Его чужая жена - Екатерина Каблукова

— Итак, мистер Чакред, — начала виконтесса Сен-Клер, стараясь выглядеть слегка смущенной, как и положено благопристойной женщине. — Право, мне очень неловко говорить об этом, но вы попали в число тех, кто стал жертвой слухов, распускаемых моим ныне покойным мужем…

— Слухов? — переспросил ловчий.

— Увы… — Руперт, поняв, какую игру затеяла Дениза, моментально подхватил. — Тони был дурно воспитан, к тому же много пил.

— Но зачем виконту распускать слухи о собственной жене?

— Потому что тогда он мог бы подать в суд за измену жены и потребовать с меня компенсацию, — хмыкнул лорд Сен-Клер. — Он пригласил меня сюда якобы попросить совета и сразу же начал распускать сплетни обо мне и леди Сен-Клер.

— И вы хотите сказать… — Чакред окончательно растерялся.

Эти двое вели себя слишком спокойно. К тому же, со слов фермеров, Энтони Сен-Клер действительно много пил и имел скандальный и вздорный характер.

Да и вряд ли благовоспитанная молодая женщина могла так быстро придумать подобную историю.

— Я хочу сказать, что Энтони поступил очень дурно, — подтвердила Дениза, слегка опуская голову, точно ей было стыдно за поведение мужа, а на самом деле — чтобы скрыть тревогу в глазах.

Чакред молча рассматривал юную вдову. Следовало признать, Дениза Сен-Клер была из тех женщин, ради которых совершаются убийства.

Ловчий достаточно много видел их: невысокие, со скорбной складкой у рта и длинными ресницами, прикрывавшими огромные глаза. На какой-то момент Чакреду стало даже жаль лорда Сен-Клера, попавшего в сети.

Ловчий перевел взгляд на подозреваемого. С обманчивой расслабленностью хищника Руперт все еще стоял у камина. Чакред не сомневался, что лорд Сен-Клер будет действовать молниеносно.

— Скажите, ваша милость, — вдруг спросил ловчий, — почему вы просто не уехали, чтобы избежать обвинений?

— Не успел. — Руперт как можно более небрежно пожал плечами. — К тому же я до конца не верил в коварство со стороны ближайшего родственника.

— На мой взгляд, у вас было достаточно времени. — Голос Чакреда стал жестче, от него не укрылось едва заметное колебание Сен-Клера перед ответом.

Руперт скрипнул зубами. Ловчий начинал раздражать, и в любое другое время он бы просто вышвырнул его прочь. Но сейчас подобное поведение могло сулить новые неприятности как самому Руперту, так и Денизе.

— Лорд Сен-Клер просто надеялся купить лошадь. — Виконтесса улыбнулась.

— Лошадь?! — опешил ловчий.

Руперт бросил на девушку быстрый взгляд.

— Ах да, действительно, — усмехнулся он. — Я и запамятовал!

— Какую лошадь? — Подозревая, что над ним насмехаются, ловчий повернулся к девушке.

— Кажется, серую, — лениво отозвался Руперт. — Или вороную… Дениза, какую именно лошадь я собирался купить?

— Серую в яблоках, — пояснила девушка. — Это как раз та лошадь, про которую я вам говорила. Руперту понравилась моя кобыла, и он даже завел разговор о ее покупке, после чего муж продал ее Граффалдам.

— Зачем виконту продавать лошадь? — Чакред окончательно потерялся в разговоре.

— Потому что ему нужны были деньги? — почти весело предположил Руперт.

— Хотите сказать, у виконта были долги?

— Еще какие! — Руперт все-таки присел в кресло. — Между нами — через месяц его ждало банкротство.

— Вы в этом уверены? — нахмурился ловчий.

— Да, я полдня провел с поверенным нашей семьи. — Руперт позволил себе устало откинуться на спинку. — По правде сказать, я и не знал, что все настолько плохо.

— Руперт… — Дениза встревоженно посмотрела на него.

Лорд Сен-Клер улыбнулся:

— Видите, своими разговорами мы взволновали миледи. Дениза, не переживайте, уверяю, все еще поправимо. Чакред, мы поговорим обо всем позже, берите сандвич!

Инспектор повиновался. Лакей, закончив расставлять чашки на столе, поклонился и собирался выйти, но его окликнул Руперт:

— Томас, передай, пожалуйста, моей матери леди Сен-Клер и его светлости, что мы в гостиной с мистером Чакредом.

— Его светлости? — насторожился ловчий. — Вы говорите про…

— Герцога Каррингтона. Правда, сам он предпочитает, чтобы друзья называли его сэром Артуром. — Сен-Клер с интересом заметил, что руки ловчего начали подрагивать.

— Я думал, его светлость уехал в Реддинг, — пробормотал Чакред.

— Нет. Его светлости нравится жить в Клер-холле. Романтика полуразрушенного дома напоминает ему военные походы на континенте и славные победы нашей армии.

Ловчий стиснул зубы. Присутствие главнокомандующего в доме грозило обернуться крупными неприятностями. Чакред уже пожалел, что ввязался в это дело.

— Вы хотите узнать еще что-нибудь? — вежливо уточнил Руперт.

— Нет! — Ловчий дернулся и расплескал чай на блюдце. — Вернее, да.

Он решительно отставил чашку.

— Простите мне мою назойливость, ваша милость, но почему вы приехали на бал с кузеном мужа?

— Потому что боялась испортить платье. — Дениза даже пожалела ловчего. — Тони ехал на олдсмобиле. Он всегда гонял как сумасшедший, и бальное платье оказалось бы безнадежно испорчено.

— И все? — вырвалось у Чакреда.

— На самом деле виконтесса обещала мне защиту от назойливых девиц и их мамаш, — фыркнул Руперт, заметив огонек растерянности в глазах девушки.

— Защиту?

— Чакред, похоже, только вы не знаете, что я — желанная добыча для юных девиц. Лет десять на меня идет охота на всех балах, — насмешливо протянул Сен-Клер. — Признаться, я в том возрасте, когда это уже утомляет.

Ловчий окончательно растерялся. Все пошло не по плану, и теперь он судорожно размышлял, как это отразится на его карьере. Словно в ответ на эти мысли, в комнату вошел герцог Каррингтон собственной персоной.

— Руперт, я вас везде ищу, — с укором произнес Железный Герцог, мимоходом взглянув на полного мужчину в плохо сшитом клетчатом костюме, вскочившего и невольно вытянувшегося по струнке. — Я не знал, что у вас визитер.

— О, это ловчий с Боул-стрит, сэр Артур, — хмыкнул Руперт.

— С Боул-стрит? — Герцог еще раз смерил мужчину взглядом, от которого у того побежали мурашки по коже. — С чего это вдруг Боул-стрит присылает сюда ловчего?

— Лорд Ворт обеспокоен, не скажется ли смерть моего кузена на продажах олдсмобилей, — вежливо пояснил лорд Сен-Клер.

— Старый скупердяй! Не мне тебе рассказывать, сколько он нажил на финансовых махинациях с облигациями в то время, когда мы ночевали в крестьянских лачугах, воюя с Узурпатором! — проворчал герцог, присаживаясь в кресло. — Как, вы говорите, ваша фамилия?