Пангея приветствует тебя - Оливия Штерн

Быстрый взгляд в сторону, откуда его окликнули. Уннар увидел мужчину, который по сложению и одежде совершенно не походил на жителя Зу-Ханн. Скорее, шелтер — тут Уннар скрипнул зубами. Только шелтеров ему не хватало! Но все же спросил:

— Кто ты? Кто ты, если тебе подчиняется Полночный дух?!!

— Я — человек. Такой же, как и ты.

Незнакомец медленно, осторожно приближался. Уннар отметил, что у него темные брови и отрастающая борода, а волосы — светлее. И лицо… конечно же, совершенно не такое, как у Зу-Ханн, но — высоколобое. Умное лицо.

— Ты не похож на Зу-Ханн, — сам не зная зачем, проговорил Уннар, — ты скорее… шелтер!

— Ну, не совсем, конечно так… но в целом — да. И что с того? Знаю, вы не привечаете шелт, но в текущей ситуации… Знаешь ли, сейчас удача не на твоей стороне. Опусти оружие, воин. Давай спокойно поговорим.

«Я не говорю с шелтом», — едва не крикнул Уннар, но стиснул челюсти и промолчал. В словах незнакомца была правда: черное чудовище — весомый аргумент в любом споре. У Уннара же не было ничего, кроме дрожащих рук, подгибающихся от усталости ног и неподвижного тела женщины за спиной. Но если шелтер не предпринимал пока попыток напасть, возможно, с ним получится договориться?

— Я тороплюсь, шелтер. И буду признателен, если пропустишь.

— А далеко ли ты уйдешь, пеший, да еще и с… грузом?

— Мне нужно взять то, что лежит… там, — он быстро указал на заросший лебедой овражек.

Шелтер хмыкнул.

— Там больше ничего не лежит, — прозвучало подобно смертному приговору.

«Не лежит? Но как же…»

Отчего-то Уннар поверил словам шелтера.

В самом деле, если здесь побывали эти презренные, что им стоило утащить аэроцикл? Или разломать его? Шелтеры — они же как… степные шакалы. Никогда не пройдут мимо, если можно чем-то поживиться.

«…как же я успею довезти Тану?»

Никак.

Пешим, или даже на коне, он не достигнет границ Зу-Ханн за время, которое отпущено Тане.

Она умрет.

И тогда лучше не показываться на глаза Лиссе.

Или наоборот — пусть лучше она убьет его собственноручно. Если попросить, сделает это быстро и почти безболезненно…

Усталость надавила на плечи чугунной плитой, и Уннар, вздонув, выпустил из пальцев рукоять верного ятагана. Все, все что он сделал до этого момента, утратило смысл. Потому что уже ничто и никто не сможет помочь умирающей.

— Куда ты собирался ехать, воин? Откуда у тебя аэроцикл? Что за женщину ты нес?

Уннар непонимающе уставился на шелтера, лицо которого внезапно оказалось совсем близко. При желании он мог бы с легкостью сломать шею врагу Зу-Ханн, но… зачем? Смысла больше не было ни в чем.

В свете подступающего утра Уннар отрешенно взглянул в глаза незнакомцу. Пустой желодок скрутило тугим узлом, а сердце зашлось так, что воздух сделался вязким. У Уннара появилось ощущение, что на него смотрит змея — мудрая, холодная и не знающая жалости.

* * *

… - На, возьми.

Уннар поднял взгляд — шелтер протягивал ему флягу с водой. Если бы на месте шелтера был бы Зу-Ханн, он бы не сомневался ни мгновения. Жажда мучила. Но брать что-либо от врагов?

«Ты даже сделал своей женой визара», — злорадно хохотнула предательница-память, — «тебе ли рассуждать о том, что должно, а что можно брать у врага Империи?»

— Бери, — настойчиво повторил шелтер, — я травить тебя не буду. Я вижу, что ты устал. Бежать с женщиной на плечах от Хеттра, это, знаешь ли, не каждому по силам.

И внезапно добавил:

— Меня зовут Рион. А тебя? Как твое имя?

Уннар взял-таки флягу, но на воду набрасываться не спешил. Незачем показывать свою слабость. Назвал себя и поразился тому, как слабо прозвучал голос.

— Уннар, значит… — шелтер постоял-постоял над ним, а затем отвернулся, обронил, — пей. Скоро отправимся к визарам.

Сидя в траве, Уннар краем глаза наблюдал за этим… шелтером, который все меньше походил на обычного жителя шелта. Было в нем что-то… чуждое. И шелту, и степи.

Рион опустился на колени перед распластанной на земле Таной, еще раз пощупал пульс, прислушался к дыханию, затем покачал головой. Когда поднялся, Уннару показалось, что он чем-то изрядно раздражен. Тут же к нему подошел второй шелтер — тот парень был настоящим шелтером — и о чем-то они тихо говорили. Черный зверь, которого Уннар принял за Полночного духа, спокойно лежал в стороне и, казалось, дремал.

Рион вернулся, неторопливо присел рядом. Он вообще двигался спокойно и, казалось, даже расслаблено — но при этом возникало стойкое ощущение выверенности, отточенности каждого движения. Забрал полупустую флягу и сказал:

— Мой друг позвал своего дракона. Ты полетишь с ним. А мне придется привязать Тану к себе и лететь на своем звере. Не смотри так. Я заинтересован в том, чтобы Тана Альен пережила это неприятное недоразумение.

— Я не называл ее имени, — выдохнул Уннар, — откуда…

— Имеется некоторая предыстория происходящего, — губы Риона внезапно искривила горькая усмешка, — мы оба из-за Гиблых радуг. И Тана должна мне помочь вернуться. А для этого, сам понимаешь, ей нужно быть живой и способной мыслить.

Уннар вздохнул и вдруг сказал то, о чем собирался молчать.

— Мер-даланн любил ее. Единственное, о чем просил — чтобы я спасал ее. Чтобы она осталась жить.

— Что с ним… С этим Мер-даланном? — сухо поинтересовался Рион, — что вообще произошло? Я был уверен, что она живет во дворце и пребывает в безопасности.

Уннар пожал плечами. Да что теперь скажешь-то?

— Император раскрыл вызревающий заговор. Мы пытались скрыться. Мер-даланну не повезло, его… или убили, или взяли живым. Я бы предпочел, чтобы брат погиб в схватке, а не в руках палача. Мать Таны взяла с меня обещание, что я помогу… если что… и вот…

Слова внезапно закончились, и накатила такая дикая тоска, что хоть волком вой. Казалось, Рион это понял — ободряюще хлопнул по плечу, поднялся.

— Держись. Я смогу подтвердить, что ты сделал даже больше, чем мог бы сделать просто человек. Видишь, мы все заинтересованы в том, чтобы госпожа Тана пришла в себя. И некоторые шансы имеются. Самое главное, чтобы визары не расправились с нами до того, как разберутся в происходящем. Скажи, ты можешь как-нибудь связаться со старшей госпожой Альен?

Уннар мрачно мотнул головой.

— Что ж… Значит, будем действовать согласно ситуации.

Он вдруг подумал о том, что Рион говорит очень чудно. Вроде бы и понятно, но иногда проскальзывают странные слова, которых он, Уннар, почти не понимает.

Подошел шелтер. Посмотрел на Тану, мазнул взглядом по замершему напряженно Уннару. Нахмурился. Затем все же приблизился и, раскачиваясь с пятки на носок, спросил сквозь зубы: