Ириска и Звезда Забвения - Вадим Панов

– Стоять!

Тяжёлые и злые кабаны полностью перегородили проход. На их головы были напялены блестящие медные каски, из-под которых торчали массивные «пятачки». Из-под «пятачков» угрожающе выпирали клыки, а над «пятачками» с трудом угадывались маленькие тёмные глазки. Кабаны выглядели внушительно, но бегущий впереди Уди врезал ближайшей свинье могучей лапой, и та, истошно взвизгнув, подлетела, словно кегля, врезалась в напарника, сбила его с ног, и грозные униформисты покатились вдоль рядов, вызывая недовольные возгласы зрителей.

– Ха, ха, ха! – вскричал Дикий Страус так, словно лично уложил врагов.

Хиша с удовольствием остановился бы да вдоволь посмеялся над поверженными кабанами, но Барсук не позволил другу расслабиться.

– Бежим! – И толкнул его на улицу.

– Куда?!

– В лес! Через лагерь! Скорее!

И они побежали в лес, мимо ярких фургонов, из которых на них удивлённо таращились циркачи.

– Куда вы меня несёте?! – завопила опомнившаяся девочка.

– Хватит орать!

– Помогите!

– Почему? – не понял Дикий, безуспешно пытаясь заткнуть Ириске рот.

– Нас могут заметить! – отрезал Барсук.

– Нас уже заметили! – взвизгнул Страус, едва уклонившись от клацнувшей совсем рядом пасти.

От большой и очень зубастой пасти.

От страшной пасти разъярённого бедозавра.

Услышав вопли поверженных кабанов, два зверя перепрыгнули через ограждение загона и бросились на помощь униформистам. К этому моменту Уди и Хиша уже отбежали от шатра «Четырёх Обезьян» и стремглав неслись через задний двор цирка, где стояли фургоны и вагончики артистов, клетки и загоны зверей. Уди и Хиша бежали быстро, но появление бедозавров – пусть и без наездников – спутало им карты.

– Спасите! – завопил Хиша при виде ящеров.

– Спасите! – завопила Ириска по той же причине. И ещё потому, что её похитили. – Спасите меня от всех!

Страшная пасть вновь оказалась рядом, поэтому Страус, продолжая прижимать к себе девочку, предпринял неожиданный ход: плюхнулся на землю, и опасный, но немного неуклюжий бедозавр промчался мимо, шумно топая толстыми когтистыми лапами.

А Хиша вскочил и побежал в противоположную сторону. Но всё равно к опушке леса.

– Пусти меня! – Извиваясь, Ириска отчаянно пыталась высвободиться из объятий Дикого. – Пусти!

– Не мешай!

– Почему?!

– Ты разве не видишь? – изумился Страус. – Тут бедозавр!

– И что?

– Он меня съест!

– И хорошо!

– Нет!!

Ящер повернулся, отыскал взглядом бегущего Хишу и ринулся наперерез. И не просто ринулся, а помчался, словно выпущенное из пушки ядро, неожиданно быстро оказавшись совсем рядом с перепуганной птицей.

– Уди!!! – завопил Страус.

И красно-синий Барсук не подвел.

На него тоже напал бедозавр, однако Уди не растерялся, а, уклонившись от зубастого ящера, ловко вскочил ему на спину и накинул на голову сдёрнутую с плеч рубашку.

– Ий-у!!

Сначала ослеплённый, потерявший ориентацию бедозавр закрутился на месте, совершенно не понимая, что предпринять, а затем как сумасшедший понёсся вскачь, ломая всё на своём пути и мечтая лишь о том, чтобы избавиться от наглого наездника.

– Ий-ех-уу!!

Ловкий Уди совсем не испугался бешеной скачки. И не растерялся. А увидев, что второй бедозавр мчится за Хишей, ощерив полную клыков пасть, Барсук ухитрился развернуть своего скакуна и направить его на столкновение.

И через секунду после того, как Дикий Страус истошно завопил: «Уди!!!» – зубастые ящеры врезались друг в друга.

Разогнавшиеся, ослеплённые, один – погоней, а второй – чужой рубашкой, они сначала взвыли, потом, рыча, покатились по земле и остановились, лишь сломав вагончик Ушастой Бетти, из которого с визгом вспорхнули летучие мыши, крылоцапы и вопилки. А бедозавры замерли посреди обломков, оглушённые и грязные, с глупым видом озираясь по сторонам.

Барсук же, успевший спрыгнуть с ящера перед самым столкновением, вновь толкнул Дикого:

– Скорее!

И беглецы припустили дальше.

– Только не смотри назад! – напомнил Страус.

– Ага.

Хиша не знал, что за странные фиолетовые лучи освещают поляну, но подозревал, что ничего хорошего они не сулят, вот и умолял друга вести себя осторожнее.

– Закрой глаза девчонке! – прорычал Уди.

– Ох!

Дикий вдруг понял, что не позаботился о схваченной фее, и обругал себя так, как давно себя не ругал.

– Закрыл?

– Да!

– Мне страшно! – пролепетала Ириска, на лицо которой легли жёсткие перья страусиного крыла.

– Сейчас, сейчас…

Беглецы углубились в лес, и лишь когда позади осталось достаточно много кустов и деревьев, Хиша позволил им остановиться на короткий отдых.

– Здесь!

Барсук кивнул, упёрся передними лапами в колени и принялся шумно дышать.

Страус тоже кивнул, после чего снял девочку с плеча, поставил её на пенёк, дружелюбно потрепал по разлохматившимся волосам и осведомился:

– Ты почему не защищалась?

– Извините? – не поняла Ириска.

Ей было страшно и непонятно, её потрясло внезапное появление невиданных зверей, похищение и стремительное бегство в тёмный лес. Трясясь на плече Дикого Страуса, девочка видела и покатившихся вдоль зрительских рядов кабанов, и столкнувшихся бедозавров, один из которых явно собирался её съесть, и почти поверила, что спасения не будет. Она готовилась разрыдаться в голос, но неожиданный вопрос заставил Ириску удивлённо хлопнуть ресницами:

– Что я не сделала?

– Не кричи, нас могут услышать. – Страус нервно огляделся. – Мы всё ещё слишком близко от цирка.

– Если нас услышат, то меня спасут?

– От чего? – не понял Хиша.

– От тебя. – Ириска топнула ногой. – Зачем ты меня похитил?

– Я тебя спас, – растерялся Дикий.

А его друг, невиданных размеров барсук, который уже успел отдышаться после схватки с кабанами и бедозаврами, выразительно покрутил когтем у виска, показывая девочке, как сильно она ошибается. После чего принялся сосредоточенно надевать мятую рубашку.

И, наверное, именно этот жест именно этого зверя – наряженного в красно-синее барсука – успокоил Ириску. Она почувствовала… Не поняла, а именно почувствовала, как чувствовала будущих подружек в новой школе, что рядом с ней друзья. Что ни страус, ни барсук не сделают ей ничего дурного.