Темный эфир - Анна Терешкова

Это может тебе дела нет, а Марим еще как есть. Представляю какую истерику закатить женушка лэра Бэлимора. Мне его и впрямь жаль.

— Вот и не вмешивался бы. А то вдруг сестринской любофью проникнусь и буду бегать за тобой с щенячьими глазками и радостным «братик».

— Избавь меня от такого удовольствия, — скривился маг, достал из своей ученической сумки зеленую коробочку и протянул мне.

— А вот это уже странно, — я опасливо отступила и с сомнением посмотрела на мага. — Или решил поладить со мной на радость Марим?

— Это от отца.

Я машинально поймала брошенную коробочку, но тут же впихнула ее обратно Лимьену. И не так, чтобы с силой, но маг поморщился так, словно ему правда больно. Отобрав подарок обратно, я быстро отвела край пиджака, увидев проступившую кровь через белую рубашку, прежде чем Лимьен отступил.

— Тебе в лазарет нужно, — просветила светлого, а то вдруг у него чувство боли пропало и со зрением внезапные проблемы начались.

— Это просто царапина.

— Ну, конечно! — я раздраженно закатила глаза. — Вы могучие и «бессмертные» мужчины о любой ране, как о царапине отзываетесь, пока не станет слишком поздно.

— Не суй нос в чужие дела.

— Беру пример со старшего братца, — ехидно заметила.

Под взглядом Лимьена пришлось сдаться. Не мое это дело. В этом он прав. Но отпустить его просто так не могу. А потому, покопавшись в сумке, взяла пузырек целительного зелья. Задумалась, просчитывая дозу, мазнула взглядом по правому боку мага, который тот прикрывал. От царапины столько крови не будет, выходит рана глубокая. Взяла еще один пузырек и вложила в ладонь светлого.

— К вечеру рана заживет. Ингредиенты дорогие и в зельях я дока, так что не брезгуй. Считай платой за передачу подарка, — похлопала я по сумке, куда убрала зеленую коробочку. — Но скажи лэру Бэлимору больше так не делать. Я ничего от него не жду.

Не дожидаясь ответа и пока тот одумается и попытается спихнуть зелья обратно, я шустро сбежала по лестнице и направилась в аудиторию.

Настроение было откровенно паршивым. До приезда в Свободные земли меня мало что расстраивало, а здесь полный набор «радостных» событий.

— Адептка Вилиас! — вырвал меня из размышлений голос профессора Дикамэ.

Седовласый старик в серебристой мантии спешно шел мне на встречу.

— Тьмы и света, профессор, — вежливо поздоровалась я.

— Идете на лекцию? — Дикамэ заложил руки за спину.

Я кивнула.

— Что касается моей лекции. У вас «неуд» адептка.

Пф-ф-ф! Нашел чем удивить. Я другого и не ждала.

— А вот за подачу «удовлетворительно», Вилиас, — довольно покивал профессор. — Ваш метод с иллюзиями, должен признать, не так клонит в сон адептов, как бывалые лекции.

А такого я никак не ожидала услышать.

Старик усмехнулся моему удивлению, пожелал успешной учебы и так же спешно продолжил свой путь. Я в недоумении свой.

Я уж думала меня тут каждый профессор ненавидит просто потому, что я ведьма. А обучать нас сложно. Ибо на все у нас свои взгляды, мнения и решения. И оспорить что-либо мы всегда первые.

Сбавив шаг, так как до лекции добрых сорок минут, я старательно пыталась придумать план, в котором буду пытаться выловить лешего за счет светлых ведьмочек, учитывая, что начало этого самого плана прервала Анами. Но в мыслях некстати всплыли слова этой змеюки.

Что еще за отбор? Невест? Впервые о таком слышу. А может она имела в виду императорский бал, где Элай выберет понравившуюся лиру?

Я и не задумывалась об этом. И совершенно никак не ожидала, что в груди станет тесно и даже больно, услышав слова Анами.

«Подарю ему букет кактусов на свадьбу», — алчно оскалилась я.

Хлопнув себя по щекам и приказав не думать о всяких глупостях, я вошла в аудиторию, где уже находился Эйн.

— Выглядишь так, словно хочешь кого-то убить, — заметил парень, расположившись за партой последнего ряда.

— Я же так старалась это скрыть, — притворно ужаснулась. — Знаешь, их так много, что я теряюсь с кого бы начать, — язвительно продолжила, присев на соседнюю парту. — Ты подготовил доклад?

Ведьмак молча протянул мне свиток. В аудитории мы были одни, так что я смело развернула пергамент, ощутив запах свежих чернил.

— Неоднозначные отношения с Дэйваром Велинтайном. Проявляет большой интерес к Эларонису Митиану… — начала читать я. — Хочешь, чтобы я тебе сделала артефакт, который будет притягивать проклятия как пчел на мед, а не дезактивировать их? — милостиво поинтересовалась, смяв писанину Эйна.

— Ты просила доклад, я принес, — пожал тот плечами.

— Какие любопытные наблюдения. Ты говорил, что уже отправлял подобное Мали.

— И? — насторожился парень.

— Как и в этом свитке свои мысли излагал?

— Нет. Написал по факту.

— За такой докладик, — покрутила я свиток в руке, — Мали тебя еще с десяток раз бы прокляла. А поскольку первый, как ты утверждаешь, был написан лишь фактами, то есть: ходила туда-то, делала то-то, встречалась с тем-то, значит, Мали тебе доступно объяснила, что ей нужно знать. Но этот доклад ты писал не для нее. Для меня?

Взгляд Эйна ответил куда лучше всяких слов.

— Как тебя понимать?

- Все было бы проще веди ты себя, как и полагается темной ведьме! — огрызнулся Эйн.

— И как же полагается себя вести?

— Сердце и душа принадлежат только тебе!

Знаю, что несмотря на разные взгляды ковенов, у всех есть одно непреложное правило. Сердце и душа принадлежат только тебе. На деле же принадлежат они ковену. Так говорила Малика, ненавистно кривя губы слоило вспомнить о родной обители. Твоя любовь к кому-то не должна быть больше, чем к ковену. Я могу лишь догадываться о том, какие порядки там царят. О том, какой приказ тебе могут отдать верховные. И попробуй не выполнить. Клеймо изгоя будет тебя извечно преследовать. Помощи от своей некогда семьи ты не получишь. Так было с моей мамой.

Я не воспитывалась в ковене в отличие от Эйна. Иса с раннего возраста втолковывала мне обходить тринадцатой дорогой все, что может граничить с ними.

— Так и есть, — спокойно ответила я.

— Разве? Что-то я не заметил на твоем лице хладнокровия, когда Анами заявила, что в отличие от тебя, ее имя будет в списке кандидаток на роль жены Эларониса Митиана.

— Правильно говорил домовой. Болезненный ты.

— Я серьезно!

— А я что смеюсь? И вообще у тебя перерывы бывают? Ты что только вид сделал что ушел, а на самом деле продолжал шпионить?

Мне как-то некстати вспомнились слова Элая: «Ведьмочка, ты разве не знаешь, что у стен есть уши?». Неужто он Эйна имел в виду?