На краю бездны - Александр Афанасьев

Просьбу Государя Императора Российского Николая, моего старого друга еще по Крыму, я выполнил. А теперь – на все наплевать…

Падая, цепляясь свободной рукой за дверь контейнера, я видел, что ко мне бежит вооруженный до зубов североамериканский спецназовец.

Вторая группа, состоящая из нескольких человек, наконец достигла линии контейнеров. Разбившись на пары, они рванули в лабиринт, прикрывая друг друга.

Нервы, конечно же, у всех были на взводе – свет, а потом темнота, непонятный обстрел, которому они подверглись – и при этом никого не зацепило, доклады снайперов о наличии посторонних, да еще и возможное присутствие гражданских делало предстоящую задачу архисложной. И потому, когда двое бойцов спецотряда увидели около открытого контейнера вооруженного и стреляющего человека, долго размышлять они не стали. Один из стрелков вскинул автомат и выстрелил неизвестному в ногу, после чего один остался на месте, держа неизвестного под прицелом и готовый выстрелить уже на поражение, а второй побежал вперед, подбежав, отбросил ногой автомат неизвестного. Но дело было уже сделано…

– Какого черта здесь произошло, лейтенант?

– Сэр, мы увидели этого человека, у него был автомат, направленный в сторону контейнера, и я принял решение обезвредить его, но без максимального ущерба, сэр.

– А остальные?

– Остальные были уже мертвы, сэр, когда мы подошли…

Обутые в ковбойские сапоги ноги у моего лица сдвинулись с места.

– У вас в отряде есть медик?

– Да, сэр, капрал Каро.

– Пусть он поможет этому человеку. Он нам еще пригодится живым.

– Так точно, сэр!

Конечно, мне есть за что благодарить этого лейтенанта. Мог бы выстрелить в колено, попал бы – и я всю оставшуюся жизнь ходил бы с палочкой. Тут хоть и была задета кость, но нет ничего такого, чего не может вылечить медицина. Даже полевая.

Капрал Каро оказался высоким тощим негром, комично смотревшимся с большой сумкой полевого медика поверх обычного снаряжения – хорошо, что взять не забыл, врач остается врачом. Первым делом он попытался положить меня поудобнее и так, чтобы не мешать тем, кто желал взглянуть на происходящее в контейнере. Мне это обошлось в еще одну волну боли.

– How are you, sir? – спросил он меня, перетягивая ногу жгутом выше колена.

– Fine, thank you. – Я решил не отставать в хороших манерах. Хотя… этот парень здорово меня подстрелил, нерв, что ли, задел. Зубы сейчас осколками посыплются.

Майор Дункан Тигер вышел из контейнера, присел рядом со мной на корточки.

– Какого хрена ты все это сделал? – спросил он.

– У меня своя служба, у тебя своя. Могу я рассчитывать на кусок пиццы, когда мы поменяемся местами?

– Ты можешь рассчитывать, что я тебя не пришибу сразу. Какого черта ты их убил, хоть одного надо было оставить в живых. Где нам теперь искать устройство?

– Ищите… Рано или поздно оно найдется, не поднимайте шума и ищите. У одного из этих парней в кармане наверняка лежит еще один детонатор. Без детонатора у этих ублюдков есть просто кусок обогащенного урана, обмотанный проводами. И все. Максимум, что они могут сделать, – это привязать к устройству большой кусок пластита и взорвать его в центре города, чтобы несколько районов оказались заражены радиацией.

– Спасибо, я буду иметь это в виду.

Из контейнера вышел один из бойцов спецотряда министерства энергетики, на сей раз забрало его шлема было опущено, и он говорил через микрофон и внешний динамик. Все это выглядело бы смешно, если бы в паре метров от нас не лежал упакованный в десятки килограммов урана апокалипсис.

– Сэр, нужно немедленно убираться отсюда, выводите всех. Этот парень активировал устройство, таймер на нуле. Оно почему-то не взорвалось, но может взорваться в любой момент. Убирайтесь отсюда, живо, мы попытаемся его обезвредить.

– Оно не взорвется…

– Что?

– Оно не взорвется, – повторил я, – не взорвется…

– Столько готов поставить?

– Все, что у меня есть. Мистер К все-таки выиграл свою последнюю в жизни партию…

Тигер поднялся в полный рост.

– Носилки и поскорей! Давайте убираться отсюда!

05 сентября 2002 года

Округ Колумбия

Частное кладбище

Офицер Генерального штаба не имеет имени…

Для нас, тех, кто играет в игры со смертью, такие похороны – не самые плохие. Большинству из нас суждено упокоиться в безымянной могиле, а то и вовсе тело бросят в кювет, на радость крысам или псам. И такая смерть – почти мгновенная – тоже милость Господа. Попавшись, можно умирать целую неделю.

Возможно, настанет время, и кто-то так же позаботится обо мне. Все в этой жизни возвращается, и может быть, то, что я делаю сейчас, когда-нибудь вернется и ко мне.

Благом ли? Не знаю.

Длинный черный лимузин, сопровождающий катафалк, остановился на холме, на аккуратной асфальтовой дорожке. По левую руку высились тополя с раскидистой кроной, а земля была покрыта аккуратно подстриженным живым зеленым ковром. Земля здесь была холмистая, и в нее на равных промежутках были воткнуты одинаковые светло-серые прямоугольные куски мрамора. Вот и все, что остается от нас, когда мы покидаем сию юдоль слез по воле Господа или других людей. Это неправда, что жизнь и смерть всецело в руках Господа. Неправда, по крайней мере, в отношении смерти.

– Помочь, сэр?

– Не нужно…

Водитель – выделенный мне в Бетезде опекун, молодой энсин, одетый по такому случаю сегодня в парадную форму североамериканских ВМФ, – подскочил, попытался помочь.

– Не нужно… – Я утвердил палку на земле, сделал пробный шаг – получилось. Вот так нормально…

Пуля все же задела кость, и в Россию я отправлюсь только через неделю – от более срочной отправки я отказался по своим соображениям. Хотя бы потому, что мне нужно было участвовать в похоронах. На них меня отпустили вопреки мнению врача и под присмотром проходящего практику энсина. Человек хочет стать военным врачом на авианосце – похвальное стремление.

– Энсин, если вы хотите мне помочь, лучше сходите и выясните, где волынщики.

– Да, сэр, сейчас.

Пока выясняли вопрос с волынщиками – в Америке было полно волынщиков, с волынкой хоронили и военных и полицейских, подъехала еще одна машина, черный «Субурбан» с пропуском под стеклом. Все-таки решили приехать.

Марианна – пол-лица замотано, правая рука на перевязи. Дункан Тигер – с черным беретом, значит, и впрямь из рейнджеров. Вот и все, кто пришел проводить в последний путь директора Британской секретной службы. Собственная страна от него отказалась, равно как и от тех, кто пришел сюда с ним. Немудрено – иначе бы пришлось объяснять и про детонаторы.