Дядя самых честных правил 2 - Александр Горбов

— Мне кажется, — Александра наклонила голову, — не хватает ленты на талии.

— Пояс, — возразила Настасья Филипповна, — лучше будет пояс. Такой, с вышивкой.

— А мне больше лента нравится, — Таня поправила складки на платье, — воздушнее получится.

— Широкий ремешок с пряжкой, — хмыкнула Диего, — чтобы подчеркнуть…

Я вошёл в комнату и кашлянул в кулак:

— Кхм…

Все обернулись и посмотрели на меня чуть-чуть с раздражением. Хожу, видите ли, отвлекаю от важного.

— Что-то случилось, Костя? — спросила Марья Алексевна.

— Нет, всё в порядке. Заберу у вас на время Александру и Татьяну.

Видя, что вся компания недовольно поджимает губы, я решил сразу пресечь возражения.

— Часа на два, у девушек сейчас урок по Знакам.

Для выразительности я слегка нахмурился. Ученицы даже не пискнули — подобрали юбки и рысцой поспешили к двери. Оставшиеся спорить не решились: влезать в учебный процесс себе дороже, знают уже.

— Дамы, — я поклонился и тоже вышел из комнаты.

Но не удержался и заглянул обратно:

— На мой вкус, ленты будут изящнее смотреться.

Диего, княгиня и Настасья Филипповна возмущённо обернулись, но я уже исчез.

— Костя, ну хоть ты не влезай! — донёсся до меня крик Марьи Алексевны.

Я усмехнулся и пошёл за ученицами.

* * *

Александра и Таня ждали меня у лестницы на второй этаж.

— Сегодня у нас занятие на свежем воздухе. Накиньте что-нибудь потеплее, там прохладно.

Девицы бросились в прихожую одеваться. Но повёл я их не на парадное крыльцо, а к выходу на задний двор. Мы прошли по аллее вокруг озера, обогнули кусты сирени и очутились на самом краю парка. Дальше лежал большой луг, по которому осенью только в сапогах ходить.

— Итак, — я окинул взглядом учениц, — вопрос первый: что с печью в мастерских?

— Почти готово, Константин Платонович, — откликнулась Александра. — Мы хотели ещё раз проверить Печати и звать вас.

Я кивнул — отлично, значит, после свадьбы этим и займёмся.

— Вопрос второй, сударыни. Что вы собираетесь дарить молодожёнам?

Обе девушки смутились и начали что-то мямлить. Похоже, увлёкшись нарядами, они совершенно об этом забыли.

— Нехорошо, совсем нехорошо, — я покачал головой. — Скажите спасибо, что об этом подумал я. От вас двоих будет особенный подарок — магический фейерверк. Совместим, так сказать, вашу практику с пользой. Внимательно смотрим на меня и запоминаем.

Я развернулся к ним спиной, вытащил из кобуры small wand и принялся чертить в воздухе связку Знаков. Такую штуку, хоть и достаточно простую, не найти ни в одном справочнике по магии. Это я её “выдумал”, подглядев эфирный рисунок у собственного Таланта. Законный повод для гордости: новая связка Знаков — это практически готовая магистерская диссертация.

Законченный рисунок вспыхнул и выстрелил в небо струями фейерверка, взорвавшись над головой куполом из красных искр.

— Всё понятно?

Александра и Таня часто закивали.

— Тогда вперёд, пробуйте.

Они вооружились “близнецами” small wand’ами и начали рисовать. Рыжая справилась первой, запустив в тёмные небеса красные “цветы”.

— Отлично!

Таня провозилась ещё две минуты, выписывая загогулины. Бух! Огненные искры рассыпались и над ней.

— Повторите ещё раз, сударыни.

— Константин Платонович, — несмело обратилась ко мне Таня, — можно спросить?

— Угу.

— Я правильно поняла, что если вот здесь загогулину сделать в другую сторону, то искры получатся другого цвета?

Опа, какой неожиданный вопрос! Если честно, я и сам не знал ответа — над этой связкой мне экспериментировать было некогда.

— Давай проверим.

Я поднял small wand и быстро накидал Знаки.

Вжжжиих! В сгущающуюся темноту ушла зелёная “ракета” и расцвела лепестками хризантемы.

Таня вскрикнула и захлопала в ладоши. А я поставил себе “зарубку” на память — у орки определённо интуитивное понимание символов. Вот так, с ходу, определить, какая часть фигуры влияет на цвет, — это серьёзно. Такие способности надо развивать однозначно.

Александра ревниво покосилась на Таню и тоже задумалась, вычерчивая перед собой в воздухе связку, но не наполняя её эфиром.

— Константин Платонович! — рыжая повернулась ко мне. — А можно попробовать эту загогулину под другими углами делать?

Я кивнул — пусть экспериментирует. Но на всякий случай призвал Анубиса и приготовил магический щит. Если что-то пойдёт не так, можно будет прикрыть рыжую от результатов неудачной ворожбы.

Через час в арсенале моих учениц были шесть цветов, разной степени насыщенности. Только фиолетовый никак не давался им в руки. С формой “цветка” мы тоже поэкспериментировали, и опять по наитию Тани. У девочки без сомнения потрясающая интуиция. А у рыжей способности к экспресс-черчению Знаков. Если их приучить работать в паре, они способны на многое.

— Можно ещё раз? — синхронно спросили меня девушки.

— На сегодня хватит. Завтра днём посидите вдвоём и придумаете программу фейерверка.

— Зачем? — рыжая скривилась. — И так красиво.

— Если вы будете пускать фейерверки вразнобой, здешняя неискушённая публика будет в восторге. Но соревнование с придворными пиромантами вы проиграете.

— Придворными? — разом ахнули они. — Мы едем в столицу?!

— Пока нет, — я хмыкнул, — но заготовки надо делать уже сейчас. Кто знает, какой случай подвернётся. А теперь домой, ужинать и спать.

* * *

Меня разбудила Таня. Девушка припала к моим губам долгим поцелуем, но только я потянулся её обнять, как она отстранилась.

— Константин Платонович, — позвала орка шёпотом, — к нам кто-то едет.

Я потёр глаза и сел на кровати. За окном стоял хмурый осенний рассвет, а комнату освещала только свеча на столе.

— Кто?

— Не знаю. Карета незнакомая, да и темно там, не разглядеть.

Вскочив, я принялся одеваться. Таня не спешила уходить, украдкой разглядывая меня.

— А ты чего в такую рань не спишь?

Орка смутилась.

— Тренировалась, Константин Платонович. Сашка вон быстрее меня рисует и Знаков больше помнит.

Ёшки-матрёшки, если бы у каждого ученика была такая настойчивость, как у Тани, мы бы уже в золотом веке жили.

— Идём, — я застегнул камзол, — посмотрим, что за ранняя пташка к нам прилетела.