Внешний враг - Владимир Перемолотов

— Не услышим, — усмехнулся Гаврила, глядя на него.

— Когда ей нужно, Судьба свистит очень громко.

Цепи на входе зазвенели и сидельцы вновь разразились хохотом. Гаврил настороженно поднял голову. В проеме стоял человек с мечом в руках.

— Спокойствие и повиновение! — прокричал он. — По княжескому повелению!

В корчме стало тихо, только мертвые свиньи и бараны позванивали цепями. Воин сунул руку за спину и вытащил махонького старичка. Тот ничего не видя в полумраке хлопал глазами, тщась что-то разглядеть за цепями и тушами. Глаза сотника оказались острее. Несколько мгновений он смотрел узнавая старичка и убеждаясь, что тот ему не чудится.

— Визуарий, сволочь! — сказал Исин в полголоса. Он не забыл той ночи, когда этот невзрачного вида волшебник едва не превратил его в лягушку и встряхнув плечами сбросил с себя мерзость воспоминания.

— Вот так встреча! — сказал Гаврила, лопатками ощутив меч. — Убью гада!

Он поднялся и кувшин осколками разлетелся по полу.

— Вот они! — закричал Визуарий. — Они все склоняли меня перейти в мусульманство! Халат обещали подарить! Еле живой ушел!

Воин за его спиной тряхнул его.

— Где они?

Голос Визуария перешел в визг.

— Проповедник в халате и подручные его.

Старец сделал, что хотел и воин убрал его за спину, сделав шаг навстречу вставшему Гавриле. В темноте он ткнулся в стол и выругавшись опрокинул его. Он подошел поближе и стал разглядывать Избора. Он успел оценить и ширину плеч и толщину рукояти меча, что торчала из-за плеча незнакомца в халате. Связываться с ним не хотелось, но вот халат…

— Да. Халат есть… Это точно.

Он сказал это так, словно именно это все и решало. Вокруг стало так тихо, что Избор услышал как у Иосифа забурчало в животе. Люди кругом молчали, не решаясь ее нарушить.

— Что тут за порядки у вас? Мы по своим делам едем, никого не трогаем… — наконец сказал Избор, уже понявший, что драться все-таки придется..

Уедите тогда, когда князь вас отпустит.

— Почему это?

Исин поднялся и встал рядом с Гаврилой. В его голосе не было высокомерия, а только любопытство.

— Проповедников Ислама у нас принято выдворять из города по частям.

Они его поняли, но воин не удержался и добавил.

— Сперва одну ногу, потом другую… И все по разным дорогам.

— Ладно, — перебил его Избор. — К нам-то это как относится? Мы мирно едем…

Воин не стал его слушать. Он крикнул и из-за его спины в корчму полезли вооруженные люди.

— Никто не имеет права проповедовать ислам в нашем городе!

— Мы и не собирались делать этого… — честно сказал Избор, прикидывая сколько до ближайшего окна.

— Старик утверждает обратное.

— А ты его знаешь?

— Я и тебя не знаю… — Он сделал нетерпеливый жест рукой. — Ничего. Князь разберется.

Избор почесал затылок.

— Что-то я не верю в вашу справедливость…

— Ничего. Пытка покажет виновного, — уверено, словно изрекал непреложную истину, произнес стражник.

По заду пронесся легкий шум. Сидельцы как один закивали — кому как не им знать, что воин говорит сущую правду. Но Избор не поверил и им.

— Боюсь в это раз все будет по-другому…

— Пытка покажет, — повторил воин.

— Пытки не будет, — сказал Избор. — Пытать будет некого.

Воин пожал плечами, оставляя последние слова на совести богатыря.

— Старика я сейчас убью, а нас вам не взять…

— Уж не Аллах ли помешает мне сделать это?

Избор несколько мгновений решал не шутит ли его враг и так и не поняв ответил, неопределенно пошевелив пальцами.

— Не знаю как случится в этот раз, но обычно мы в состоянии постоять за себя не прибегая ни к чьей помощи…

Избор рассчитывал получить в ответ хотя бы оскорбление, а получил улыбку и слова.

— Твои друзья хороши, но у меня друзей больше и у каждого по мечу.

Люди у него за спиной поняли это как приказ и вытащили оружие.

— Человек с мечом это еще не воин.

Воин засмеялся, увидев слабость там, где ее не существовало.

— Что ж, — сказал Исин. — Все слова сказаны. Осталось только проверить насколько твой язык длиннее меча.

— Зря я с вами говорил… — вздохнул воин. — Взять их и доставить к князю.

Обходя его воины сдвинулись с места. Избор переглянулся с Гаврилой и кивнул на окно. На пути к нему пока никого не было, но Гаврила отрицательно качнул головой и кивнул на дверь. Где-то там, за рядами воинов блестели восторженные глаза Иосифа.

— Нет Через дверь. Там Иосиф и этот проклятый старик. В конце концов там и до ворот ближе…

Избор пожал плечами. Он допил кувшин и разбил его о чью-то голову.

— Если вспотеешь — предупреди…

— Чего предупреждать. Если что сами увидите…

Он огляделся и с горечью добавил.

— С этими разве вспотеешь?