Тайна Третьего мира - Анна Ветер

– Да я тут птичкой летал по деревне. Осматривался... – начал «птах».

– Ну и...

– Увидел там несколько вкусных семян, сел поклевать, а тут мимо меня «Бац!» – шишка. Посмотрел, а это вы с рогатиной. Ну я поскорее и улетел, – выдал на одном дыхании джинн, как солдат, дающий отчет генералу.

– Понятно, – усмехнулась мать.

– Что тебе понятно? – удивился я. – Кто мне все уши прожужжал про любовь к братьям нашим меньшим? Сама-то что творишь?!!

– Ой-ой-ой! Какие мы все умные! – Руки матери уперлись в бока. – Если бы Джураб внимательно смотрел по сторонам, а не только на горсть аппетитных семечек, то наверняка бы заметил, что к нему подкрадывалась котита, и я ее сняла буквально на подлете к твоему ничего не подозревающему пернатому другу!– выпалила «обвиняемая».

– Котита? – переспросил я, и она кивнула.

Котита по повадкам и свойствам характера была похожа на нашу крысу. Жила она в разных местах и питалась всякой мелочью, будь то грызун, птичка или просто брошенная кем-то корка. Морда у нее чуть приплюснута, уши согнуты пополам, как у поросят, а цвет шкуры буро-серый. Ее ловкость и другие навыки охотницы уместно сравнить с кошачьими. Сведя все это воедино, можно было с уверенностью сказать, что птичка-джинн буквально была вышиблена из меню котиты.

– Я действительно ее не видел... – все, что смог сказать Джураб в свое оправдание.

– Ладно, я вас прощаю! – смилостивилась мать. – Пойдемте в дом!

Мы зашли в домик и расположились у стола. Мать ненадолго убежала и вернулась с полными руками всяческой еды. Только после того как мы плотно пообедали, нам наконец было разрешено разговаривать. «Когда я ем, я глух и нем!» – одно из основных правил Миледи, когда она кормит своего сына, то бишь меня. На нее лично подобные правила не распространяются.

– Где отец? – задал я первый вопрос, как только в меня был всунут последний кусок.

– Он вернулся на Фабс еще пару дней назад. Ты разве его не видел?

– Нет, мы с Джурабом гуляли по Третьему миру. Точнее, теперь уже по миру Гукул.

– Гукул? Это еще почему?

– Сейчас расскажем, – пообещал я.

– Да-да. И начните, пожалуйста, с того места, где вы повстречались с Джурабом. Точнее, откуда ты его достал!

– Откуда вы знаете, что он меня достал? – удивился джинн.

– Все просто. Только сидевший где-то далеко ото всего мира джинн мог не знать Миледи Трех миров! К тому же та птица, которую ты изобразил, выглядит нынче совсем не так. Имела неосторожность скреститься с типичиками...

– А еще у матери есть диплом Шерлока Холмса, – пошутил я.

– Верно. А у моего сына диплом шутника-острослова, – спокойно парировала она. – Ну я жду от вас истории, – напомнила она и удобно расположилась на кровати.

– Знаешь, что самое смешное? – начал я, и мать приподняла брови, как бы спрашивая «Что?». – Что лампа, в которой находился Джураб несколько веков, долгое время стояла у кого-то на полочке в этой деревне...

Как ни старался я сделать так, чтобы нам с джинном не пришлось пересказывать этой истории, – все же пришлось.

Мать была хорошим слушателем, и мы наперебой, постоянно дополняя друг друга и подсказывая ускользнувшие моменты, с большим энтузиазмом принялись рассказывать о наших удивительных похождениях.

Закончили мы, когда на улице было уже темно. Миледи спохватилась, что совсем забыла накормить «своих ребят» ужином, и ринулась на местную кухню добывать пищу. Мы же с джинном занялись благоустройством спальных мест.

– Мировая у тебя мать, – неожиданно сказал Джураб, взбивая подушку на своем гамаке.

– Скорее, трехмировая, – кивнул я.

На следующий день сразу после завтрака мы с джинном объявили, что завтра утром улетаем, так как Джурабу надо повидаться со всеми, с кем не успел, и порадовать знакомых своим полным освобождением. К тому же мне не терпелось снова встретиться с Лесиандрой, о чем, конечно, матери я не сказал.

– Мне тоже пора заканчивать свой отпуск и возвращаться, – согласилась с нами мать. – Хорошего помаленьку... Там, наверное, все на ушах сейчас стоят из-за Третьего мира! Ты, когда вернешься, организуй мне дракона, – обратилась она ко мне.

– Конечно. Совету сообщать, что ты скоро прибудешь?

– Обойдутся! Еще не хватало, чтобы они мне встречу организовали.

– Тоже верно. Как там Фильда? – спросил я.

– Что-то давно ее не видела. Как ни зайду, она все отсутствует.

– Наверное, Кеус уже добрался сюда, – хохотнул джинн.

– Наверное, – кивнула мать. – Я бы очень порадовалась, если бы у Фильды появился друг. Кстати, вы к ней зайдете?

Я отрешенно кивнул головой, снова окунувшись в воспоминания о Лесе.

– К Фильде-то пойдем? – пощелкал у меня перед носом пальцами Джураб. – Время у нас вроде есть.

– Вроде или есть? – вернулся я в реальность.

– Целые сутки в запасе!

– Тогда что за вопросы? Конечно, пойдем!

Полдня мы побыли еще в деревне. Джураб смастерил с местной ребятней подобие мышеловки и выловил трех соседских котит, которых гордо продемонстрировал Миледи. Мать посмеялась над ним и с моей подсказки сделала и выдала джинну медаль «Защитнику братьев наших меньших». Джураб ответил, что теперь начнет собирать медали за свои заслуги, а потом непременно откроет музей – «Достояние джинна Джураба, живущего на благо всего живого». Он так воодушевился этой мыслью, что незамедлительно выковал себе табличку с названием музея, на ней были даже часы работы и перерыв на обед!

Время бежит. Мы попрощались с моей матерью и отправились в гости к Фильде. Добравшись до ее роскошной пещеры, мы позвали хозяйку. Змея была дома и очень медленно выползла из своего лаза.

– Фильда, привет! – поздоровались мы.

– Добрый вечер, – почти лениво ответила она.

– Как дела? Что новенького?

– Да что у меня может быть новенького? Так... – У нас вытянулись лица. Неужели Кеус так и не добрался до ненаглядной Фильды? Или, может быть, по дороге сюда его заполучила другая морская красотка?

– Как? Совсем ничего новенького? – не поверил джинн. – Совсем-совсем?

– А что вы так удивлены? Ну разве что прибралась вот немного.

Я огляделся. Уборка заключалась в том, что известная нам куча ненужных предметов перекочевала немного ближе к входу, а поднос или блюдо, как я и советовал, теперь было начищено и висело-блестело на стене, прикрепленное там каким-то образом.

– А для чего ты повесила блюдо на стену? – удивился я.

– Необычно, красиво, стильно, – ответила она.

– Ага, еще скажи, что авангардно, – поддакнул я.