Подруга для мага - Вера Чиркова

А потом началась суматоха.

Замелькали туманные овалы порталов, побежали выращенные созидателями огромные водянистые пауки, собирая пленников, мощный смерч вымел из соседних помещений засевших там дроу и как мусор вышвырнул на улицу. Магистры плато больше не экономили резервы.

Я не принимал в этом яростном разгуле никакого участия. Торопливо создав портал в подвал, первым делом проверил карцер и клетки и, обнаружив в них только двоих изможденных мальчишек лет десяти, отвел оборотней в свой дворец.

Чтобы тут же вернуться назад.

Не снимая невидимости, я помчался из подвала вверх по лестницам, проверяя все встречающиеся на пути помещения и щедро разбрасывая направо и налево подчинение. А следом — приказ бежать к воротам. И все обитатели поместья побежали, обгоняя меня и ныряя в хорошо известные только им запутанные проходы и галереи.

С громким грохотом что-то обрушилось наверху, и этот удар потряс все здание, но меня не остановил. Наоборот, заставил прибавить скорости. Я знал то, чего не сказал никому, чтоб не выдать своих намерений. От моего особого заклинания рассыплется песчаник, из которого сложены стены, превратится в труху дерево полов и перекрытий. Но это заклятие не сможет причинить никакого вреда обычной бумаге. И разумеется, останется невредимым весь металл, его вообще очень трудно уничтожать без магии огня или воды.

Но мне необходимы были именно бумаги, еще в прошлый раз я успел рассмотреть в караулке несколько инструкций и записок с указаниями. Если удастся найти хоть одну, написанную рукой Маргента, тайная полиция вместе с магистрами Гуранда сумеют доказать его причастность к зверскому обращению с оборотнями.

На втором этаже продвигаться стало труднее, в дубовом паркете изредка виднелись медленно расширяющиеся дыры, а в одном месте провалился уже целый кусок пола, и мне пришлось перебираться с помощью воздушной лианы.

Чем дальше я шел, тем больше встречалось таких мест, а возле ведущей на верхний этаж лестницы, ставшей дырявой, как рубаха бродяги, пришлось кастовать воздушную площадку и закрывать ею исчезнувшие ступени. К этому времени я точно знал, в каком направлении двигаться, поисковички обнаружили в одной из комнат несколько сундучков со свитками и письмами.

И мне оставалось лишь пересечь несколько небольших залов третьего этажа, как впереди рухнуло сразу три стены, утащив вниз все, что было в комнатах. А следом сверху посыпались чудом державшиеся на остатках стен кучки черепицы, железных решеток, отливов и флюгеров.

Как я устоял на проседающем куске пола, было непонятно, но, спешно создав воздушную площадку пошире, осознал, что, если я сейчас не найду способа достать сундуки, потом придется тратить на разборку песка и трухи целый день. И хорошо, если один.

Никого из слуг и магов поблизости давно не было, все сбежали еще в тот момент, когда рухнула крыша, и я решительно сбросил невидимость и выпустил свою шкуру.

Кастовать воздушные заклинания сразу стало легче, да и намного удобнее когтями держаться за тающие куски стен. Не тронутого развеиванием дерева вокруг оставалось еще немало, и вскоре ажурный мостик, сплетенный наполовину из воздушных лиан, наполовину из прутиков, повис над пропастью руин, начинаясь от моих ног и кончаясь возле истончающихся колонн, на которых еще держалась нужная мне комната. Снизу мостик освещали сияющие сквозь дыры в полу второго этажа светильники аренного зала, сверху сияли еще бледные звезды.

Проклятая пентаграмма, мне почему-то казалось, что уже глубокая ночь. Я шагнул на свой мостик, убедился, что он много надежнее, чем рушащиеся перекрытия, и почти побежал вперед, подводя свое сооружение прямо под тающий пол комнаты, где еще боролись с развеиванием остатки зачарованных сундуков. А потом раскинул снизу ловчую магическую сеть, созданную с таким расчетом, чтоб труха просыпалась, а бумага оставалась. Провел ее в расширяющуюся дыру, зацепил разваливающиеся сундуки и потащил к себе, не переставая продвигаться вперед. Сеть двигалась очень тяжело, и я долго не мог понять почему, но отпускать ее вовсе не собирался. И только когда окончательно осыпался проеденный развеиванием кусок пола, понял, почему эта комната простояла дольше других. Сундуки были приклепаны к некогда вмурованной в стену металлической решетке. Видимо, так Ратилос позаботился об их сохранности.

— Иридос! — громкий голос Лангориса раздался над руинами, заглушая шорох осыпающегося песка и громыхание падающих вниз стекол, оружия и утвари.

— Тут я. — Не отозваться, когда зовет учитель, мне не позволила выработанная годами привычка.

— Что делаешь? — Он возник неподалеку, сидя верхом на длинном, светло-зеленом ростке, толщиной с бревно, явно выращенном секунду назад.

— Тащу сундуки, — лишь мельком скосив на учителя глаза, отозвался я, наконец-то полностью опутав несколькими слоями сети остатки рассыпавшихся сундуков вместе с вываливающимся содержимым.

— Куда? — так подозрительно поинтересовался магистр, что я невольно задумался.

До этого я твердо намеревался тащить свою добычу во дворец, но теперь сообразил, что заклинание развеивания лучше не приносить в магически созданные здания. Оно не имеет четких границ и вполне может обрадовать меня дырами в полу.

Вокруг нас рухнуло еще несколько стен, и побег, на котором сидел учитель, резко дернулся от толчка.

— Тащи на плато, — закричал Лангорис и исчез в тумане портала.

Я почувствовал, что мой мостик тоже задрожал и начал заваливаться набок, дернул к себе сети и, почти падая, нажал камни браслета.