В комплекте - двое - Галина Долгова

Меня услышали все. Над поляной повисла тишина. Честно говоря, я и сама поразилась тому, что сказала. Раньше я бы никогда не позволила себе таких слов. Сташи покрылась красными пятнами, в ее глазах разгоралась ненависть, смешанная с растерянностью. Значит, я права… Трудно объяснить, что я испытала в этот момент. Зависть? Ревность? Брезгливость? Наверное, все вместе.

— Нэялин! — Возмущенный хор голосов Расхарта и Лэссита за спиной заставил меня поморщиться. Только нравоучений мне сейчас не хватало.

— Что — Нэялин? — Я обернулась к ним и криво усмехнулась. — Делать можно, а говорить неприлично, так, что ли? Ладно, раз для вас это нормально — всем вместе пользоваться одной, мне-то какое дело. — Я бросила косой взгляд на смутившихся мужчин и не удержалась: — Мне вот только интересно, Лэс, ты тоже?

— А тебе что, завидно? — прошипела Сташи.

— Значит, тоже, — вздохнула я. — Мальчики, а вы заразиться не боитесь? Хотя это ваше дело, — пожала плечами я и отошла к костру.

В душе плескалось странное чувство опустошения пополам с горечью. Настроение резко упало, осталось только непреодолимое желание послать всех глухим бескрайним русским лесом. И Лэссита с его двойной моралью, и Вэна с его деспотическими собственническими инстинктами, и Расхарта с его девизом «верность и истина». Конечно, как меня воспитывать, так они все просто святые, а когда самих касается — так «мы не могем, ибо сие суть наша». А еще темным огоньком в груди разгоралась зависть к Сташи. Это же надо так себя поставить, что они прощают ей все, да еще и ждут своей очереди. А, плевать! Вот пусть и дальше развлекаются со Сташи, у меня и так проблем навалом…

— Тварь, — хлестнул по спине громкий голос Сташи.

— Возможно, — не повернув головы, кивнула я, — зато меня не поимело полстраны. И, Сташи, пожалуйста, отдели свою посуду от общей. — Похоже, я переусердствовала, так как повисла звенящая тишина.

— Сташи, нет! — закричал Расхарт, но я и так была готова.

Щит, окружавший меня во время беседы, уплотнился, став вязким как глина. Я еле сдержала порыв оглянуться, почувствовав, что сейчас этого делать не стоит, надо перетерпеть. До боли сжав кулаки и закусив губу, я раскинула свою сеть. Удивительно, но в этот момент перед глазами встала четкая картинка всего происходящего на поляне, словно я смотрю кино.

Я увидела, как замахнулась Сташи, кидая какую-то круглую штуку. Видела, как рванул наперерез Расхарт, как дернулся Хас и задохнулся Лэссит. В ту же секунду я почувствовала, что мой щит не преграда для этой штуки. Честно говоря, я думала, что взбешенная Сташи швырнет в меня нож, ну или камень, а тут, похоже, в дело пошел амулет, да еще и неизвестно с какими свойствами. И это очень плохо!

Рыкнув, я активировала огненное кольцо. Да, я струсила! Не стала рисковать! Пусть отчасти я проиграла, правда, это знаю только я, но все равно…

Амулет встретился с моим огнем где-то в середине пути ко мне и… Такого никто не ожидал, включая меня и Сташи!

Это было похоже на столкновение двух метеоритов. Казалось, в месте столкновения небольшого кружка металла и огненной стены взорвалось маленькое солнце, раскинув свои щупальца во все стороны, опаляя всех находившихся поблизости. Это было страшно! Нет, даже не так! Я пришла в ужас от содеянного. Разве стоит одна моя жизнь жизни нескольких десятков ни в чем не повинных людей? Это же я сама накалила ситуацию…

Но следующим чувством, возникшим словно все из того же огня и пожиравшим раскаяние, была злость. Да почему я должна была молча терпеть все выходки этой дворовой шалавы местного разлива? Она же растоптала Расхарта, разрушила семью того безымянного лорда, и, возможно, именно это привело к его гибели. А теперь она смеет еще возмущаться по поводу правды? Ну уж нет…

Ярость моментально прочистила мне мозг, и в голове четко высветился приказ. Огонь, словно послушный щенок, повиновался, втягивая свои щупальца внутрь себя, кроме одного…

И тут же мои глаза открылись, и действительность навалилась во всей своей угрожающей реальности. Поляну огласили крики, стоны и плач. Я смотрела на людей, попадавших на землю. Обожженные лица, руки, шеи, одежда в саже и дырах, потрескавшиеся губы и закрытые глаза, из которых текли слезы… И Расхарт, безвольной куклой лежавший практически на амулете.

Повинуясь внутреннему чутью, я скользнула к мужчине и провела над ним рукой. Не знаю, что на меня нашло, но я чувствовала, что это правильно. И произошло нечто удивительное. Прямо на глазах кожа Расхарта светлела и разглаживалась, и уже через минуту он сел, непонимающе тряся головой.

— Что это было? — хрипло спросил он.

Я не стала отвечать. Неизвестно насколько долговечна эта моя способность. Поэтому, не теряя времени, я начала быстро обходить всех пострадавших. Последним я подошла к Лэсситу. Может, это было мелочно с моей стороны, но он заслужил. Закончив, вернулась к сидящему на земле Расхарту.