Темный эфир - Анна Терешкова

— Янтарь? Это та истеричная горгулья?

— Угу.

— Видимо перевели куда-то или погрузили в сон, чтобы никого не нервировала.

Стало быть, ректор не поверил ее словам? Или Янтарь сама не понимала, что бьет ложную тревогу?

— Слышала о новом нападении измененных? — сменила тему соседка. — У меня на столе свежая корреспонденция.

Послышался шум льющейся воды, незатейливая мелодия. Которую эльфийка стала напивать, а я тем временем взяла газету, где на первой полосе красовался заголовок: «Некроманты наносят очередной удар!». И далее: «Приверженцы Проклятых богов атаковали границы темных и светлых земель. Число жертв на данный момент исчисляется двадцатью пустыми и пятью одаренными». Отпечаток пентаграммы кристалла памяти показал несколько запечатленных изображений. Таких, что аппетит мгновенно пропал и шоколад больше не казался таким вкусным.

— Четыре разных места. Что они пытаются сделать?

— Выглядит как демонстрация экспериментов или испытательная тренировка их зверинца, — забормотала Тири заматывая на голове полотенце. — Сперва кладбищенские гули, теперь виверны и как следствие пробуждаются любые захоронения, попавшие в радиус всплеска Чар Смерти. Пишут не о всех нападениях. Вернее, городская стража всеми силами пытается заткнуть газетные издания, чтобы те панику не поднимали. Но это, — указала соседка на газету в моих руках, — принадлежит братьям Фират. Эта троица самоотверженных психов и в Бездну, и в Ад, и в Хаос отправятся за интересными сводками. В общем лучше не вызывать их интерес к собственной персоне.

— Демонстрация экспериментов, — задумчиво проговорила я. — Но и этим гениальные умы не ограничатся.

— Гениальные умы — это да. Как-то услышала разговор куратора Гольмана и секретаря Бьера, а те небось главу академии подслушали. Стражам Лиоса удалось заполучить одну из технологий некромантов. Так наши благородные ученые умы с этой помощью продвинулись на несколько шагов в изучении артефактики. Но не стоит называть некромантов гениями в чьем-либо присутствии. Тебя могут не так понять.

— Это констатация фактов, — пожала я плечами.

— Будешь такими фактами разбрасываться с тобой захотят пообщаться дознаватели. А о их работе лучше знать понаслышке, — деловито подметила Тири.

Не думаю, что есть те, кто не в курсе работы этих ребят. В их присутствии умирать страшно. Иначе же воспользуются реликвиями воскрешения и продолжат истязать, покуда не добьются желаемого.

— Появление измененных отразится на предстоящей практике?

— Глава академии не единственный, кто решает судьбу адептов. И советы с обеих сторон Владык вносят свое слово, но все же заключительное остается за ректором. Он предпримет меры безопасности и никогда не допустит столкновения измененных с первокурсниками. Нам не о чем волноваться, — слова Тири были довольно убедительными.

И все же…

— Ты чересчур оптимистична.

— А ты я погляжу еще та пессимистка.

— Нет. Реалистка. А столкновение с измененными грозит нам неминуемой смертью, если ты вдруг не знала, — состроила я кислую мину.

— Тогда тебе стоит в кротчайшие сроки, и я имею в виду день, чтобы обуздать светлый эфир и научиться управлять арканом Сильта, — будничным тоном посоветовала эльфийка.

— Издеваешься, да?

— Нет. Констатирую факты, — улыбнулась та, но явно же издевалась! — А тебе и правда стоит поторопиться. Первая лекция у тебя драконоведения и ведет ее куратор Гольман. Не стоит давать ему лишний повод третировать себя.

— Гольман?

Я метнулась к столу, открыла первый ящик, где отыскала расписание и пробежавшись по предметам, уныло произнесла:

— И почему именно он?

И к слову о драконах. Я так и не пояснила Элаю о своем вмешательстве в его сознание.

Пока Тири наводила красоту, а именно собиралась, я вырвала из конспекта лист бумаги, взяла перо и быстро написала:

«Смиренно прошу прощения, Ваше Светлейшество, но я так и не сообщила вам детали касательно магии сознания, что была вынуждена применить в вашем отношении. Если вы будете так любезны уделить мне минутку, я исправлю эту трагичную оплошность.

Подпись. С почтением, Арэя Вилиас».

Сложила бумагу, прошептала заклинание и выпустила из рук маленькую птицу стремительно исчезнувшую к адресату. А ответ я получила буквально через несколько минут, где значилось:

«Раз ты столь любезно просишь, жду тебя в полдень в своей комнате.

Подпись. С любовью Эларонис Митиан».

Растеряно моргнула, снова прочла записку и откровенно зверея, смяла бумагу, которая в моей ладони истлела в черном пламени. Нравится, значит, всем измываться над темной ведьмой.

Вырвав новый лист, написала следующее:

«Я любезно прошу тебя не подписываться столь опрометчивыми словами. Иначе могу ответить на твою любоф-ф-ф и буду преследовать до конца дней, усугубляя и делая их невыносимыми. В комнату не приду. Встретимся во внутреннем дворике.

Подпись. Ведьма».

Бросив перо на стол, я взяла из шкафа форму, когда послание Элая врезалось прямиком мне в лоб.

Выругавшись, отложила одежду и развернула бумагу.

«Ведьмочка, ты разве не знаешь, что у стен есть уши? Или не прочь, чтобы кто-то узнал, что ты копалась в моем сознании, лежа в моей же постели? И я считал ведьмы не угрожают, а сразу переходят к действиям. Мне ждать от тебя букет цветов?

Подпись. Твой свет».

Записка полыхнула огнем. Я взяла перо и аккуратным почерком вывела.

«А у стен твоей комнаты ушей нет? Я там лежала потому что один болезненный дракон очевидно страдает лунатизмом, а после потерей кратковременной памяти. И это между прочим, было похищение! Благодари богов Альвиоса светлый, что я отличаюсь от привычных тебе темных и сперва угрожаю, в противном случае не видать тебе спасенья. Пришлю букет кактусов. Ядовитых.

Подпись. Твоя тьма».

Шепнула заклинание, бумага уже складывалась в привычную птицу, но я предала ей иную форму. Смерть с косой, за чьей спиной расположились перепончатые крылья.

Но не успела я войти в ванную, как получила ответ в виде черной розы.

«Оригинально. Ведьмочка моя, мы еще с тобой не начали букетно-конфетный период, а ты за мной уже смерть с косой посылаешь. Предлагаешь плюшки с порчей, и угрожаешь ядовитыми кактусами. Скучать мне кажется, не придется. Но не заставляй снова тебя похищать. Или мне прийти к тебе в комнату?

Подпись. Дракон-лунатик».

С губ сорвался смешок, но тут же встрепенувшись и перестав глупо улыбаться, я коротко и без подписи написала:

«Приду после жеребьевки».

Отправила послание птицей и подхватив вещи направилась в ванную, открыла дверь и воровато оглянулась, проверяя не прилетит ли ответ, но увидела лишь притихшую Тири искоса за мной наблюдающую. Из-за этой переписки, я совершенно забыла, что в комнате не одна!