О пользе проклятий - Оксана Панкеева

– У вас в Ортане, пять лет назад, во время мятежа Небесных Всадников. Мы тогда были где-то в Эгине и новости узнали только на второй день. Бедный Элмар с горя чуть умом не тронулся и бросился скорей домой. Ну, вы же его знаете: что отвоевать корону надо, он понимает, потому как кодекс чести, долг и все такое. А вот как это сделать – ни малейшего понятия. В общем, если б мы Элмара не придержали, он бы просто носился по улицам и дрался с кем попало, и понятно, чем бы это вскоре кончилось. Тогда он начал жаловаться на свое скудоумие и ныть, что, был бы жив кузен Шеллар, он бы что-то придумал. А кузен оказался вполне жив, здоров и легок на помине. Мы на него случайно наткнулись около штаб-квартиры паладинов. Там и познакомились. Меня сразу поразило то, что, в отличие от моего доблестного соратника, он точно знал, кто и что должен делать. И все, надо сказать, очень четко и быстро сработало. К вечеру от мятежа уже ничего не осталось, если не считать того, что полдворца разнесли по камушку. Мы тогда остались ночевать в оставшейся половине, и я потихоньку поинтересовалась у Элмара, а как его кузен насчет перепихнуться? Элмар возмутился и сказал, что кузен, конечно, мужик нормальный, но он две ночи не спал и надо же иметь совесть. Тут мне Жак подвернулся… Ну, я и оставила короля в покое, пусть спит спокойно. А на следующую ночь меня Валента обставила. Они же, воины, большие и размашистые. Плечиком повела – и готово. Откуда ж я знала, что ей он тоже понравился?..

– А она ему? – поинтересовалась Эльвира, пряча усмешку.

– Вот у него и спроси. Но, по-моему, его величество втрескаться изволили по уши. И, видимо, серьезно. Он вообще мужик серьезный, несмотря на розовых слонов… А Валента ни за какие коврижки не пошла бы замуж.

– Кого-то мне это очень напоминает… – улыбнулась Тереза.

– Отстаньте! – обиделась Ольга. – Что за намеки! В меня-то он не влюблялся. Это только Эльвирины подружки полоумные могли такое придумать.

– Кстати, – вспомнила Эльвира. – Кто-нибудь знает, куда делась Селия? Она задалась идиотской идеей, будто Ольга очаровала его величество некой экзотической разновидностью любовных утех, принятой в ином мире, и намеревалась подсмотреть, чтобы перенять опыт. Но не вернулась…

Девушки дружно расхохотались, и Ольга в лицах пересказала, как маркиза Ванчир напрашивалась на оргию к его величеству. Эльвира смеялась так, что даже забыла о предстоящем назавтра. Она и не ожидала, к каким блестящим результатам приведет ее дурацкий совет.

– Теперь король Селию точно отставит, – сделала вывод она. – Так ей и надо! А уж как Камилла обрадуется…

– Почему? – поинтересовалась Кира. – Она ее не любит?

– Да мы все друг друга не очень… Дело не в том. Просто она опять станет официальной фавориткой. Король, когда кого-то отставляет в расстроенных чувствах, всегда идет утешаться к Камилле. Она из нас единственная, кому хоть что-то в нем нравится.

Ольга хихикнула и спросила:

– А у него правда такой большой, как утверждает Камилла?

– Не знаю, – пожала плечами Эльвира. – Это все относительно. Да и материала для сравнения у меня крайне мало. Вот пусть Этель посмотрит и сделает вывод. Уж она-то за восемьдесят лет насмотрелась столько, что Камилла перед ней соплячка.

– Вы меня заинтриговали, – хихикнула Этель. – Обязательно посмотрю. Хотя Валента ни о чем подобном не упоминала, так что, возможно, ваша Камилла преувеличивает. А почему ты говоришь, что он вам не нравится? Он же такой славный…

– Дело вкуса, как говорит Камилла, – улыбнулась Эльвира. – Мне не нравится, как он себя ведет. А Анна и Селия считают, что он ужасно уродлив. Особенно когда разденется.

– Сами они уродины! – обиделась Ольга. – Такие трогательные косточки, обнять и плакать.

– Я же говорю – дело вкуса. Вот у тебя он вызывает умиление. У Анны – отвращение. У Акриллы – страх. У Этель – интерес. У ее подруги – трепетную нежность. Мы все разные и по-разному смотрим на одно и то же. А ты, Кира, что скажешь?

– Я вообще не понимаю, – строго сказала Кира, – как можно высказывать подобные суждения о короле.

– Это какие? – хитро прищурилась Этель.

– Как обо всех обычных мужчинах. Красивый он или нет, с кем спит, как выглядит раздетым, как ведет себя в постели, какого размера у него… ну, и тому подобное. Как вообще можно рассматривать его с этой стороны? Он наш король. А мы его подданные. И для нас он должен быть как-то выше всего этого.

– Нравы у вас в провинции! – фыркнула Эльвира. – После того как я с ним спала, как он может быть для меня выше? Да и не просила я тебя высказывать что-либо в духе Камиллы. Мне просто интересно, нравится он тебе или нет.

– Он достойный правитель и порядочный человек, – сдержанно ответила Кира. – А вопрос, нравится ли он мне как мужчина, не может даже возникать.

– И зря, – сказала Эльвира. – Вопрос может оказаться насущным. Камилла сказала, что ты его величеству нравишься.

– Ваша Камилла такой уж непререкаемый авторитет? – скривилась Кира. – Я допускаю, что ему понравилась моя идея сразиться с драконом, потому что она совпала с его собственной. Но не более.

– Не скажи, – заметила Эльвира. – Такие вещи Камилла чует определенным местом. И до сих пор это чувствительное место ее не подводило.

– Тоже мне, премудрость! – фыркнула Этель. – Я тоже заметила, что Кира королю понравилась. Но и Ольга тоже. При этом перед Кирой он ужасно робеет, а Ольгу не стесняется совершенно. Меня он побаивается. Тереза боится его, а ему ее жалко. Чтобы все это заметить, особых способностей не нужно, я это вижу без всякой магии. Еще могу добавить, что Ольге и Терезе нравится Жак, а Кире – нет. Ольга относится к Элмару как к огромной плюшевой игрушке, а Тереза и его боится. Тереза, ты почему всех боишься?

– Неправда, – возразила Тереза. – Элмара я не боюсь, просто он в ту ночь был пьян. А король… это, наверное, подсознательное. Он на немца похож.

– А кто такие немцы? – заинтересовалась Этель. – Это какой-то подвид троллей?

– Нет, – засмеялась Ольга. – Это жители страны, которая… завоевала страну Терезы.

– Твою, кстати, тоже, – заметила Тереза.

– Так ведь ненадолго и не всю. Мы им потом так всыпали, что мало не показалось. И войну эту мы выиграли. Тебе разве Жак не говорил?

– А ты там была? – тут же заинтересовалась Кира.

– Там был мой дедушка. И второй дедушка тоже. А мои родители в то время только родились. Так что я эту войну видела только в кино.

– Что такое кино? – дуэтом спросили Кира и Этель.

И разговор сразу стал благопристойным и познавательным.

– М-да, – сказал король, обозрев живописный беспорядок в Ольгиной квартире. – Такого я действительно еще не видел. Впрочем, нет. Что-то подобное я застал лет семнадцать назад, когда Костас послал меня на арест содержателей притона. И ты хотел, чтобы я на ней женился и весь мой дворец выглядел так же?