Королевство шипов и роз - Сара Маас

Тамлин показал на край большого луга. Его рука обнимала меня за плечи.

Высокие травы колыхались, как волны. Луна изливала на них свой меркнущий свет.

– Что это? – шепотом спросила я.

Тамлин приложил палец к губам и махнул рукой, приглашая меня взглянуть.

Минуты шли, но я ничего не видела. И вдруг… с противоположного конца луга в нашу сторону устремились десятки огоньков, скользящих над травой. Они казались не более чем пятнами призрачного лунного света. Потом я услышала пение.

Голос был одновременно мужским и женским. Две стороны звучащей монеты, если такие монеты где-нибудь существовали. Они пели друг другу – призывая и отвечая на призыв. Этот двойной голос звучал все громче. Огоньки начали танцевать. Призрачные светящиеся точки кружились над лугом. Их можно принять за косые лучи луны, но те всегда ложились неподвижно.

– Что это?

– Блуждающие огоньки – духи воздуха и света, – тихо ответил Тамлин. – Пришли отпраздновать летнее солнцестояние.

– Какие они красивые.

Его губы скользнули по моей шее и остановились.

– Потанцуй со мной, Фейра.

– Ты серьезно?

Я повернулась. Его лицо было совсем рядом.

– Серьезно, – улыбнулся Тамлин.

Он подхватил меня так легко, словно я соткана из воздуха, и закружил в танце. Я плохо помнила уроки танцев раннего детства. Неуклюжесть моих движений восполнялась его бесподобным изяществом. Предчувствуя, что я могу споткнуться, Тамлин всякий раз подхватывал меня. Мы танцевали, двигаясь по лугу, и нас окружали танцующие духи.

Я стала легкой, как пух одуванчиков. Тамлин превратился в ветер, кружащий меня вокруг мира.

Он улыбался мне. Я почувствовала, что отвечаю тем же. Мне не нужно было притворяться, изображать из себя кого-то. Я была сама собой. Руки Тамлина кружили меня по лугу, и блуждающие огоньки плясали вокруг нас, как десятки маленьких лун.

Наш танец замедлился. Мы остановились, держась за руки и раскачиваясь в такт пению духов. Тамлин уперся подбородком мне в голову и гладил мне волосы, успевая касаться и шеи.

– Фейра, – шептал он. В его устах мое имя звучало на удивление красиво. – Фейра.

Он ни о чем не спрашивал. Чувствовалось, ему просто нравится произносить мое имя.

Блуждающие огоньки исчезли столь же быстро, как и появились. Их музыка смолкла. Я удивленно моргала, а звезды на серовато-пурпурном небе делались все бледнее.

– Рассвет совсем скоро, – шепнул мне Тамлин.

Наши лица почти соприкасались. Я кивнула, завороженная его видом, запахом и нахлынувшими ощущениями. Я дотронулась до его маски. Лицо Тамлина пылало, но металл оставался холодным. Моя дрожащая рука скользнула ниже, к его подбородку. Кожа оказалась удивительно жаркой и мягкой.

У него были влажные губы и такое же сбивчивое дыхание, как мое. Он обнял меня за талию и привлек к себе. Наши тела соединились. Его тепло обволакивало меня.

Я запрокинула голову. Губы Тамлина застыли не то в улыбке, не то в гримасе.

– Что? – спросила я, касаясь его груди и собираясь отстраниться.

Но другая рука Тамлина замерла у меня на затылке.

– Мне вдруг показалось, что я могу тебя поцеловать, – прошептал он.

– Так поцелуй, – ответила я, удивляясь собственной смелости.

Тамлин лишь усмехнулся и прильнул ко мне.

Его мягкие теплые губы коснулись моих, словно проверяя, все ли он делает правильно. Потом он чуть отпрянул. Я открыла глаза. Тамлин все еще смотрел на меня, а я взглянула на него лишь после нового поцелуя – более сильного, ничем не похожего на прошлый, в шею. Тамлин отодвинулся еще и внимательно следил за мной.

– Что ты? – недоумевала я.

Тамлин засмеялся и снова меня поцеловал, теперь уже страстно.

Я обняла его за шею, притянула к себе и уткнулась в него. Его руки гуляли по моей спине, играли с волосами, обнимали за талию. Чувствовалось, ему хочется совместить все.

Потом он с тихим стоном отстранился.

– Идем, – сказал он, чмокнув меня в лоб. – Это нельзя пропустить.

– Неужели здесь есть что-то лучше блуждающих огоньков? – спросила я.

Тамлин поцеловал мне щеки, шею и, наконец, губы.

Мы пошли среди деревьев, навстречу вечному рассвету. Тамлин крепко держал меня за руку. В низинах стлался туман. Пройдя сквозь него, мы стали подниматься на мокрый от росы холм.

Мы уселись на вершине. Тамлин обнял меня за плечи, привлек к себе, и я прильнула к его груди. Пальцы Тамлина теребили цветки моей короны. Мы молча смотрели на простор зеленых холмов.

Небо стало цвета барвинка. Облака подернулись нежно-розовым. Еще через несколько минут из-за горизонта неспешно выполз тяжелый золотой диск солнца. Мы были единственными зрителями рождающегося мира.

Тамлин обнял меня покрепче и поцеловал в макушку. От восходящего солнца его глаза сделались золотыми.

– Ты хочешь что-то сказать?

Я кивнула:

– Помню, однажды отец попросил, чтобы я не отнимала у сестер мечты о лучшей жизни и лучшем мире. Я тогда не понимала: к чему эти бесплодные мечты, когда нет ни лучшего мира, ни лучшей жизни?

Мои пальцы потянулись к его губам. Я качала головой, удивляясь, насколько дерзкой меня сделало фэйрийское вино.

– Я не верила, что такое возможно… Теперь верю.

У Тамлина вздрогнул кадык. Его поцелуй был долгим и очень крепким. Вместе с поцелуем в меня входил рассвет. Глаза закрылись сами собой, и из-под сомкнутых век покатились слезы.

Это было счастливейшее мгновение моей жизни.