Романовы - Надин Брандес

– Прошу прощения, мой царь.

Он округлил глаза и мрачно посмотрел на спящего Юровского.

– Мы свободны от него. – Он решительно кивнул мне в знак одобрения. – Папа был бы доволен.

На душе у меня потеплело. Я сделала первый шаг к прощению Юровского. Освободила от тяжести его собственных поступков. Вырвала вражеские когти из своего сердца и стерла их в порошок. Неважно, раскаивался ли он когда-нибудь, сожалел ли об убийстве моей семьи той ночью, мне придется простить его. Иначе погибну от постоянных терзаний.

В сравнении с освобождением от моей ненависти к Юровскому прощение Заша казалось светом надежды и свободы в моем сердце, а не бременем.

– Я горжусь тобой, – шепнул Заш.

Дочкин никак не прокомментировал ни мой выбор, ни то, как я использовала его заклинание.

– Натянем на него крестьянскую рубаху, дадим мешочек денег и отправим в деревню, подальше отсюда. Но пока пусть спит. Благодаря заклинанию он не проснется еще несколько часов.

Дочкин протянул руку к Зашу. Тот помог ему подняться на ноги, оба хрипло дышали от усилий. Дочкин пощупал свое зажившее горло, потом вытянул шею.

– Не хочу показаться нескромным, но я сотворил прекрасное заклинание. – Он отряхнул руки и огляделся вокруг.

Кровь превратила деревянный пол его дома в багровое озеро с алыми струйками течений, расползавшихся по трещинам. Осколки стекла от разбитых бутылок с заклинаниями засыпали кухню.

– Ну что, приступим к уборке? – предложила я, хоть и не чувствуя в себе сил вновь нырнуть в липкую кровь с ведром и тряпкой.

– Нам всем не помешало бы отдохнуть… и поесть.

– Сначала поесть, – оживился Алексей, усаживаясь в постели. Боже, насколько ему было лучше!

Прерывистый, ритмичный топот маленьких лапок раздался из-за койки. Джой, тяжело дыша, прихрамывая, появилась в поле зрения. Она тихонько тявкнула. Я рассмеялась, а что еще оставалось делать?

– Ах ты, жизнерадостный маленький спаниель!

Я подхватила собаку и устроила на коленях у Алексея, после чего присела рядом.

Многие часы мы с ним проводили вместе – он в кровати, я рядом с нею. Но сегодня Алексей наконец встанет с нормальным самочувствием, не живя взаймы.

Мы с Зашем – как наименее пострадавшие – помогли Алексею и Дочкину выйти наружу, повинуясь указаниям мага. Все мы, насколько получилось, отмыли руки в ручье. Обогнули дом. Там, вдоль задней стены, тянулся резной стол. Перед нами расстилался прелестный вид на небольшое пастбище, огороженное низким забором. Несколько коз щипали траву, две лошади бродили у ручья, а вокруг курятника кудахтали куры.

Поодаль виднелись еще загоны и огород. Дочкин сел за стол и указал на жестяное ведро у изгороди.

– Заш, вы не могли бы…

– Ни слова больше. – Заш подхватил ведро и зашагал к пастбищу.

Меньше чем через четверть часа мы жевали свежую морковь и помидоры. Перед нами стояли полные миски ягод, залитых молоком. Я готова была разрыдаться от такой простой роскоши. Джой позаботилась о собственном пропитании, поймав белку.

Я старалась не смотреть на Дочкина во время еды. Он с трудом проглотил кусочек моркови и бросил корнеплод в миску с молоком. Возможно, заклинание сработало не так хорошо, как хотелось бы.

– Вы давно здесь живете? – спросила я у Дочкина, наслаждаясь вкусом брусники.

– По крайней мере дольше, чем живете вы. – Его длинные усы скрывали улыбку, как у папы. Я умела распознавать настроение по морщинкам вокруг глаз.

– И никто никогда вас не обнаруживал?

– Без заклинания определения местоположения, как то, что использовали вы, чтобы попасть сюда, дом найти невозможно. Половину своей жизни здесь я потратил на создание заклинаний, стирающих любые следы.

– У Юровского были карманные часы, которые вели к заклинаниям. Даже это не помогло бы ему?

– Даже это. – Напряжение покинуло меня, мышцы и кости словно размягчились, локти легли на столешницу.

– Чудесное место для изучения мастерства заклинаний.

И для жизни.

– Вам никогда не бывает одиноко?

– Здесь неподалеку деревня, всего в нескольких часах ходьбы. Я бываю там по меньшей мере дважды в месяц. – Он развел руками, показывая на окружающий пейзаж. – Мир, покой и безопасность – это хорошо. Но общность и взаимоотношения – то, что действительно наполняет жизнь человека. Конечно, в деревне я пользуюсь вымышленным именем, но люди там хорошие. Я помогаю им, чем только могу. – Он бросил часть морковки Джой, та понюхала ее и с отвращением отвернулась. – Скажите мне, великая княжна… к чему столько вопросов?

Я перевела взгляд на Алексея. Он знал мои стремления и мечты. Но значит ли, что я буду ближе к их осуществлению, если поделюсь с Дочкиным? Я ковыряла оставшиеся в миске ягоды.

– Я всегда… всегда хотела стать мастером заклинаний. И такая жизнь – учиться, заниматься землей, служить людям – походит на мечты для всей нашей семьи, о которых рассказывал папа. Не могу не думать о том, как ему здесь понравилось бы.

Алексей печально кивнул, отставляя в сторону уже вторую порцию ягод с молоком.

– Ему понравилось бы, но он не остался бы. Не с нынешними волнениями.

– Пожалуйста, объясните.

Дочкин сложил руки на столе перед собой.

Алексей поднял голову.

– Я хочу попросить вас о помощи, мастер заклинаний. Вы исцелили меня, что подтверждает вашу преданность. Но согласитесь ли вы служить мне?

Дочкин заинтересованно спросил:

– Каким образом, царевич мой?

– Мне хотелось бы встретиться с Белой армией. Они привлекают на службу мастеров заклинаний в надежде на их помощь. Вы знаете многих мастеров по всей стране. Вы самый могущественный из них. Приглашаю вас вступить в борьбу. Хоть я и не ваш царь, но по-прежнему солдат своего народа. И я знаю, что вы тоже.

У меня не получалось прочесть мысли Дочкина по выражению лица. Но гораздо больше мне хотелось понять Алексея. Он готов вернуться на передовую. Помочь своим однополчанам и своей стране единственным возможным теперь способом. Пойти задуманным путем.

Я не была создана для подобного. Сама мысль о том, чтобы вернуться к борьбе и покинуть это место, вызывала у меня желание спрятаться под кровать.

– Я много лет ждал, когда вы войдете в мой дом, – заметил Дочкин. – И понимал: как только вы придете, настанет пора уйти мне.

– Так… вы присоединитесь ко мне?

– В вашем распоряжении.

– Нет, по моей просьбе. Я не стану приказывать вам оставить свою жизнь и следовать за мной.

– Вот почему я присоединюсь к вам, юный царь.

– Алексей.