Слово наемника - Евгений Шалашов

Жаль только, что отец и братец Вольдемар преподаны в неприглядном виде. Но, как говорил мой профессор – в любой сказке должны быть антиподы главного героя. Тем паче если речь идет о возвращении «настоящего» государя! Вот вернется «истинный» король, покажет всем, с какой стороны у морковки хвост растет! И концовка оригинальная. Кто из нас не мечтает вдруг взять да получить за просто так целую тысячу талеров? Одно только непонятно…

– А почему алмазы на проволоку менял? – поинтересовался я. – Зачем туземцам проволока?

– Как зачем? – удивился щипач. – У них же своей проволоки нет, потому и меняют алмазы на медную проволоку.

– М-да, объяснил… – рассмеялся я. – Чего туземцы с проволокой-то делают? Загоны для жирафов, что ли?

– Шею они проволокой обматывают, – авторитетно заявил Жан. – У них, у чернокожих, чем больше на шее проволоки намотано, тем богаче считаешься. За локоть проволоки алмаз дают…

Эх, что-то я такое припоминаю… Кажется, есть где-то такое чернокожее племя, где у женщин ценится длинная шея. Чем длинношеее фрау – тем красивее. Посему, начиная с младенчества, шеи у девочек удлиняют ошейниками – чем больше, тем лучше. А коли мужу изменила – ошейники снимают, и голова уже не держится…

Мои профессора (коли живы) были бы счастливы, услышь они Жана. Какая интересная интерпретация чужих обычаев!

– Так, э… ваше высочество, господин принц, дозвольте обратиться…

– Жан, это ты кому сейчас? – удивился я, невольно оглянувшись – а где тут высочество?

– Так к вам, господин принц. Вы уж меня простите, что был на «ты».

– Это ты так шутишь? – поинтересовался я, а потом уточнил: – Или издеваешься? Я что, похож на принца?

– Не очень, – честно отозвался вор. – В доспехах, конечно, выглядите солидней, чем в рваных штанах, но все равно – больше на солдата похожи.

– Ну, коли на принца не похож, так, значит, и не принц, – сделал я вывод. – Голову не ломай, а называй как прежде.

– Ладно, – выдохнул Жан. Не то – с облегчением, не то – с досадой. – А расскажите… расскажи, как же все на самом-то деле было? Скажу кому, не поверят, что с самим принцем Юджином в бараке сидел, а он нас освободил.

– На самом-то деле все было так… – задумался я, прикидывая, рассказывать ли всю правду или нет. Решив, что немножко вранья не повредит, начал: – Пираты-то и вправду были, только никто меня им не продавал. Мы на прогулку вышли на одномачтовом кораблике. Ну его еще «тузиком» зовут. А тут, откуда не возьмись – пиратский корабль. Ну куда там «тузику» против морских кораблей!

Рассказывая, я сам увлекся, начиная мешать в кучу правду и вымысел, почерпнутый мной из жизнеописаний великих людей. Кажется, про Гая Юлия Цезаря, ставшего хранителем печати у Спартака Первого.

– Пока то да сё, да галера с охраной подошла, они нас уже и в плен захватили. Ну девками, понятное дело, попользовались вначале, а потом за борт кинули. Слуг и охранников моих перерезали и туда же. Я поначалу испугался, что и меня кинут селедку кормить, но капитан говорит – ты, наверное, парнишка богатенький, сотню золотых стоишь, если выкуп у родственников запросить! А я в ответ – не сотню, а целую тысячу! Если отпустите, я эту тысячу вам привезу. Только укажите время и место. А они – ладно, говорят, отпускаем мы тебя, встретимся через две недели у острова Рюген.

– И что, отпустили? – с недоверием спросил Жан.

– Ну, как видишь, отпустили, – хмыкнул я. – Ты дальше слушай… Так вот… Высадили они меня на берег, я к отцу пошел, деньги взял. Отец вначале хотел засаду устроить, но передумал – мол, если ты сам обещал, надо исполнять! Деньги я пиратам отдал, а потом говорю – не пройдет и месяца, как я вас изловлю и на мачтах повешу! Ну они посмеялись, деньги забрали, пинка мне дали… А я домой вернулся, прямо к дядюшке, к королю Рудольфу заявился и попросил дать мне четыре галеры. Ну галеры мне дядюшка дал, пиратов я поймал, все золото обратно вернул. Ну а команду приказал на мачтах развешать, на солнце просушиться.

– Вот это да! – покрутил головой Жан. – Лихо ты! А как ты их отыскал?

– Так они сами мне и подсказали, – хмыкнул я. – Зачем было на острове Рюгене встречу назначать? Остров Рюген, он у славян Буяном зовется. Там испокон веков пиратские стоянки были. Предки мои там когда-то свои корабли держали…

– Здорово! – опять восхитился щипач. – А с золотом-то ты что сделал?

– А золото мы с моряками пропили, – делано вздохнул я.

– Тысячу золотых?! – оторопело проговорил Жан. – Сколько же вас было?

– Ну, если гребцов считать, на каждой галере по сто человек.

Жан, быстренько прикинув в уме, изложил расчеты:

– Если на четыреста, так по два с половиной золотых… если в талерах пересчитать, так по самому малому по двадцать пять монет на рыло выходит. Это же нужно не меньше месяца пить! Не, даже два…

– Ну мы больше пропили. Окромя той тысячи, мы и пиратские деньги пропили, да еще одну галеру я продал за двести талеров. Продешевил, конечно, – галера не меньше тысячи стоит, но по пьянке чего не сделаешь? А когда все пропили, так оказалось, что сотня матросов от вина сгорела…

– Да уж, если два месяца пить, сгоришь тут! – восхищенно посмотрел на меня Жан. – Как сам-то жив остался?

– А хрен его знает! – искренне ответил я. – Я же после той пьянки пить бросил.

– Так, конечно, – усмехнулся вор. – Ты свою жизненную норму набрал и перебрал.

– Вот-вот, – согласился я. – С такого похмелья мне потом месяц в себя приходить пришлось. Стыдно было в глаза смотреть. Сам-то подумай – целую галеру пропил!

– Еще бы! – со знанием дела закивал вор. – С похмелья всегда башка трещит и перед всем миром стыдно. Проснешься с утра, вспомнишь, что вчера делал, удавиться впору. Была у меня пара друзей, что и удавились с похмелья…

– Вот и я так думал. Ну удавиться не удавился, а решил, что коли я свой род опозорил, так больше не будет такого принца Юджина-Эндрю из рода ля Кенов. Вот, получается, умер граф д’Арто и появился наемник Артакс.

– Да, интересная какая у тебя жизнь! – протянул вор. – Вот, оказывается, как оно на самом-то деле было…

– Стало быть, не сядет принц Юджин на трон и не будет швабсонцам по тысяче талеров!

– Ну и хрен с ними, с талерами! – отмахнулся щипач. – Если каждому по тысяче талеров дать, никто и работать не захочет. А если работать не станут, так откуда товары да еда возьмутся?

«Разумно рассуждает!» – поразился я здравомыслию вора. А сколько на свете болтается народа, считающие, что если всем дать денег – много и поровну, так все будут счастливы?

– Да, как интересно люди живут! Пиратов ловят, сражаются, галеры пропивают! – завздыхал Жан. – А у меня в жизни ничего интересного. Ну тут украл, там дом обчистил, от стражи спрятался, снова украл… Одно хорошо, что хоть на каторгу сходил.