Время перемен. Воплощенные - Наталья Бульба

Не знаю, что такого было в словах ансаира, только взгляд Лимео не обещал ему ничего хорошего. Холодный такой взгляд, запоминающийся.

– Мне показалось, или нам стоит поторопиться? – демонстративно язвительно протянула я в надежде, что мой тон сработает.

То ли мне повезло, то ли все было не так страшно, как казалось, но оба нахохлившихся петуха расслабились, а Лимео вроде как и согласился с предложением ансаира.

Вот только почему-то эта сцена и мелькнувший между деревьев парой секунд позже огонек напомнили мне про записку, которую передал Тистар.

Интересно, если бы я не получила ее, вздумала бы отправиться за хортом или нет?

Маркирер

Еще одна ночь позади!

Я потянулся, рывком скидывая тело с лежанки. Кровь бурлила в жилах, требовала действия. Чтобы пела сталь, чтобы лезвие ловило солнце на вязь вплетенных в тело клинка заклинаний, чтобы каждый миг, как необузданный танец, на грани между жизнью и смертью.

Или… Осторожно, чтобы не испугать, коснуться пальцами ее юного, желанного тела. Тронуть груди, властно прижать к себе, чувствуя, как трепещет ее сердечко…

– Приведи мне девку! – хрипло прорычал я Хартишу, который тихо стоял у меня за спиной.

– Снова девку! – пробурчал недовольно старый пройдоха. – А если опять дитя? А если прознают, кто свое семя оставил? Вечно под страхом.

Прав он был, но сейчас не об этом хотелось думать. Плоть требовала своего, и хорошо, что без обычной ослепляющей ярости.

Когда женщина ушла (Хартиш подобрал сильную, выносливую), я, отказавшись от трапезы, отправился на тренировочный плац.

Угадал – Джаред и Веран гоняли Тая. Деревянный меч тот держал довольно уверенно, чувствовалось, что с ним и раньше занимались, но была в нем настораживающая неуклюжесть.

Или я просто хотел ее увидеть?!

– Он ее не узнал.

Я не обернулся к Киму, но в глазах полыхнуло.

Тот хмыкнул, догадался, как я могу воспринять его слова:

– Не уследили. Один из новичков поранился, лекарь отправил Леду, ну и столкнулись.

– Не узнал или сделал вид?

– Посмотрел с любопытством, да и только.

Как же мне объяснить тебе, Леда, почему от брата придется избавиться?!

Не думал я, что решение может быть настолько тяжелым.

– Самахи не помнят крови, чтут только господина, – откликаясь на мои мысли, ровно произнес Ким. Но лишь потому ровно, что его эмоции мне были не нужны.

– Прикажи отправить вестника Виджару.

Тот ничего не ответил, тихо исчез. А я продолжал смотреть на мальчишку, чей отец оказался более жестоким, чем я или Сомей. Уж на что молва делала из нас тварей, но мы даже мысли не допускали сотворить такое со своими детьми.

А мальчишка продолжал пытаться отразить удары моих телохранителей. Получалось редко, но каждый раз, когда такое случалось, мне казалось, что до этого он сдерживал свою сущность. За внешней неуклюжестью виделись ловкость и умение. И это тоже указывало на самаха. За пару лет лишенное всех потребностей тело само становилось устремленным к единственной цели – убивать.

Осознав, что чем дольше я здесь нахожусь, тем мрачнее становятся мои думы, я отправился обратно в джейсин. Ждать Виджара.

Тот появился уже после полудня, я едва не забыл, что хотел его видеть. Причем не один. Давно я не встречал Сомея в своей крепости.

– Все девок пользуешь? – злобно прорычал он, словно догадавшись, как именно я провел утро.

Но это был его обычный тон, да и фраза за сотни лунаров успела стать привычной.

– Я тебя вроде как не звал, – столь же недружелюбно ответил я, но указал на кресло.

Вот только он моим приглашением не воспользовался, прошел мимо, бросив быстрый взгляд на заваленный бумагами стол, и вышел на балкон.

Виджар после моего кивка последовал за ним. Я шел последним, успев по пути активировать защитный амулет. Ничего, что могло бы их заинтересовать, на столе не было, но оба заметят мою предосторожность.

Мелочь, но из таких мелочей и складывается молва.

– Про девчонку нимеры уже знаешь?

Я промолчал. Это тоже была часть моего образа – я не любил глупые вопросы.

Виджар посчитал, что пора вставить и свою реплику, а не то мы оба быстро озвереем, тогда разговора точно не получится:

– Это хорошее время, чтобы ударить первыми. Самые опытные воины трех кланов заняты поисками, да и Самар’Ин до конца не восстановлен.

Похоже, Виджар сдержал слово. О том, чья именно это затея, Сомей не знал, иначе не пришел бы сюда с этим предложением, а поднял бы всех своих, чтобы перехватить мою добычу.

Ох не прост юный князь, совсем не прост. И ведь свою выгоду в этом имеет. Не будь так, не согласился бы свои отряды на земли воплощенных отправить. А тут ловко получается: и сына ко мне пристроил, и вроде как за жизнь выродка услугу оказывает, но исподволь продолжает с Сомеем стравливать. Уверен ведь, что я откажусь.

– Мы не готовы к большой войне, – жестко отрезал я, давая понять, что мое мнение не изменилось.

– Это ты не готов?! – взвился Сомей с перекошенным от гнева лицом. – Мои смотрящие со счета сбились, пересчитывая твоих новичков. – Или против нас воинов выставишь?

Я, не скрываясь, усмехнулся. Виджар невольно вздрогнул, когда Сомей заикнулся про смотрящих. Получил уже мой подарок, оценил, что не стоит дергать за хвост пусть и старого, но все еще опасного кугуара.

– Мы решили ударить осенью, – напомнил я. – К этому я и готовлюсь. Пока не буду уверен в нашей победе, не выступлю.

Сомей был готов кинуться, глаза остекленели, на губах выступила пена, но Виджар, предвидя, чем это закончится, встал между нами:

– Это твое окончательное решение?

Было в его словах то, что мне не понравилось. Он не для воздушного спрашивал, для себя.

Вместо того чтобы ответить, я решил его слегка припугнуть. Так, чуть-чуть, чтобы занять чем-нибудь на те несколько дней, нужных мне для завершения плана.

– Свое окончательное решение я сообщу, когда найду Кассире и того, кто помог ей скрыться.

– Зачем тебе бывшая нимера? – заинтересовался Сомей, мгновенно растратив весь свой пыл.

Еще один пройдоха вроде моего слуги. Никто не понимает, как он продержался столько сотен лунаров, вечно ослепленный своей яростью.

Я тоже долго задавался этим вопросом. Нашел ответ, когда Демайя так и не вернулась ко мне, предпочтя остаться с ним. Будь он таким, как все думали, этого бы не произошло.

Это не отменяло его зверств, моих, кстати, тоже, но заставляло задуматься. Нас связывало проклятие, однако каждый искал способ выживать в одиночку.