Пангея приветствует тебя - Оливия Штерн

На самом деле он был готов сделать все, что угодно, лишь бы выбраться из этой темной комнаты с кричаще-ярким ковром и женщиной с такими же кричаще-яркими губами.

— Госпожа, — больше мольбы в голос, — госпожа, отпустите. Я сделаю все, что вы пожелаете. Как пожелаете. Сколько угодно…

На этих словах Сербилла облизнулась столь плотоядно, что к горлу подкатила тошнота. Рион задышал глубоко и часто, лишь бы только все не испортить и не вывернуть завтрак в лицо тетушки Таны.

— А! — в голосе послшалось ликование, — так, значит, Тана давно уже тебя использует как надо! То-то я и подозревала.

Ее паучья рука легла на грудь и медленно, очень медленно поползла вниз. Рион сжал челюсти до мельтешения серых мошек перед глазами. Глубоко вздохнул.

— Госпожа…

— Да?

— Все, что пожелает госпожа.

Сербилла хмыкнула. Кивнула своим нейрам.

— Отстегните его и выйдите прочь… Ты ведь будешь послушным мальчиком? О, да. Я знаю, нейр не может нанести вреда человеку. Таковы основные принципы программирования вашей нейроматрицы и правильной селекции генома.

Рион, едва веря в свою удачу, кивнул. Омерзительное ощущение от прикосновения исчезло. Придвинулись нейры Сербиллы, щелкнули открываемые замки, и Рион упал на пол.

Это была невероятная удача.

Но… что дальше?

Растирая запястья, он терпеливо дождался, когда нейры выйдут. Тихо клацнул замок закрываемой двери. Теперь они остались один на один с Сербиллой.

— Ну? — в певучем голосе послышались едва заметные нотки раздражения, — давай, можешь показать, чему тебя учила госпожа Тана.

— Да, сиятельная госпожа.

Он подошел к ней, все еще борясь с рвотными позывами. Даже не думал и не пытался понять, почему пальцы сами собой зарылись в длинные, мягкие локоны женщины. Стиснул руку в кулак и, резким рывком подтащив Сербиллу к стене, изо всех сил впечатал ее лицо в камень.

Еще. И еще. Хруст ломаемых костей звучал странным аккомпаниментом полному отсутствию мыслей.

Потом пальцы стали скользкими, и он выпустил волосы Сербиллы. Она мешком упала под ноги, и осталась неподвижно лежать, словно внезапно отказавший андроид. Под головой ее расползалась темная лужа и впитывалась в пышный ворс ковра.

Рион попятился. Ему все казалось, что вот сейчас Сербилла поднимется, ухмыльнется жуткой кровавой улыбкой и позовет своих нейров. Но она не шевелилась.

Он уселся на стул, опустил лицо в ладони и стал терпеливо ждать. Рион не обманывал себя. Он точно знал, что за подобное нейров отправляют в дезинтегратор, и что в пределах Пангеи спрятаться негде, обязательно найдут. Но шагнуть в небытие в дезинтеграторе — это, по крайней мере, быстро.

…Он вздрогнул, когда на плечо легла чья-то рука. Рядом стояла Тана Альен, затянутая в летный комбинезон, и молчала, глядя на тело своей тетки.

Потом Рион поймал ее взгляд, и понял, что Тана сердится, но не более того.

— Ты понимаешь, что натворил? — шепотом спросила она, — ты убил архитектора Пангеи. Я не успела. Я очень торопилась, но не успела…

Несколько минут они молчали, затем Тана произнесла:

— Ты не должен был ее убивать. Вернее, то, что эта тварь мертва — даже неплохо, будет ей уроком после восстановления. Но это не должен был быть ты. Геном нейра отбирается тщательно с тем расчетом, чтобы нейр никогда не поднял руку на человека. Ему записывают нейроматрицу, которая также не позволяет убить. А ты вот взял — и убил. Значит, ты неправильный, бракованный нейр, которого мне подсунул лорд праймархитектор. Знаешь ведь, что тебе за это будет?

Он кивнул и снова посмотрел на неподвижное тело Сербиллы. Ее, оказывается, восстановят. А его ожидает дезинтегратор.

— Она тебя отстегнула сама, — пробормотала задумчиво Тана, — это значит, что вы договорились о чем-то… Что такого ты ей предложил, а?

Рион откашлялся и как-то очень сипло сказал:

— Что угодно.

— Мм… ты понимаешь, что именно она от тебя хотела?

— Нет, — он покачал головой и ответил честно, — не знаю. Я был готов предложить все, лишь бы… она больше не имела надо мной власти.

Тана хмыкнула. Затем вдруг взяла его за руку, тут же вымазавшись в крови.

— Идем. Нам незачем здесь оставаться.

И потащила сквозь богатый дом Сербиллы, наверх, на крышу, где стоял припаркованный аэромобиль.

Потом, глядя, как уменьшается в размерах дом, Рион все же спросил:

— Госпожа везет меня… сдавать?

— Куда сдавать? — Тана сделала вид, что не поняла.

— В дезинтегратор.

— Нет… Нет, Рион. Я найду тебе куда лучшее применение.

Он удивился, но не посмел спрашивать больше. Через пару минут Тана сама рассказала:

— Мне придется покинуть Пангею. Да, я последую в Забвение, как и моя мать. А ты… отправишься со мной. В конце концов, это будет неплохо, если рядом будет мужчина. Думаю, что путешествовать одной в Забвении — не самая лучшая идея.

Рион молчал, осмысливая услышанное.

Госпожа Тана собиралась добровольно уйти в Забвение.

Почему? Что такого произошло?

Он смотрел на бледный профиль женщины, управляющей аэромобилем, и не знал, что и думать.

Покинуть Пангею? Это, наверное, хорошо, потому что тогда ему не будет угрожать дезинтегратор. Но что будет делать садовник в Забвении?

Тана усмехнулась. Она не отрывалась от панели управления, вела аэромобиль сосредоточенно, но мысли были далеко.

— Ты больше не будешь садовником, — вдруг сказала она тихо. Так тихо, что он едва расслышал сквозь журчание двигателя, — я дам тебе все то, что должен уметь и знать качественный специалист. Я, пропади все пропадом, сниму все установленные блоки в твоей голове. Вообще все. Для тебя не будет границ, установленных моралью Пангеи. Ты станешь просто человеком, каким мог бы быть, родись у обычной женщины где-нибудь… далеко отсюда. Вопрос в том, понравится ли тебе это…

— Госпожа сомневается? — только и спросил Рион.

— Госпожа сомневается, — Тана кивнула, — после этого ты внезапно поймешь, что именно ожидала от тебя моя дражайшая тетушка. Как бы совсем не то, что ты с ней сотворил.

И улыбнулась своим мыслям, но улыбка была грустной.

* * *

Ночь заканчивалась. Рион лежал на все еще теплой земле и слепо смотрел в светлеющее небо. В двух шагах тихо посапывал во сне Ним. Он свернулся калачиком, укрылся женским пестрым покрывалом и улыбался во сне. Капитан Ранмар тоже дремал, время от времени подергивая лапами и урча.

Вот ведь, вопрос: и зачем Дее Пангея?

Потому что она должна увидеть все, чтобы потом принять правильное решение?