Падение небес - Дмитрий Казаков

Со стен и башен донеслись ликующие крики, налетевший ветер развернул полоскавшееся над донжоном знамя барона – золотисто-алое, с четырьмя черными львиными головами.

– Радуются, проклятые, – сказал тал-Долланд. – Но ничего, сила Господина сокрушит всех врагов…

И глаза его фанатично сверкнули.

«Сокрушит обязательно, – подумал фа-Тарин, – только мы все при этом погибнем, скорее всего».

– Я к Равиду на военный совет, – сказал он, зная, что сейчас, как и после прежних неудач, полководец соберет тысячников, чтобы обсудить положение. – А ты проследи, чтобы все было как положено.

В отсутствие тысячника его заменяет именно командир первой сотни.

Эльф кивнул, и Ларин фа-Тарин в сопровождении парочки гонцов зашагал к шатру Равида. Увидел, что туда же со всех сторон двигаются предводители других тысяч, а вскоре столкнулся с одним из них, Ворт-Ласом, гоблином родом из Милеса.

– Опять нам врезали, – угрюмо сказал тот фа-Тарину. – Может быть, попытаться с воды их взять? Лодки построить, плоты… Как думаешь? Моих сегодня погибло страсть, чуть ли не половина. Это же ужас, как думаешь?

Ворт-Лас был толковым и дельным командиром тысячи, но обладал одним недостатком – любил поговорить. Гном знал, что его участия в беседе не требуется, поэтому просто кивал время от времени, не особо вслушиваясь в болтовню соратника.

Равид из Касти встретил их у входа в свой шатер, большой, из плотной багровой ткани:

– Вы первые.

Был командир войска Господина высок и светловолос, глубоко посаженные глаза казались темными, и нелепо смотрелся на лице очень маленький нос. Когда-то Равид был наемником, много времени провел, переходя от одного правителя к другому, и только пять лет назад нашел того, кому согласился служить до конца жизни.

И им оказался Господин.

– Мы не стали ждать приглашения, – ответил фа-Тарин, и тут за его спиной прозвучал полный изумления крик.

– Что… – Равид из Касти глянул вверх, удивленно вытаращил глаза, и стало видно, что они на самом деле голубые.

Ворт-Лас открыл рот, собираясь что-то сказать, а фа-Тарин поспешно обернулся.

По небу плыли большие облака, напоминавшие горы взбитых сливок. Между ними висело солнце, почти по-летнему теплое и яркое. А вот на востоке, над лесом, виднелась багрово-синяя туча, и эта туча приближалась. Метались в ее толще черные тени, похожие на птиц…

Но тут фа-Тарин оценил, какого они должны быть размера, и по спине его побежал холодок.

– Что это? Что это такое, во имя Господина? – забормотал Ворт-Лас. – Как вы думаете, что это?

– Пока не знаю, – ответил Равид из Касти, – но предполагать стоит худшее… – Он повысил голос: – Троих пленников ко мне!

С пленниками в войске Тринадцатого обходились очень бережно. Их лечили, кормили, а также рассказывали об истинном боге, о том, что дарует он своим верным последователям. Водили на молебны, на жертвоприношения, чтобы норцийцы видели чудеса, творимые силой Господина.

Новообращенных отпускали на все четыре стороны, тех, кто хотел, оставляли при войске – должен же кто-то копать ямы для сортиров, заваливать рвы, рубить дрова, делать прочую грязную работу?

Тех же, кто упорствовал в ложной вере, использовали в качестве жертв.

– Мигом будут, – ответил бородатый сотник, командовавший личной сотней Равида, и побежал куда-то за шатер.

Туча приблизилась, стало понятно, что тени внутри нее мало напоминают птиц.

– Помилуй нас, Сокрытый… – прошептал фа-Тарин, разглядев существо, похожее на рака, но прозрачное, и со стрекозиными крыльями размахом в сотню локтей. – Что это за твари? Неужели придется сражаться и с ними?

Сам того не замечая, он тискал рукоять боевого топора.

Уже все в лагере заметили странное явление. Кто-то замер от удивления и страха, кто-то упал на колени и начал читать молитвы. Со стен замка тоже глазели вверх, забыв о собственной победе, тыкали пальцами. Самые отчаянные натягивали луки, готовясь стрелять.

Бородатый сотник вернулся, шестеро воинов приволокли троих пленников со связанными за спиной руками.

– Приготовить алтарь, – приказал Равид из Касти. – Если что, призовем силу Господина. Он защитит нас.

К шатру потихоньку сходились другие тысячники.

Туча опустилась ниже, к самым вершинам деревьев. Достигнув опушки, она замерла. Заключенные в ее толще существа закружились, заметались туда-сюда, точно мошкара в солнечный день. Стали слышны хлопки множества крыльев, рычание, свист и рев.

Все звуки перекрыл громкий треск. На опушке зашатались и рухнули две огромные сосны, полетели сломанные ветви. А из прорехи в стене леса вышло существо, похожее на человека, но в тридцать локтей ростом, с тремя парами рук и антрацитовой чешуей вместо кожи.

Рядом с ним появилось нечто напоминавшее кита, но на бычьих ногах и с гребнем на спине. За их спинами завозилось еще что-то, плохо различимое, но похожее на клубок черных нитей размером с дом.

– Пятой, четвертой, третьей и шестой тысячам – развернуться строем на восток! – скомандовал Равид из Касти. – Лучники всех сотен – во вторую линию, конница – готовность!

Все верно, лучше приготовиться к отражению возможной атаки, но при этом часть сил отрядить для того, чтобы следить за оставшимся в замке гарнизоном ари Курга. Если нападения не последует, то тем лучше…

Забегали тысячники, зазвучали команды, от места, где стояли всадники, донеслось испуганное конское ржание. Ларин фа-Тарин, чьи воины находились на западном фланге и сейчас оказались в тылу, остался на месте. Тал-Долланд сам поймет, что творится, и обойдется без командира.

А тот останется тут, и посмотрит, что будет дальше.

– Сами мы в атаку не полезем, – процедил Равид из Касти, и голос его прозвучал тревожно, – но если они сунутся… Но кто это такие, вразуми меня Господин, и откуда они взялись?

Чудовищный хоровод в небесах распался, из него вылетело одно существо и, неспешно размахивая радужными крыльями, двинулось в сторону войска Господина. Лучники нацелили стрелы вверх, заскрипели натягиваемые тетивы, но Равид из Касти крикнул:

– Не стрелять!

Существо, приближавшееся к ним, напоминало очень большого сома, сумевшего вырастить на брюхе многочисленные короткие ножки. Темная кожа его лоснилась, глаза смотрели осмысленно и злобно, над верхней губой свисали усы, а с хвоста капала белая слизь.

Фа-Тарин увидел, что там, где она падает, начинает подниматься дымок.

Воины, над которыми пролетало чудовище, поспешно разбегались, чтобы ядовитые капли не попали на них.

– Вразуми меня, Господин, – повторил Равид из Касти, и бросил быстрый взгляд на фа-Тарина. – В случае моей гибели вы все знаете, что делать.