Романовы - Надин Брандес

– Живой! Живой!

– Ты же скомандовала ему держаться, – усмехнулся Заш, подходя ко мне.

Алексей нахмурился, глядя на меня.

– Кто-то ударил тебя по лицу. Ты похожа на сливу.

– Боюсь сказать, на что ты похож.

Его взгляд переместился на лежащее на полу тело Дочкина.

– Он…

Я опустилась рядом с магом на колени.

– Я сделала все, что могла. – Положив руку на грудь Дочкина, я не ощутила движения. Порез на шее затянулся. – Думаю, он ушел.

– Постой. – Заш присоединился ко мне и поднес клинок Юровского к носу Дочкина.

– Что ты…

На лезвии появилось крошечное запотевшее пятно.

– Он… дышит? – ахнула я. Пятно снова появилось. Еще один выдох. – Жив!

– Почему он так долго не просыпается? – задал вопрос Алексей.

Я перебирала в голове скудные знания о магии.

– Вероятно, потому, что он был очень близок к смерти. Великий маг стар, и я дала ему лишь каплю твоего исцеляющего заклинания. Не стоит сейчас его трогать.

Опухоль на голове Алексея почти сошла. Все его раны затянулись.

– Как ты себя чувствуешь?

– С каждой минутой все лучше. Только слабость…

– Вы оттягиваете неизбежное, – прохрипел Юровский, связанный и лежавший на полу.

Заш отпрянул, хоть комиссар и был опутан ремнями. Даже я отступила на шаг, ибо голос Юровского был столь же угрожающим, как его кулаки, клинок или пули.

– Что ж, давайте обсудим это вместе, хорошо? – предложил Алексей.

– Он был болезным всю свою жизнь – не смог бы править. – Юровский даже не обращался лично к Алексею.

– Мне не нужно править, – возразил Алексей. – У меня другое будущее. Я не пытаюсь вернуть трон – всего лишь прислушиваюсь к чаяньям моего народа, даже если люди жаждут, чтобы я исчез.

– Они требовали твоей смерти.

– Нет, это были вы, – спокойно откликнулся Алексей. – Вы приказали действовать вопреки законам России. Не подчиняться им. Обойтись без суда. Без достойных похорон. Вы уничтожили царскую семью и пытались осквернить нашу историю.

– Твоя история окончена, маленький царь. Какое будущее тебя ждет без твоей семейки? Без папочки, который носил бы тебя на руках?

– Может кто-нибудь заткнуть ему рот? – поинтересовался брат.

Я набросила на голову Юровского запасное одеяло и с удовольствием смотрела, как он корчится со связанными руками и ногами, пытаясь выбраться из-под колючей материи. Никто из нас не хотел подходить достаточно близко, чтобы заткнуть ему рот.

Дыхание Дочкина участилось. Теперь его грудь заметно вздымалась и опускалась. Я рискнула – и сработало! Когда, наконец, его глаза открылись, маг нахмурился.

– Разве я не должен был умереть?

– Вам стоит кое-что узнать о нас, Романовых. Мы любим бросать вызов предполагаемым должен.

– И впрямь. – Он попытался сесть, и Заш помог ему прислониться к кровати. – Молодец, великая княжна.

– Спасибо, – прошептала я. – Но следует сделать еще кое-что. – Я достала из кармана заклинание памяти и открыла его. Дыхание участилось.

– Что это? – спросил Алексей.

– Это заклинание… сотворил для меня Дочкин.

Заш смотрел, как заклинание, которого ему не остановить, вздрагивает в моих пальцах.

– Пожалуйста, не делай этого, – мягко попросил он. – Позволь мне помочь тебе исцелиться. Позволь мне помочь тебе понять. Вместе мы сможем.

Юровский выбрался из-под душащего одеяла и, прищурившись, посмотрел на меня сквозь запекшуюся кровь здоровым глазом.

– С каждым заклинанием, которое ты используешь, ты все больше усугубляешь свою вину. Красная армия найдет вас всех и прикончит.

– Разве не любопытно, что Красная армия сконцентрировалась на убийстве несогласных, а не на истинном служении народу? – задумался Дочкин.

– Сдавайся Советам.

– Тебе меня не взять, большевик, – хмыкнул Дочкин, даже не глядя на собеседника. – А твой удар ножом доказал, что ваша власть не заинтересована в переговорах.

– Если я умру, за тобой начнется охота! – взвизгнул Юровский.

– За мной охотились всю жизнь.

Голоса Юровского и Дочкина звучали в моем сознании, как далекое эхо. Я уставилась на заклинание памяти. Оно мерцало.

Струилось. Звало меня по имени. Романова. Романова. Романова.

Хотело служить мне.

Я решительно сжала флакон.

– Настя, что ты делаешь? – тихо спросил Алексей.

Заш потянулся за заклинанием.

– Подожди. Пожалуйста.

Я отдернула руку. Горло пылало. Глаза щипало. Заклинание булькнуло и поползло к горлышку, словно чувствуя мою готовность.

– Никто из нас не заслуживает того, чтобы жить с болью и горем, которые сейчас вплетены в наши судьбы.

Я не могла ждать ни секунды дольше. Прошла мимо Заша, и темный взгляд Юровского наконец скользнул в мою сторону.

– Но, по крайней мере, мы можем остановить тебя от причинения большего вреда. – Я задыхалась от слез. – Ты не заслуживаешь такой милости.

Он усмехнулся.

– Милосердие не помешает мне выследить и убить вас.

Я выплеснула заклинание прямо в ошеломленное лицо Юровского. Мои собственные слезы упали вместе с магической жидкостью, когда я выплюнула слово. «Пустота».