знаешь, что она ответила? — Он резко повернулся, схватив меня за плечи и вынуждая смотреть ему в глаза. — Что она большего не заслуживает! Что это ее наказание! Она вынуждена жить с монстром, потому что больше ни с кем не может быть. Что она не защитила того, кого любила, и теперь проклята! Что я единственный, кто не пострадает рядом с ней, потому что я — чудовище! А если и пострадаю, то невелика потеря! Главное, это не понести от меня!

Даже представить страшно, что чувствовал в тот момент Расхарт! Я инстинктивно потянулась к нему, но он отстранился.

— Я стоял и слушал, сжимая в руке браслет. Не помню, как я развернулся и вышел из дома, даже не помню, где ночевал в тот день… Я забыл, кто я есть, слишком расслабился, слишком доверился… и меня тут же ткнули носом в реальность.

— Что ты сделал? — Я все же не удержалась и прикоснулась к его руке.

— Я пришел следующим утром — открыто, громко… Сташи кинулась мне на шею, радостная и счастливая, как всегда. Я даже на секунду подумал, что мне все привиделось. — Он неловко отвел глаза, и краска стыда запылала на его щеках. — Я не придумал ничего лучше, чем отомстить ей. Отстранив ее, я выразил удивление, что она все еще здесь. Ведь сезон дождей закончился, и она снова может ходить с караванами. Знаешь, я тогда даже себя отомщенным почувствовал, смотря на ее лицо — шок, неверие, растерянность, ярость. Она сразу догадалась о причине. Кричала сначала, что мне наврали, потом — что это я сам виноват, точнее, моя магия, и она теперь не может без мужика и недели… Самое смешное, что это я бы ей простил. Даже поверил. Но не ее слова… Уходя, она остановилась у самой двери и усмешкой объявила, что никуда я от нее не денусь. Что я чудовище, но я ее чудовище, и только она сможет мне дать то, что мне нужно, и я еще сам к ней приду… — Голос Расхарта стал тише, и я еле разобрала его последние слова: — И это оказалось правдой.

— То есть? — опешила я. Неужели после всего он простил ее и продолжал любить?

— У нас был долгий переход. Ценный груз. Наниматель отказался заходить даже в деревеньки, не говоря уж о городах. Дорога почти два месяца, и в караване девочка двенадцати лет, две женщины за сорок и Сташи… Надо дальше объяснять? — дернулся он, отворачиваясь.

— Нет, — прошептала я. Что ж тут непонятного.

— Сташи снова посмеялась надо мной, вытребовав клятву, что я буду в постоянном ее распоряжении, когда она этого захочет.

Я даже рот открыла от подобной наглости. Или шока. Или возмущения. Не знаю, чего было больше.

— Единственным ограничением было то, что мои обязательства аннулируются, как только у меня появляются серьезные отношения или чувства к кому-то другому.

— Ушам своим не верю, — пробормотала я, пытаясь осознать масштаб катастрофы. — И как же ты можешь так спокойно обо всем этом говорить?

— Спокойно?! — Расхарт повернулся так резко, что я даже отпрыгнула. — Я не спокоен! Ты думаешь, я рад, что вынужден выполнять капризы этой стервы? Или что не могу совладать со своей сущностью монстра? Я не спокоен, Нэялин! Меня просто разрывает от ярости! Но, — он вдруг усмехнулся и даже как-то потух, что ли, — в некотором роде ты права. Прошло достаточно времени, чтобы я поостыл и попривык к этому. Стал воспринимать это как должное. Какая, собственно, разница, чего там думает или хочет Сташи. Она предлагает — мне же проще. И так было до тебя… Ты единственная показала, что можно по-другому. Что я нормальный. Ты с первого дня не испытывала ко мне страха и неприязни. И я снова стал задумываться о том, чего лишен. Я боюсь потерять это, Нэя. Боюсь потерять тебя…

— Рас…

— Но я никогда не прощу, если узнаю, что ты обманываешь меня. — Он с такой силой сжал мои руки, что я чуть не вскрикнула.