Цепной пес империи - Андрей Гудков

— Приготовиться! — скомандовал майор. — Целься! Пли!

Солдаты стреляли часто и метко. Десятки мятежников падали в подмерзшую осеннюю грязь, но остальные продолжали нестись вперед. Варвары.

— Пулеметы, открыть огонь!

По строю северян словно прошлась коса. Уже не десятки, а сотни людей с криками боли и ярости падали замертво, но и это их не остановило. До противника оставалось меньше сотни метров, и если они преодолеют это расстояние, то сомнут наших солдат в рукопашной схватке.

— Маэл, действуй!

Я не ответил.

— Маэл!

— Сейчас, — выдохнул я сквозь зубы.

Все поле перед нами вспыхнуло от огня. Раздался многоголосый нечеловеческий вопль, полный дикой боли и ужаса. Мне пришлось растягивать заклинание на большую площадь, чтобы разом сжечь всех мятежников, и поэтому оно ослабло. Огонь не убивал мгновенно, как должен был, а медленно сжигал людей. Крепкие и выносливые северяне долго мучились в агонии.

Я проснулся, мокрый от пота. Надо мной стоял Ральф с горящей свечой в руках:

— Сэр, с вами все в порядке?

— Я кричал?

— Да.

— Это просто кошмар, Ральф. Иди спать.

— Да, сэр.

Когда дворецкий ушел, я встал и открыл окно, запуская в комнату холодный воздух. Помогло мало. Уже неделю я не мог нормально выспаться из-за снов о войне с восставшими дикими племенами в Северной области. Сколько я за то время людей сжег заживо? Ни одному инквизитору о таком количестве даже не мечтать.

Марэн Картос ворвался рано утром. Отпихнув опешившего Ральфа, он быстро прошел в дом и бросился на меня.

— Сволочь!!! — Он схватил меня за рубашку. — Где моя дочь?!

— О чем вы, сударь? Откуда мне знать, где ваша дочь?

— Не прикидывайтесь!!! Если с ней что-нибудь случится, клянусь, я убью вас!!!

— Сэр, вызвать жандармов? — обеспокоенно крикнул Ральф.

— Да вы можете мне сказать, в чем дело?! — рявкнул я на Картоса и стряхнул его с себя.

— Сударь, мою дочь похитили, и это ваших рук дело.

Я посмотрел на Марэна Картоса, и тот осекся. В ярости я схватил его за одежду и, приподняв, ударил об стену.

— Да я тебя по стенке размажу! Ты в чем меня обвиняешь? Чтобы я детей похищал?!! Я за меньшие оскорбления убивал!!!

Я не выгляжу особо серьезным противником. Худощавый, с невыразительным лицом и длинными волосами, такого сложно испугаться. Это вам не крепкий лысый громила. Поэтому люди часто теряются, когда сталкиваются с моим напором. Без видимых усилий и использования магии я швырнул его через всю комнату прямо на диван.

— Если еще раз я услышу от вас подобное обвинение, то вызову на дуэль и убью, — уже спокойным голосом сказал я. — А теперь, сударь, будьте добры покинуть мой дом.

— Приношу свои извинения, сэр, — растерялся Марэн Картос. — Мою дочь похитили, и с меня требуют выкуп, а у меня нет таких денег. И я подумал, что вы… что…

— Что это я похитил вашу дочь, потому что вы угрожали мне компроматом. Сударь! Не судите о других людях по себе, я не пользуюсь настолько низкими методами.

— Я просто не знаю, что мне делать…

— Заплатите деньги, — равнодушно я пожал плечами. — А еще лучше — используйте свои связи. У вас же есть знакомые среди преступного мира Райхена?

— Откуда, я же не вы! Я никогда не имел ничего общего с этими людьми!

— Я мог бы вам помочь, но увы. Как вы говорите, благородному дворянину не пристало иметь дело с этим отребьем.

— Сэр, если вы спасете мою дочь, то я что угодно сделаю.

— А что вы можете для меня сделать? — Я усмехнулся и покачал головой. — Нет, сударь Марэн Картос. Вы для меня ничего не сможете сделать. Хотя если вам так нужны деньги, я куплю у вас компромат на меня. Тысяч за десять империалов. Не больше.

— Но…

— А вы всерьез полагали, что я буду дрожать от страха из-за того, что вы что-то там на меня нашли? Ха! Да мне плевать на ваш компромат! Хотите — обнародуйте его, а хотите — вытрите им задницу в туалете.

— Н-но…

— Хватит заикаться, вы дворянин или нет? Либо вы говорите дело, либо уходите из моего дома. Я и так уже пропустил из-за вас завтрак, а еще вы помяли мне рубашку!

— Сэр, помогите мне спасти мою дочь.

— Хорошо. Мне нужны ее фотография и полное имя, а также письмо от похитителей. Было ведь письмо с требованием выкупа?

— Да, сэр, вот оно.

— «Не обращатся к жадармам или мы пришлом голову ващей дочари!» О боги, ну и грамотеи! Как вы вообще могли подумать, что я к этому причастен? Так, все понятно.

— Вы поможете мне?

— Ничего не обещаю, но сделаю все, что смогу. Но не ради вас или ваших мифических услуг! Я просто терпеть не могу, когда берут в заложники детей. А теперь идите и дайте мне спокойно позавтракать.

Как только Марэн Картос ушел, в гостиную зашла Мелисса:

— Он поверил?

— Да. Потом, может быть, он задумается, но пока верит.

— Но отдаст ли он компромат?

— Это уже моя проблема. Девчонка в безопасности?

— Да, но мне пришлось отправить с ними одного надежного человека. Иначе я не могла бы гарантировать сохранность ее чести и здоровья.

— Понятно. Где ты только нашла таких идиотов?

— У меня всегда есть несколько подобных людей для самых грязных дел.

— Тогда пусть этот надежный человек сам уберет их и скажет, что был агентом, внедренным в банду.

— Хорошо.

В Ассамблее меня ждал новый неприятный сюрприз. Было совершено покушение на Валерия, и тяжело ранили Игнация. Малькольм ходил мрачнее тучи. Он был готов разорвать меня, но мне нечего было ему сказать. Я сам ничего не знал и не успевал за всем проследить.

Компромат, купленный у Джонни, мы использовали сполна, перетянув на свою сторону еще одну фракцию в Ассамблее и нескольких сенаторов. Теперь уже можно говорить о победе. Оставались только Раэл Игнатов и Рэндал Бах. Причем первый играл жестче и грязнее, чем сам Рэндал.

— Я практически уверен, что это дело рук Игнатова, — холодно сказал адмирал. — Я не пью ничего, кроме воды, набранной у меня на кухне, а ем только дома. И меня это сильно раздражает.

— Есть еще Рэндал Бах.

— Он бы вызвал меня на дуэль, но не стал бы так подло подсыпать яд. Поверь, Рэндал — человек старой гвардии. К тому же у меня с ним неплохие отношения.

— Почему бы просто его не переубедить?

— А ты попробуй, — хмыкнул Малькольм. — Проще убедить льва питаться травой, чем изменить мнение этого старика.