Падение небес - Дмитрий Казаков

– Думаешь, кто-то из них достигал Алиона? – спросил Олен.

– Почему нет? – с вызовом бросила Саттия. – Думаешь, ты один такой особенный, смог перебраться из одного мира в другой?

Обида заставила Рендалла заскрипеть зубами, но он сдержался, не сказал ничего в ответ.

– Да, если вспомнить Безария Основателя, что привел людей в Алион… – продолжал рассуждать вслух Бенеш. – Ведь они шли за ним, как стадо за пастухом… А он сам… вполне мог быть йоварингару… Его появление в нашем мире вызвало разрушение… падение равновесия, да… Только он не жил долго.

Беседа гнома с Ареком Дубом закончилась взрывом хохота, после чего Гундихар заковылял к входной двери. Исчез за ней, и вскоре из-за окна донеслась исполняемая в полный голос песня.

– Ну и орет, – заметил Олен, потянулся к кувшину и с удивлением обнаружил, что тот пуст. – Да он все выхлебал! Вот борода!

– Я тоже пойду, да, – Бенеш наконец сообразил, что он тут третий лишний, или и в самом деле захотел спать.

Грохнул отодвинутый стул, прозвучали, удаляясь, шаги, и они остались вдвоем. Девушка сделала вид, что ее очень интересует выцарапанный на столешнице непотребный рисунок, а Рендалл собрался с духом и заговорил.

– Саттия, я хотел сказать… – слова застряли в горле. – Не было времени… На самом деле я очень рад тебя видеть, я по тебе соскучился.

– Да? – Она одарила собеседника ироничным взглядом. – По тебе не скажешь. Наверняка всех девок перещупал в этом… как его?.. Вейхорне.

Обида второй раз кольнула сердце.

– Ни одной не тронул. – Олену вспомнилась Хельга, ее горячечный шепот во тьме, Алинэ с волосами цвета огня и глазами, словно полными светящейся воды. – Если не веришь, могу поклясться.

– Ваши мужские клятвы ничего не стоят, – уверенно заявила Саттия. – Так что не трудись.

– Так ты что, мне не веришь?

– Не то чтобы совсем не верю… – девушка повела плечиками.

– Понятно. – Вот тут он не сдержался и выплеснул накопившуюся злость: – Это все потому, что ты сама подцепила этого сельтаро. Оно и верно, куда мне до него, до чистокровного эльфа! Не прошло и нескольких месяцев! А я ждал нашей встречи, надеялся…

Синие глаза Саттии гневно блеснули.

– Ждал? Надеялся? – почти выкрикнула она. – Эти байки будешь рассказывать очередной подружке на сеновале! Чего же ты тогда вчера стоял как истукан, когда меня увидел? Или рассчитывал никогда больше не встретиться?

– Послушай, я…

Но слова эти пропали зря.

– А я думала о тебе, вспоминала! – продолжала бушевать девушка. – На этом проклятом острове! Чуть не плакала, когда считала, что ты погиб! И в глубине души верила, что ты жив! И зачем? Ради чего, корни и листья? Дура набитая! Ты прав, этот сельтаро намного лучше тебя!

Спавший на лавке Рыжий поднял голову, негромко мяукнул и удивленно заморгал золотистыми глазами.

– Так что оставайся тут со своим зверем! – распалившаяся Саттия вскочила и, гордо задрав нос, зашагала прочь.

– Мяу? – оцилан встал, потянулся, выгнув спину, и сочувственно толкнул Рендалла лбом в бок.

– Вот зараза, а? – сказал Олен, чувствуя, что сердце колотится, как бешеное, а дышать тяжело. – Что она со мной делает? Вот у вас наверняка просто: встретились, потом разбежались, и никаких хлопот. Ведь так?

Он погладил Рыжего, и тот с готовностью заурчал, подставил живот для чесания.

Входная дверь грохнула, и в «Дубовый лист» ввалился Гундихар, такой мокрый, будто справлял малую нужду против настоящего урагана.

– Там бочка была… – объяснил он, осоловело моргая. – Я слегка сполоснулся… Что, еще выпьем?

Олен подумал, и кивнул.

Арек Дуб нацедил очередной кувшин пива, гном взял его и заковылял к столу.

– Давай кружку, клянусь брюхом Аркуда! – Тут сквозь пелену хмельного тумана до Гундихара дошло, что с его собутыльником не все в порядке. – Что-то ты кисловат, дружище. Девица тебя отшила?

– Ну… да, – неохотно подтвердил Рендалл. – Вот объясни, почему она так со мной поступает, а?

– О, женщины, это такой интересный предмет. Они либо есть, либо их сразу нет, – не очень внятно объяснил гном. – Для того, чтобы о них беседовать, надо выпить. Давай махнем по одной, а потом я тебе все подробно объясню. Гундихар фа-Горин, ха-ха, на отлично разбирается во всяких бабских штучках…

Олен вздохнул тяжело, словно обреченный на казнь, и подвинул кружку к собеседнику.

Вечер обещал быть долгим.